Евгения Кловер – До встречи в метро (страница 3)

2.

Ася вышла из серого унылого здания редакции с таким же серым унылым настроением. Она с силой пихнула ни в чем неповинный камешек на дороге носком своего массивного ботинка, и тот, отрикошетив от урны, влетел в боковину припаркованной рядом иномарки и упал плашмя у колеса. Девушка чертыхнулась и принялась озираться по сторонам. Не хватало ей еще получить по голове за порчу имущества. На ее удачу никого из прохожих в радиусе ближайших метров не было.

– Хоть на этом спасибо! – обратила она свой тихий возглас куда-то в небо.

Висовская была атеисткой, но в какие-то высшие силы все равно периодически верила. Зачастую, когда прижмет, или когда хотелось посетовать на судьбу. Сестра на этой почве шутила, что у нее раздвоение личности.

– Девушка, это вы мне?

Она повернула голову. На первом этаже здания, из которого она только что вышла, было открыто окно, и мужичок в форме охранника выдувал через него сигаретный дым на улицу. Асе стало до ужаса неловко. Камни швыряет в машины, сама с собой разговаривает – ну, прямо городская сумасшедшая! Проигнорировав вопрос мужчины, она тут же ускорилась в сторону метро. Лучше будет, если ее не запомнят стоявшей возле иномарки с валяющимся у колеса камнем.

Пока она шла, прокручивала в голове разговор, который вела со своим экс-начальником – главным редактором «Утреннего вестника». Если это вообще разговором назвать можно. Целый год Ася проработала в этой жалкой газетенке внештатным журналистом. Каждый раз ее кормили обещаниями взять в штат, если она принесет действительно стоящую статью. Но что именно подпадало под понятие «стоящая», девушка так и не поняла. «В политику не лезь», «здесь слишком однобокое мнение», «это не статья, а лозунг остановить вырубку леса». Все, что она присылала постоянно становилось забракованным или переписанным штатным репортером чуть ли не до основания. За двенадцать месяцев Висовская истратила целую половину имеющихся в мозге нервных клеток. А ей еще с другой половиной жить да жить! Надежда стать полезной для общества перетиралась в труху. Амбиции быть крутой журналисткой сдувались как воздушный шарик. И несколько минут назад Ася окончательно поставила точку в карьере в этой газете, высыпав на стол главного редактора ошметки бумаги из корзины шредера.

– Дура, дура, дура! Вспыльчивая дура!

Теперь, естественно, она сожалела. Ася отродясь не была агрессивной и несдержанной. Наоборот, еще со школьной скамьи она привыкла накапливать негатив внутри себя и давить его там как тараканов, транслируя наружу лишь доброжелательную улыбку. Ей казалось, что для журналиста это важно – быть тактичной, терпеливой, стрессоустойчивой. Но что-то пошло не так. И как профессионалом она была сейчас собой очень недовольна.

Ася вытащила телефон из кармана платья, в которое нарядилась по случаю поездки «на работу», и зашла на электронную почту. Последнюю неделю, будто бы предчувствуя надвигающуюся карьерную бездну, она активно рассылала свои резюме и портфолио по редакциям газет и в журналы. Рассылала без разбора, будь то даже онлайн-журналы по эзотерике (в которой была ни гу-гу) или садоводству (здесь получше, она хотя бы могла отличить вишню от черешни). Ответы или не приходили совсем, или поступали, но с фразой, что Висовской чего-то не хватает, зачастую образования или профильного опыта.

Она и сейчас ни на что не надеялась, проверка почты вошла в новую выработанную привычку как рефлексы у собаки Павлова. Но одно письмо в почтовом ящике, прилетевшее около часа назад, заставило девушку резко остановиться посреди улицы и удивлённо ахнуть. На место черной полосы неожиданно пришла белая. Одна из известных бизнес-вумен, ведущая крупный блог и онлайн-журнал про жизнь в столице, искала себе в команду автора статей, интересных для молодежи. Обещали оформление и приличные гонорары. Ася не верила глазам. Мусор на столе редактора уже не казался таким уж ужасным проступком, ей не придется возвращаться и ползать на коленях с просьбой дать второй шанс. Бабочки в районе солнечного сплетения запорхали как под веселящим газом.

А потом летающие насекомые попадали в животе как дохлые. Ася дочитала письмо до конца. После красочного описания условий работы, там перешли к сути. Вакантное место ей пока не предлагали, но хотели бы посмотреть, что ее тексты из себя представляют, и стоит ли им давать шанс. Ей дали задание – за пару месяцев отыскать необычную тему для полноценной статьи, хорошенько все проработать, провести исследование, если это понадобиться, и красиво и грамотно все оформить. Сплошная импровизация! Это выглядело так, будто перед носом помахали вкусным стейком с брусничным соусом, но получить его сможешь, если разведешь костер, поймаешь и прирежешь корову и пожаришь мясо сам. И все было бы в порядке, если бы за год работы в газете «Утренний вестник» в Асе не убили творческую жилку и уверенность в себе. Все ее идеи, приправленные воодушевлением и радостным возбуждением, отметали. Давали грубые лекала, с которыми предстояло работать. Сможет ли она теперь своими силами найти необычную тему для статьи? Где ее искать? И, что немаловажно, откуда черпать вдохновение?

