Евгения Грозд – Тортоделка. Истинный шедевр (страница 18)

— Я что благотворительный фонд? — возмущенно сдвинула брови, но тень желания всё же скользнула по лицу.

— Да он никак тебе нравится, Кексик? — проницательная Таня расширила свои глазки.

— Кексик? Тоже баллончиком хочешь? — шутя насупилась я.

— Я права, да? — подруга озорно улыбалась. — Ну-ка сознавайся, а то не перестану звать Кексиком.

— Да мне всё равно, зови, как хочешь, — изобразила безразличие, но улыбка не покидала лицо.

— Что было? Вы целовались?! — Таня тут же перевоплотилась в четырнадцатилетнюю девочку-подростка. Не хватает только пижам и коктейля.

— Прекращай допрос, — усиленно набивала рот спагетти.

— Значит, да, — эта дама знала меня вдоль и поперёк.

Я медленно кивнула, продолжая заполнять себя макаронными изделиями, чтобы не ляпнуть лишнего.

— И как?

— Ммм, — помотала головой.

Прихватив с собой тарелку, поспешила от неё прочь в другой цех. Зря! Чертёнок скакал следом, а я наткнулась на знакомую фигуру альфа-самца. Торчащие из переполненного рта спагетти вызвали явный интерес мажорчика. Всасывать их в себя или выплёвывать при нём обратно на тарелку было бы неэтично, поэтому просто отвернулась от Германа к урне и выплюнула всё туда. Содержимое блюда тоже отправилось в утиль.

— Что, настолько гадко? — он не шевельнулся, а на лице приподнялась только одна бровь.

Помня его утреннее невежество решила, что будет неплохо отплатить подобным.

— Пробовала и повкуснее, — буркнула гордо, вытирая губы бумажной салфеткой.

— Да? А мне, вроде, зашло, — без задней мысли ввернула Татьяна, ковыряя вилкой в своей порции, и тут же получила от меня испепеляющий взор. — Хотя, я вечно жру всякую гадость, — тут же попыталась исправиться девушка и, сгорая под нашими взглядами, решила спешно самоустраниться.

Доберман полминуты оценивал меня колким глазом, словно мысленно примеряя на меня орудия пыток.

— Виктория, мне сегодня с Вас нужны отработки по всем десертам ресторана, которые актуальны. Кроме заказных тортов, разумеется.

Уставилась на него, приоткрыв рот. Он, видимо, шутит?!

— Это за один день не сделать, Герман. Нужно всё отработать. У меня заказы. Я не успею.

Мажорчик не дрогнул ни единой мышцей.

— В базе числится на сегодня три торта с самовывозом, а на завтра пять. Я уверен, что следующая тотальная подготовка идёт на послезавтра. Предлагаю вам, завтра вывести в смену побольше людей — Лиду и Савву. Последний, уж точно, не бросит цех на произвол и в особенности Вас.

Откуда этот стальной говор? И с какого мы вдруг перешли на "вы"? Он даже во время стычки после аварии со мной так не говорил. Я что-то сделала? Зол, что не переспала с ним? Ах ты, хрен моржовый! Ладно, будет тебе ТТК, козёл! Кровь носом пойдёт, но твоя распрекрасная физиономия их получит в папке на твёрдой корочке и чётко в лоб.

— Учту Ваш совет, Герман Юрьевич, — бросилась той же монетой, отчего он немного сморщился, словно от звука вилки по стеклу. — До скольки у меня есть время?

— Я сегодня до одиннадцати вечера. Успевайте, — окинул более смягчённым и даже удовлетворённым взглядом и ушёл.

— Мурло! — сердито прошипела вдогонку, встретив сочувствующий и расстроенный взгляд Тани.

Закатав повыше рукава и смахнув со лба мешающие пряди, принялась за отработки. По меню десять десертов. Взвесить полуфабрикаты, записать, потом вес выхода готовой продукции и так далее. Муторно, но выполнимо.

— Вик, мы не успеем с заказами, — жалобно посмотрела на меня напарница.

— Делай в порядке важности, а я останусь, если что. Бери сначала лепку фигурок, потом сборку тортов. Я, между делом, сделаю бисквиты и начинки.

— В смысле останешься? — сдвинула брови подруга. — На ночь что ли? Я тебя одну не оставлю.

— У твоего папы день рождения сегодня. Семейный стол, — напомнила я.

