Евгения Грозд – Тортоделка. Истинный шедевр (страница 72)

— Они у мужа… Он сегодня всё закрывал. Это правда!

Втолкнул в кабинет, включив свет.

— Прижми жопу! — пихнул к стулу. — И не двигайся! — осмотрел сейф, а потом начал шнырять по ящикам и шкафам, выбрасывая всё на пол. Злобно отбрасывал бесполезные предметы в стороны. — Вызывай сюда муженька!

Страх за супруга погнал сильнее кровь по сосудам, отдаваясь стуком в висках.

— Не надо, Виктор, пожалуйста. В сумочке есть деньги, бери мой телефон…

Взвизгнула, когда жестокая ладонь въехала по лицу. В голове загудело, во рту ощутила металлический привкус крови. Пока приходила в себя, поняла, что бандит пытается разблокировать мой телефон.

— Код блокировки! — вновь подлетел ко мне и схватил за волосы. Застонала от боли. Пистолет смотрел в область живота. Боже…

— Восемнадцать, четыре, десять.

Отпустил, едва не свернув мне шею. Наблюдала, как тычет пальцами по дисплею.

— Надеюсь, твой благоверный не лёг баиньки и прочтёт твоё сообщение. Иначе мне придётся пойти на более кардинальные меры.

Но я знала, Гера прочтёт, потому что просил написать ему, потому ждёт моего сообщения, что я дома и всё хорошо. Прикрыла веки, окончательно смиряясь перед неизбежным.

— Виктор, умоляю. Забирай всё, что есть — телефон, деньги, машину. Я даже не заявлю на тебя… Не трогай нас… Умоляю!

— Какая отвага, — заскрипел ехидно старик. — Но это всё фуфло! Мусора обложили меня со всех сторон. Заебали. И всё из-за твоего ёбаря! Мне нужно схорониться. А для этого нужны хорошие бабосы. На хрена мне твои побрякушки? В ломбард сдавать? Нет, дочуля, только зелёные, наличка!

Покорившись суке-судьбе, обняла живот руками и мысленно начала молиться. Разбитая губа налилась тяжестью и разбухла, место от удара пылало. Отвернулась, вжимаясь в себя, и в мизерной надежде ждала, что Герман не придёт.

— Вика? — голос мужа в коридоре.

Сердце заныло и больно ударилось о рёбра. Захотелось крикнуть ему об опасности, предупредить, но ладонь преступника с силой зажала рот, едва не вдавливая кожу губ в зубы и выворачивая шею.

Я уже не видела, как Гера вошёл, но слова бандита, мне об этом сообщили:

— Без фокусов, — грозное сипение Виктора, и ощущаю дуло пистолета у плеча. — Открой-ка нам сейф, зятёк.

— Я открою… Открою… Отпусти её, ладно? Пусть она уйдёт, — шокированный, но сдержанный голос Геры.

Сердце рвалось из груди, кровь гулом стучала в висках, напряжение в ожидании выстрела доводило до тошноты.

— Условия тут Я ставлю! — резко гаркнул бандит.

Рука ушла с моего рта, и я уже свободней могла разглядеть мужа — до смерти перепуган, но смело ведёт диалог с преступником. Держит руки перед ним.

— Послушай, она здесь больше не нужна. Я тут, и отдам тебе, что ты хочешь…. Но, если она пострадает, я тебя, сволочь, из-под земли достану! Обещаю!

— Сосунок решил запугать тестя? — Виктор хрипло захохотал и в ответ резко рванул меня со стула. Лапища сжала волосы, вызвав стон боли. Пистолет уткнулся в правый бок.

— Виктор, пожалуйста! Я беременна! — зачем-то решила воззвать к его совести. Дура!

— Тем более! — загоготал довольно. — Давай-ка, папаша, кончай яйца мять. Открывай, сука, гребаный сейф!

С силой вжал пистолет мне в живот. Уже не сдерживаясь, вскрикнула и зарыдала, дрожа всем телом.

— Спокойно! Я всё отдам! — Гера срывающимся голосом пытался его успокоить. — Сейчас. Я достаю ключи, — медленно вынул из-за пазухи связку, направился к сейфу и открыл.

— Скидывай в пакет! — велел преступник, указав на бумажные стопки.

Гера послушно выполнял. Наполнив пакет наличкой, протянул Виктору.

— Бери! — приказ мне. Приняла деньги, чтобы вручить бандиту, но вместо этого он начал отступать вместе со мной к выходу.

— Всё! Пусти её! — взревел муж. — Забирай всё! Забирай ёбанные деньги и уходи! — Герман следовал за нами, пока Виктор, пятясь, тащил меня за собой. — Ты взял, что хотел… Отпусти её, падла!

