Евгения Грозд – Бывшие в прошлом (страница 57)

— Вот и мать сказала то же самое в день твоего рождения, когда я принёс его как благодарность за тебя.

— Что? — в груди пребольно резануло.

— Да, Женя. Я всегда знал о тебе. Я просто сделал неверный выбор. Любовь к деньгам и власти, оказались сильнее любви к твоей маме. Я женился на дочери перспективного бизнесмена и сколотил огромное состояние. Погряз в роскоши, чванстве и жестокости, потеряв душу и человечность. Лишь теперь понимаю, что на самом деле умер много лет назад, а твоя мама и ты спаслись. Это колье твоё по праву с самого рождения, я хранил его, чтобы вручить тебе после своей смерти. На это бы ничто не повлияло.

— Мне давно уже ничего не нужно от вас, — отчеканила я, понимая, что задыхаюсь. — Простите, но нам пора. У Кости ещё занятия в языковой школе.

Виктор сомкнул челюсть, сложив ладони вместе, а после соблаговолительно кивнул. Покинув его комнату, поняла, что готова разрыдаться. Зачем он мне сейчас сказал это и почему мама всю жизнь молчала? Знай я, возможно, чувствовала бы себя менее ущербной.

Вернувшись домой, уединилась в саду, невольно вспомнив, как несколько лет назад вот такая же удручённая сидела на скамье и ко мне подошёл Лев. Помню и наш жаркий первый поцелуй возле роз, и цветок, что так и не приняла от него. Тогда он был другим. Полный энергии и жизнелюбия, а я, как всегда, в вечных терзаниях, сомнениях и проблемах. Лёва сумел вдохнуть в меня новое дыхание, взял за руку и вывел из темноты, а после… После снова так жестоко и бесчеловечно толкнул в пучину страданий и боли.

Вздрогнула, когда возле меня возникла фигура. А тебе чего?

— В чём дело? — возмущённо посмотрела я на Соню, которая в последнее время уже чувствовала себя больше хозяйкой, чем горничной. Ничего, моё терпение ангельское, но такими темпами точно скоро поправлю ей корону.

— Вас очень настойчиво зовёт Олеся Сергеевна. Кажется, ей плохо.

Плохо? Больше ни о чём не спрашивая вскочила с места и бросилась в дом. Влетев, обнаружила золовку в туалете. Лесю обильно рвало чем-то тёмным с примесью крови.

— Боже мой! — подхватила девушку сзади, с трудом поднимая её с пола. — Леся? Помогите!

Ждать Скорую не стала. Совместно с водителем и ещё двумя охранниками погрузили молодую хозяйку в машину и повезли в больницу.

— Она не шевелиться, — плакала меж этим золовка. — Со вчерашнего дня. Женя, что это? Она жива? Почему я её не слышу? Что со мной? Что происходит?

Я не знала ответа ни на один вопрос. Почему рвота с кровью? Почему ребёнок затих? Какая связь?! Это всё нехорошо! Очень и очень нехорошо! Передав родственницу врачам, набрала Льва, аккуратно сообщив о произошедшем. В коридор больницы влетели оба — муж и брат Олеси.

— Где она? Что с моей женой? — в ужасе метался Лев, и я впервые не расстроилась от подобной фразы.

— Ей пока занимаются, — заламывая пальцы, ответила я, с сожалением глядя на него. — Лесю начало рвать кровью, и я немедленно привезла её сюда.

Лев обхватил голову руками, крутясь вокруг своей оси, а мой муж, как обычно вновь встал столбом, темнея в лице. В коридоре появился врач и встретился с нами взглядом.

— Что с моей женой и ребёнком? Можно к ней? — мгновенно подлетел к нему бывший.

— Пока нет. Всё довольно серьёзно. У вашей супруги жёлтая атрофия печени, другими словами, желтуха.

— Желтуха?! Но почему? Жена наблюдалась всю беременность, как могли такое упустить?

— К сожалению, симптомы заметны не сразу. Недуг развивается тихо, как следствие тяжелого токсикоза, что был вначале беременности вашей супруги.

— Отлично, значит ваши коллеги проворонили мою жену? — Лев начал закипать праведным гневом.

Мягко коснулась руки бывшего, прося быть сдержаннее.

— Какие прогнозы для матери и малышки? — задала я главный вопрос к данному шоку.

— Нужно срочно родоразрешать, — осторожно озвучил врач. — С ребёнком всё в порядке, срок достаточно неплохой для рождения жизнеспособного плода. А дальше… Дальше советую вам обратиться к специалистам по трансплантации органов. Печень, увы, уже не спасти. И как можно скорее…

На этих словах оба мужчины опали на скамью, уронив голову в ладони.

— Мне очень жаль, — посмотрел на меня врач. — Мы делаем всё, что в наших силах, но диагноз неутешителен для молодой матери. Советую вам поспешить.

— Спасибо, — кивнула мужчине, отпуская его, а после повернулась к своим.

Апатичное состояние этих двоих не поможет несчастной матери. Нет, я не позволю этим двоим сидеть, сложа руки и снова ныть. Приблизилась к ним и рванула обоих на ноги.

— Леся должна жить, и вы оба сейчас сделаете для этого всё возможное и невозможное, забыв о личных перипетиях, гордости и прочем, ясно? Живо собрались и за дело! Мы все ей нужны сейчас!

Глава 31

ЛЕВ

Не видел и не слышал происходящего вокруг себя, когда в руки вложили крохотный свёрток. Внутри всё замирало от страха — такая маленькая, беззащитная и невероятно красивая. Девочка. Моя дочь недовольно морщила личико, что-то выискивая губками.

— Она красавица, — взором счастливого отца посмотрел на Женю, что робко стояла рядом. Девушка улыбнулась и осторожно коснулась малышки.

— Да… Очень похожа на маму, — молвила она, и гортань мгновенно сдавил комок скорби. — И волосики, как у тебя.

— Леся хотела… И сбылось, — дрогнувшим голосом уронил я, и ладонь бывшей ободряюще коснулась плеча.

Сморгнул слезу вознамерившуюся покинуть веки. Нет, ничего не кончено. Мы даже ещё не начали бороться за жизнь её матери. Надо торопиться.

— Ты останешься с Лесей? — умоляюще посмотрел на Женю. Да, ей надо к сыну, и я пойму, если откажет.

— Конечно, — кивнула девушка. — Буду держать тебя в курсе.

— Спасибо, Жень, — благодарно посмотрел в ответ и, вернув дитя в руки патронажной медсестры, направился прочь из больницы.

Набирал Алику, садясь в машину, которому уже успел сообщить о происходящем ещё перед кесаревом жены.

— Я звонил Славе, — зачем-то сообщил тот. — Почему он недоступен?

— Не знаю, — вырулил с парковки, двинувшись в сторону Кольцевой. — Он исчез сразу же после новости о Лесе. Срать на него!

— Не так быстро, друг, — выдохнул Альберт. — Слава — её родной брат, он вполне может стать одним из первых на донорство. Если Слава подходит, то проблема решена, если нет, то сам понимаешь… Реципиенты могут месяцами ждать подходящий донор, а у твоей жены нет на это времени.

— Блядь! — в досаде хлопнул по рулю. — Он же алкоголик…

— Стал им не так недавно и ощутимого вреда органу пока нанести не должен. Печень способна восстанавливаться, а этанол и продукты интоксикации полностью перерабатываются организмом через пару недели. Найди этого идиота и заставь его взять себя в руки.

Найти? Знать бы где искать. Для начала сам несколько раз набрал шурину, а не достигнув цели, решил позвонить домой. Трубку взяли не сразу, но и тут потерпел провал — Вячеслав Сергеевич не появлялся. Чертыхнулся и бросил аппарат на пассажирское. Где ты, придурок? Что за херня? Этот идиот сейчас обязан облететь половину Москвы, чтобы найти выход из столь ужасной ситуации. Или он этим и занят? Без телефона?! Телепатией он пока не обзавёлся. Неужели решил залить нелёгкую?! Скотина!

Ворох мыслей внезапно привёл в его холостяцкую халупу. А продал ли он её?! Резво развернул машину и помчал в новенький элитный район. На мой трезвон в дверь долго не было никакой реакции, пока замок на другой стороне не щёлкнул, и в щель не пролезла женская голова. Соня! О связи шурина с горничной узнал не так давно, и наблюдая за Женей, понял, что и ей всё известно о похождения мужа. Снова терпит или в светлой головке моей бывшей есть стратегия? Спрашивать её об этом язык не повернулся. Женя умная девочка и все её решения всегда были взвешенные и чёткие, нечета мне. Но в этот раз от меня зависит жизнь моей супруги, пусть и не любимой, но женщины, что подарила дочь. Этого достаточно, чтобы бороться за неё.

— Без него ты бы здесь не торчала, — процедил я и, силой толкнув дверь, вошёл в квартиру. — Слава! — позвал, оглядывая апартаменты.

На журнальном столике стояли: пустая бутылка водки, банка сардин, заветренный кусок сыра и полная пепельница окурков. Уже надрался, пока его сестру оперировали?

— Он спит, — боязно пискнула Соня, следуя за мной и обнимая себя руками.

Окинул её взглядом — одета. Ну спасибо хоть на этом.

— Слава был не в себе… Я никак не могла его успокоить. С Олесей Сергеевной… Это правда?

Слушать её лепет было некогда, а отвечать на вопросы и подавно. Метнулся в поисках спальни, держа кулаки наготове. Сейчас будет тебе с добрым утром, родственник! Войдя в комнату с широкой не расправленной кроватью, поморщился от стойкого запаха перегара. Слава спал на животе, распластав руки в стороны, прямо в том же, в чём видел его несколько часов назад.

— Слава! — позвал я и стукнул по плечу. — Хорош спать, пьянь! Подъём!

— Это бесполезно, — мрачно покачала головой Соня, наблюдая за нами.

— Что надрался и решил этим все проблемы, козёл? — разъярился я и, впустив в вены ярость, перевернул шурина на спину и со всей мочи хлестнул по щеке. — Вставай!

Ударил второй, третий и четвертый разы — без толку. Ничего, я упрямый.

— Вызывай Скорую, — велел я горничной.

— Что? — испугалась девушка. — Но он же просто спит! Утром очнётся и поговорите с ним…