— Я была уже на двадцати семи его днях рождениях, — улыбнулась девушка. — Один раз можно и пропустить.

— Не пропустишь. Успеем, — заверила я.

Работа кипела с небывалой силой. Не помню, когда в последний раз так носилась по цеху — попа в мыле, сопли по щекам и волосы назад — но к девяти вечера все заказы были собраны и десерты отработаны. Мне оставалось только всё корректно изложить на бумаге в печатном виде.

— Порядок. Иди домой, — велела Тане. — Я распечатаю всё и отдам этому мудаку.

Подруга обняла меня, чмокнув в щёку на прощание, и убежала.

Выдохнула, поняв лишь сейчас, что во рту до сих пор ничего не было. Ладно, потерплю. Идти просить сейчас еду у поваров совсем не было желания. Затолкала в рот горсть шоколадных каллет* и продолжила работу.

В половине одиннадцатого стояла на пороге шефской конуры. Стучать не стала из принципа, заставив Германа подпрыгнуть от неожиданности. Шлёпнула папку на стол, попав ему прямо по рукам.

— Проверьте, где есть недочёты, — железным тоном отчеканила я.

— Хорошо, — отложил ТТК в сторону. — Спасибо за оперативность. Думаю, исправлять сегодня вы уже не будете.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Тогда я могу идти?

— Заказ на ещё один торт к обеду завтрашнего дня, надеюсь, Вы видели?

— В смысле ещё один? — в груди всё начало падать куда-то вниз. Он что снова принял заказ без моего ведома?

— Заказ пришёл на сайт ресторана. Пралине, полтора килограмма. Декор: ягоды с вафельной распечаткой Винкс и надпись из шоколада.

— Ты издеваешься, да? — и вот сейчас не знала то ли заплакать, то ли хорошенько ему врезать. — Ты же сам видел сколько у меня работы, ещё эту отработку заставил делать… Мы еле успели. Ты же мог отказать заказчику!

— Это деньги, Вика, — его лицо немного вытянулось, словно почувствовал вину.

— Это деньги, — эхом повторила я, тяжело вдыхая и выдыхая.

Ещё разреветься при нём не хватало. Ни слова больше не говоря, повернула в цех.

— Вика! — слышала моя спина.

Пошёл ты!

Лишь в кондитерском дала волю слезам. Пофиг! Некому глазеть. Кухня закрыта, и никто сюда уже не придёт. Порыдала минут пять, жалея себя и ненавидя этого гада в кителе, и принялась за готовку торта.

Поставила выпекаться обычный классический бисквит с какао. Муссовый крем, к счастью, был в наличие. Нужно сделать только вафельную прослойку из пралине и молочного шоколада.

Пока загружала блендерный стакан составляющими, на пороге возник мажорчик. Смотрит угрюмо.

— Что решил попрощаться или ещё один заказ всплыл? — рявкнула сердито, всыпая вафельную крошку в стакан.

— Я могу помочь. Скажи, что сделать.

С рыцарством ты поздновато!

— Да, пожалуйста, сунь голову в тестомес и включи. Заранее благодарю, — рыкнула в ответ, влив в стакан предварительно растопленный шоколад и фундучное пралине.

— Вика, я думал, ты видела этот хренов торт, — кажется, начал раздражаться, того и добивалась. Давай, и посильней, чтобы потом с чистой совестью расцарапала тебе моську. — Он появился ещё в два часа дня. Ты прекрасно знаешь, что заказы с сайта редко подлежат отказу. При завале ты обязана ставить флажок об ограничении.

Смотрит, как нервно водружаю стакан на агрегат, подходит ближе и касается запястья.

— Перестань психовать. Я правда могу помочь.

— Уже помог, — процедила обиженно и, сбросив его руку, в сердцах нажала клавишу блендера.

Что произошло дальше — не въехала. Взрыв на шоколадной фабрике. Содержимое стакана бомбануло по стенам и потолку. Инерцией прикрылась руками, запищав.

— Вика! КРЫШКА! — взревел доберман, отталкивает меня в сторону, и звук работающего блендера прекращается.

Осмотрелась — всё кругом в ореховом беспределе равно как и я с Германом. Мужчина сердито пытается вытереть лицо, облизывая губы.

— Ё-ё-йогуртовый торт, — разочарованно процедила, глядя на уделанный стол, стены и спецодежду. — Теперь всё это мыть.