— Отпущу… Не ори! Где-нибудь на трассе, — прохрипел преступник.

Сердце кажется остановилось и в глазах потемнело, меня замутило и весь стресс вышел рвотой, согнув тело пополам.

Виктор не ожидавший подобного потерял бдительность и выпустил меня из рук. Следом слышу лишь шипение ненависти, мат и звуки ударов. Венчает вакханалию грохот выстрела. Мой вскрик. Чей-то быстрый побег. Собираю происходящее в кучу и вижу мужа на полу.

— Гера?!

Метнулась к нему. По животу супруга начинает стремительно расползаться багровая лужа, а мужчина судорожно глотает воздух.

— Кажется…. допрыгался… С-сука! — дёргается и спазм боли на любимом лице.

Нет, нет, нет…

44. Мудрое решение

ВИКА

Взгляд мужа гулял по потолку. Тело содрогалось в жутких конвульсиях пока я, заикаясь, излагала диспетчеру скорой характер ранения. Следом набрала Мишу и, захлебываясь слезами, рассказала о происходящем.

— Что делать?! — истерически кричу в трубку и смотрю на мужа — черты лица заострились, обезображивая судорогами адской боли, взор затуманен, невозможно бледен. Какое-то жуткое и чёртово дежавю.

Миша четко и уверенно давал указания по оказанию первой медицинской помощи. Выполняла, игнорируя боль в пояснице и головокружение.

— На скорой мой друг, Вик, — голос Дементьева в трубке пытался утешить. — Пара минут. Успеем. С Германом всё будет хорошо! Я готовлю операционную.

Сбросила вызов, уронив трубку на пол. Тело мужа билось в мелких конвульсиях и любимый взор измученный болью смотрел мимо меня. Зажимая одной рукой чудовищную рану, второй обняла за голову. Прижалась щекой к щеке. Горячие слёзы текли по лицу и таяли на его коже.

— Прошу тебя, ради нашего малыша, не смей умирать, — взмолила неистово.

Мелкая судорога владела его телом, но мужчина нашёл в себе силы и схватил меня за руку. Смотрит стекленеющим взором, на уголке рта разглядела чернеющую каплю крови.

— Люблю… тебя, — с хрипами вырвалось из его уст, болезненным холодом растекаясь в моих жилах. Он прощается?! Нет же, нет!

— И я люблю…, — уже не таясь, выпалила и поцеловала в губы. — Всегда буду любить. Живи, пожалуйста. Умоляю… Я умру без тебя!

Он улыбнулся улыбкой больше смахивающей на оскал и закатил глаза, голова вмиг отяжелела.

— Гера?! Гера! — почти взвыла и прижала бесчувственное тело к себе.

Не уходи… Забери тогда с собой. Я хочу с тобой! Слёзы и паника перевоплотились в сумрак. Дальнейшее подобно бреду.

Чьи-то руки сзади отодрали от раненного и увели в сторону. Голова дико кружилась, забирая сознание. Под нос сунули что-то едкое и отрезвляющее. Лёгкие шлепки по щекам. Всеми силами пыталась вернуться в настоящее, но общее состояние не даёт управлять собой.

— Живой… Пока живой. Много крови, — мужской голос рядом и говорит не со мной. — Девушка?! Вы слышите?! — вновь шлепки по щекам. — Мих, она — не адекват. Да. Вика?! Вика! Какая группа крови вашего мужа? Чёрт!

Кровь. Это важно. Они должны знать. Билось в мозгу, но язык не хочет слушаться. Нужно ответить! Аккуратно придерживая за талию, меня вывели на улицу, посадили в карету скорой. Тут же рядом погрузили мужа. Во рту супруга консоль с искусственной вентиляцией, дренажная трубка сбоку, паутина катетеров пленила родное тело.

— Гера, — автоматически потянулась к нему, но мне не позволили.

— Мих, девушка не в себе, — в тумане сознания разглядела фельдшера, который плечом прижимал телефон к уху. — Да, пытаюсь! Возможно. Хрен знает. Нет, печень не задета… Нет, и не брюшная аорта. Возможно, полая вена…

— Вторая, — смогла наконец проронить я.

— Погоди… Что Вы сказали? Вторая?! — кричит мне в лицо.

— Да. Вторая положительная.

— Вторая положительная! Мих, закажи в лаборатории. Да. Мы уже почти тут.

Реанимобиль въехал на территорию больницы. Ослепляющий свет мигалок. Меня ведут следом за набирающей скорость каталкой с раненным.

— Гера… — ноги, заплетаясь, сами шли за супругом.

— Стоять… Нельзя туда, — всё тот же голос.