– Да уж, – выдохнула Ася, – всегда забываю, что жизнь – не зебра с черно-белыми полосками.

Она убрала телефон в сумочку и продолжила свой путь, теперь уже не спеша, погруженная в раздумья. Попутно повязала по-пиратски на голову свой ярко-красный платок с узором пейсли, спрятав под него светлые волосы и оставив объемный узел торчать сзади. Ася терпеть не могла, когда ветер в метро делает из волос перекати-поле, поэтому нашла свой способ оставаться с нормальной прической. И ей вполне даже шло. Массивные ботинки, цветастое платье и косуха на пару размеров больше родной эсочки прекрасно сочетались с пираткой по стилю.

В переходе было шумно. Музыканты отвоевали себе уголок и играли какую-то смутно знакомую мелодию, а вокруг них собралась довольно внушительная толпа зрителей. Многие достали телефоны и снимали устроенное шоу. Ася хмыкнула. Ей было интересно, сколько монет в итоге окажется у ребят – люди любили получать, ничего не отдавая взамен. Сама же девушка забила номер, указанный на коробке для поощрений, и перевела пару сотен на счет группы. Гитарист это заметил и ей подмигнул, а Ася в ответ послала ему воздушный поцелуй. Быть на одной волне с такими ребятами ей всегда удавалось легко. Она также решила, что постоять и послушать пару-тройку песен, вполне может себе позволить без ущерба траты времени, того сейчас у нее было хоть отбавляй.

Когда драйвовые мелодии сменила тихая и нежная, Ася встрепенулась и осознала, что пара-тройка песен уже давным-давно отыграна, и простояла она в переходе довольно приличное время. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, она скрылась за стеклянными дверями, где подземка встретила характерным запахом креозота и потоком ветра, ударившего в лицо.

Людей для майского утра в выходной было слишком много. Знай она, что большинство дачников еще не разъехались ради шашлычного передоза на свежем воздухе, и что придется толкаться в душном тесном вагоне, приехала бы до редакции на машине. Ее малышка, доставшаяся от деда, была еще ого-го! Вот только заводилась не с первого раза, и Ася из-за этого часто куда-то опаздывала. Но это не беда, «Утренний вестник» мог бы подождать.

Всунув в уши наушники и включив музыку, она ступила на эскалатор. Niletto пел о красивой девушке, которую никак не догнать, и Висовская стала тихонько подпевать, покачивая головой. Если уж быть сегодня городской сумасшедшей, то до конца. Рядом с ней на одной ступеньке очутилась старушка с сумкой-тележкой, тем самым перекрыв возможность другим пассажирам обгонять по левой стороне и бежать по эскалатору. Женщина была такая маленькая и хрупкая, что ее сдул бы первый мощный поток воздуха. Ася всегда задумывалась, откуда в таких берутся силы таскать с собой огромные тюки, особенно по общественному транспорту, но этому умилялась. Как знать, может через лет сорок и она будет тащить свою поклажу на другой конец города от необходимости или просто скуки.

Вот только положительно к старушкам относились не все. Ситуация с перекрытой левой половиной эскалатора не могла не вызвать негативную реакцию. Краем глаза Ася заметила какое-то движение. Мужчина в деловом костюме, очевидно возвращающийся домой после бурной ночи и страдающий от гиперемии, особенно сильно проявляющейся на мясистых щеках, протягивал руку к плечу старушки, чтобы ту отодвинуть. Ася на дух таких не переносила – вечно спешащих неприятных типов, забывающих о простой человечности. Она поймала его взгляд и прожгла своим так остро и зло, что офисный планктон дернулся назад и сдался, так и не касаясь женщины. Ася улыбнулась кончиками губ. В голове зазвучало победоносное: «Fatality». Но пока она разбиралась с этим мужиком, успела приметить одну странность. Повыше на эскалаторе стоял какой-то парень, который направил в их со старушкой сторону телефон, и, казалось, снимал их на камеру. Он так сосредоточенно пытался выловить в кадре именно Асю, что по спине девушки побежали мурашки. Быть в центре внимания объектива какого-то незнакомого человека напрягало и пугало до чертиков. Весна ж, мало ли сколько психически неуравновешенных людей полезло из квартирных щелей на волю. За свой журналистский опыт, чего она только не наслушалась, какие только ужасы люди не рассказывали, «Следствие вели» с Леонидом Каневским отдыхает в сторонке. Поэтому Ася решила, что нужно поскорее затеряться среди толпы.