Евгения Грозд – Бывшие в прошлом (страница 29)

Смотрел в пьянящую зелень кошачьих глаз, понимая всё её томление. Неужели мало было сегодняшней ночи? Хотя её поползновения льстили. Уважу, но не сверх этого. У меня нет настроения снова исполнять её желания в постели. Притянул к себе за талию и страстно впился в жаркий рот. Молодое податливое тело опалило через одежду. Влажный язык прорвался глубже, захватывая запретную территорию. Если не остановлю сейчас, то можно забыть о собственных правилах по отношению к ней и к женскому полу в целом.

— Всё мне пора идти, Люси, — отстранил фигурку от себя и обернулся в поисках сумки с ноутбуком и документами.

— Даже кофе со мной не выпьешь? — в голосе ночной любовницы послышались ноты обиды.

— Прости. Мне правда нужно спешить. Но ты не торопись. Прими ванну. Позавтракай. Дверь захлопнешь, когда уйдёшь. Спасибо за ночь. Ты неповторимая женщина. Сражён.

— Да, — кивала она, понимая, что произношу очередной набор слов при нашей встрече.

Господи, пора уже привыкнуть, что и как, а главное понять, что я не создан для серьёзных отношений. Во всяком случае с ней. Ужин, прогулка, общение и секс. Спасибо за прекрасный вечер. Будет желание — повторим. Я даже на подарки не скуплюсь, потому что у всего есть цена. Я — ей, она — мне. Всё по-честному.

— Я позвоню, — произнёс ужасную фразу и поспешил покинуть собственную квартиру.

Нет, ничем тяжелым она в меня не запустит, потому что знает, что вновь приду к ней и потому что такого любовника, как я ей не хочется терять.

Глянул на часы — рано, причём бессовестно рано. Может позвонить Жене и предложить подвезти её? Нет. Это будет странно. Ладно, забей. Босс ты или кто? Если приедешь раньше собственного персонала никто взашей не попрёт.

Ступив на этаж, понял, что первый. Включил свет, кулер и прошёл к приёмной. Распахнул окно, впуская свежий воздух. Погода была безветренной, но морозной. Всё же октябрь месяц заканчивается. Надо закрыть минут через двадцать, а то заморожу свою ассистентку.

Ничего не подозревая, вошёл в кабинет, но, включив свет, замер. За моим столом мирно сопел Наумов Альберт. Мужчина подложил под голову свой свёрнутый пиджак, а отстёгнутый протез аккуратно стоял возле стола. Демонстративно громко захлопнул дверь кабинета, пробудив спящую красавицу ото сна.

— Чего, как слон заходишь? — пробурчал Наумов и снова опустил голову на подобие подушки.

— А ты чего спишь здесь? На худой конец иди в гостевую. Там диван есть.

— Не смог. Ключа нет, — удручённо буркнул он. — Меня обокрали.

— Обокрали?! — мои брови удивлённо поползли вверх. — Да ладно. Где? Вчера?

— Угу, — удручённо молвил он, потирая лицо. — Я больше на сайтах не знакомлюсь. Нет… Я вообще не хочу отныне иметь дел с бабами. Все женщины — зло!

— У тебя было свидание с аферисткой? — с сочувствием смотрел на бедолагу.

— С бандиткой, а не аферисткой. Инвалида каждый обидеть может. У машины скрутили два её подельника. Спасибо, хоть не били. Дожил, блин!

— В ментовке был? — к нападениям я всегда относился серьёзно.

— Был. Накатал заявление, составили протокол. Сказали ждать. Лять, они даже не знают, как со мной связаться. Дал им номер рабочего. У меня нет ни денег, ни документов, ни телефона даже ключей от квартиры. Всё, что у меня осталось это моя супернавороченная нога, и то теперь не рабочая. Все настройки в телефоне. А звонить брату последнее дело.

Смотрел на бедолагу не зная, чем помочь и как поддержать. И так лишён одной ноги, так ещё и стал жертвой уличных хулиганов.

— Отныне я тебя буду знакомить с женщинами, — улыбнулся другу, желая его хоть немного подбодрить.

— Нет, спасибо, — мотнул головой Алик и поднялся, балансируя на одной ноге. Прихватил протез под руку. — Захочу разрядки, найму проститутку. Меньше нервов.

— Они тоже небезопасны, — усмехнулся в ответ, и поспешил ему помочь. — Давай в гостиную отведу? Поспишь нормально. Как позвонят из ментовки, сообщу.

— Спасибо, я сам доковыляю, — гордо отстранился расстроенный адвокат, прыгая к выходу. — Все женщины — это главные беды на нашу голову. Помни об этом.

И выпрыгнул из кабинета, прикрыв двери. Выдохнул, продолжая сочувствующе улыбаться. Я-то со своими параметрами не могу найти ту единственную, а ему ещё сложнее. Направился было к столу работать, но жуткий грохот с воплем в приёмной, озадачил не на шутку. Алик не может так громко падать.

Выбежал в приёмную и в шоке замер. Наумов лежал сверженный на пол, прямо под огромной тучной женщиной, что вырывала из его рук протез и орала на стены, что есть мочи:

— Охрана! Охрана! Помогите! В здании террористы! Бросай, скотина… Охрана! Сюда!

Алик, лишённый воздуха, уже посинел под её массой, но продолжал бороться за своё оставшееся имущество.

Пораженный данной сценой не сразу увидел появление Жени.

— Боже мой! Тоня, отпусти его! — закричала девушка и бросилась к дерущимся.

— У него оружие! Бандит! — грозно вопила толстушка.

— Это протез! Слезь с него!

Неизвестная мне Тоня замерла и, наконец трезво посмотрела на вещь, за которую так рьяно боролась. Затуманенный эмоциями взор просветлел, и толстушка мгновенно выпустила из хватки предмет. Не ждавший резкой свободы, Алик инертно влепил себе протезом по лбу.

— Твою, — заскулил бедолага.

Антонина тяжело вскочила на ноги, позволив дышать своему оппоненту в полную силу. Наумов испустил изнутри нечленораздельный звук и, сжавшись в клубок, перекатился на бок, обнимая остатки своей собственности.

— Можешь встать? — попытался помочь адвокату и осмотреть на наличие побоев, слыша краем уха, как моя ассистентка сурово шипит на толстушку, а та виновато оправдывается.

— Что на тебя нашло?

— Мне показалось, что у него оружие. Время-то неспокойное. Мало ли. Да и ещё в такую рань…

— По-твоему охрана внизу сидит для чего?

— Ага, сидит она… Даже ухом не повели, когда я пришла, — возмущенно парировала Тоня.

— Поэтому вы решили обезвредить «опасного» преступника самостоятельно? — уточнил я, с трудом сдерживая улыбку — ситуация фартовая и до невозможности забавная.

— Ну да… Он же щуплый, как не знаю что, а я женщина добротная. Справилась бы, — без смущения пожала она плечами, кивнув на несчастного Наумова.

Наш адвокат, похоже, в конец расстроился и на четвереньках пополз прочь из приёмной. Поспешил за ним и настойчиво поднял на оставшуюся ногу, позволяя опереться на себя.

— Тих, кажется, у меня ушиб внутренних органов, — поморщился он, прислушиваясь к себе.

— Извинись, — Женя ткнула толстушку в бок. — Это твои начальники!

— Я между прочим защищала их.

— Едва не раздавив, — прохрипел Алик.

— Минуточку, это вы сейчас про мои формы, да?! У всех есть недостатки. И вы тут, уважаемый, не исключение.

— Тоня, — отдернула её Женя.

Альберт от данного заявления тоже подсобрался и воинственно посмотрел на толстушку.

— Ваш недостаток — это неугомонный рот, напоминайте себе об этом почаще на ночь, авось поможет, — процедил Алик, зверея.

— Благодарю за совет. Я и вам советую ногу одевать как положено, а не таскать в руках. Не дай бог ещё кто-нибудь обознается и лишит очередной конечности.

— Нет ты слышишь, как она со мной разговаривает?! — Наумов пыхтя от злобы посмотрел на меня. — Откуда она вообще тут взялась?

— Хороший вопрос, — поддержал я и перевёл взгляд на Женю, что прикрывала скандалистку собой.

— Это ваша новая секретарша, Вячеслав Сергеевич, — дрогнувшим голосом молвила моя ассистентка. — Я вчера вам о ней говорила.

Невольно я и Алик прошлись по толстушке скептическим взором. