Евгения Кец – Босс. Аквариум для двоих (страница 11)

Я словно со стороны наблюдала, как мы сидим на его кухне, ужинаем. Готовила я, играла в будущую жену, показывала, как хорошо умею управляться по хозяйству. Каждый раз приезжая к Виталику, я готовила что-то особенное – жюльен, пасту карбонара, мясо в сливочном соусе, запечённую курочку с хрустящей корочкой…

Украшала стол, наводила порядок в квартире и стирала бельё, ну не лично, машинка. Гладила вещи…

Именно в тот вечер перед отъездом жениха в командировку я впервые задумалась, что нахожусь не на своём месте. Мне было больно от осознания, что мной пользуются. Я всего лишь удобная девушка, но не жена и не мать его детей.

Виталя не пробовал со мной поговорить. Нет. Просто поставил перед фактом – он едет в командировку аж на полтора месяца, а в ЗАГС мы не пойдём, потому что он едет уже завтра.

– Ты сейчас пошутил? – взорвавшись, я подпрыгнула с места, нависая над женихом.

– Крис, успокойся, – отмахнулся он. – Я уже говорил, как важно перед свадьбой встать на ноги. Я должен купить квартиру и быть в состоянии обеспечить семью.

– Да что с тобой случилось? – ругалась я. – Когда ты стал таким? Не об этом мы мечтали. Вспомни! Мы хотели всего достичь вместе, идти рука об руку к нашим общим целям… – обессилено я упала обратно на стул.

– Мы были детьми.

– Ты хорошо зарабатываешь, я тоже работаю. Доход у меня, может, с твоим и не сравнится, но на ипотеку и еду хватит. Да и дизайном заниматься даже в декрете можно. Мне ни офис, ни спецоборудование не надо…

– Ага, только няньку, чтобы ты могла сутками рисовать эскизы и ездить к клиентам в их дома, следить за перестановками.

– Я не понимаю… раньше тебе нравилась моя профессия. Что изменилось?

– Ничего, – буркнул. – Давай вернёмся к этому разговору после командировки…

И я согласилась. Зачем?

У меня настолько низкая самооценка, что я готова сидеть и ждать решения своей судьбы другим человеком?

А не лучше ли взять её за хвост и самой управлять собственной жизнью, делая то, что хочу я?

***

Поворачиваюсь в объятиях Родиона, оказываясь к нему лицом, и тяжело вздыхаю. Важно ли мне, что будет дальше?

А гори оно всё синим пламенем. Привстаю на носочки и целую. В этот раз мужчина не спешит отстраняться или прерывать поцелуй. Нежно отвечает. Окутывает мои губы своими, наворачивает приятные круги языком у меня во рту, то и дело попадая на чувствительные точки.

Издаю стон, призывающий не тормозить и продолжить ласки активнее, и ощущаю, как пальцы Родиона заползают под мою кофточку и шарят по обнажённой спине, что внезапно становится горячей и покрывается капельками пота. Меня душит внутренний жар, а в ушах пульсирует, заглушая все звуки вокруг.

Выгибаю поясницу и вся прижимаюсь к Родиону. Поцелуй переходит точку невозврата, поглощая меня и утягивая в желанное удовольствие.

По телу пробегают мурашки, и мышцы сводит, заставляя новую порцию мурашек навещать кожу. Родион опускает ладони ниже, сжимает мои ягодицы и притягивает к себе. Внизу всё горит, а бельё уже адски мешает.

Ощущаю и его нарастающее возбуждение, да вот беда, что-то с ним не то. Сначала мне льстит такая скорая реакция, но секундой позже открываю глаза и слегка отстраняюсь, отлипая от сладких губ.

– Что-то не так? – интересуется мужчина, а я пытаюсь понять, что ответить.

– Это что? – указываю пальцем куда-то вниз, намекая на его штаны.

– А это как раз комплекс, – поджимает губы и дёргает бровями.

Кажется, я не единственная так реагирую. Ещё бы.

– Это шутка?

Мотает головой, а я ещё больше отстраняюсь:

– О таком предупреждать надо, – выпучиваю глаза. – Это вообще не смешно.

Совсем выпутываюсь из его объятий.

– Я вроде как намекнул.

– На что ты намекнул? – хрипло тараторю. – Сказал, у каждого есть комплексы, и согласился, что у тебя микро. Ты это намёком называешь?

– Мг, – кивает. – А для тебя это важно?

– Издеваешься? Ты не думал там операцию сделать, чтобы людей не пугать?

– Чёрт, – плюхается на диван и трёт лицо руками. – Так и знал.

– Что ты знал? Про операцию, я, кстати, серьёзно. Это не нормально…

– Откуда тебе знать, что нормально, а что нет? – задирает брови и переводит саркастичный взгляд на меня.

– В каком смысле?

– Да у тебя хоть кто-то был кроме твоего парня? Что ты можешь знать о размерах? – всё ещё с издёвкой спрашивает Родион.

– Если помнишь, мы сегодня в секс-шопе пересеклись, и один таки я прикупила, вполне миленький и нормальный, стандартный, – не могу заткнуться, – универсальный, нужного размера…

– Я понял, – отмахивается.

– Вот, – хватаю коробку и достаю агрегат. – Видишь? Это, стандарт. А у тебя, прости, – быстро мотаю головой, – ёршик для чистки гланд с обратной стороны, – не могу сдержать смешок.

Да и Родион улыбается.

– Тебе для полного драматизма надо схватить свои вещи и с воплем выбежать из квартиры, – с лёгкой грустью и недовольством говорит.

– Такое было? – несмело присаживаюсь на край дивана.

– Да, однажды.

– Хреново, – понимающе киваю. – Но согласись, это же ненормально.

– А я здесь при чём?

– Откуда мне знать, я в биологии не шарю. Прости. А ты не думал о карьере в порно?

– Издеваешься?

– Нет, вполне серьёзно, там такое в почёте, да и девушки, – делаю неясное движение руками, разводя их в разные стороны, – порастянутее, что ли…

– Ха-ха… не смешно.

– Даже не знаю, сколько выпить надо, чтобы забыться и к такому подготовиться… – вздыхаю и смотрю на аквариум с долей грусти.

Кто ж знал, что бывает облом из-за размера.

– Где бар ты знаешь, – махнув рукой в сторону ниши в стене, опускает взгляд в пол и просто сидит.

– Я не со зла, – поджимаю губы и дрожащей рукой поглаживаю его по спине. – Знаешь, одно дело – опрометчивый поступок, срыв там, попробовать новое или как там ещё оправдываются женщины, поступающие, как я собиралась. Но совсем другое – то, что я никогда в жизни забыть не смогу. Как потом с другим мужчиной строить отношения, вспоминая его? – тыкаю указательным пальцем вниз и строю гримасу полную то ли жалости, то ли стыда.

– Могу дать номера моих бывших, позвонишь, спросишь. На отношения после меня ни одна не жаловалась, вроде даже успешно замуж повыскакивали.

– Ого… – откровение, на которое я не рассчитывала. – Но ведь постель ещё не всё в отношениях.

– Конечно, нет, – хмыкает, отлипая от разглядывания пола, – но вот ответь на один вопрос, – смотрит на меня. – Если твой парень перестанет тебя удовлетворять, как долго протянут ваши возвышенные чувства?

– Ну, есть же другие способы…

– О да… как я об этом не подумал, – саркастично звучит.

– Прости, но я пытаюсь понять, разобраться…

– Зачем? – поворачивается ко мне, а я замираю на секунду, а потом руку отдёргиваю и мотаю головой. – Вот. Ты сама не знаешь. Или тебе просто любопытно каково это?

– Знаешь, желания вновь ощутить себя девственницей у меня не возникало ни разу…

– Я не знаю, что такое девственница…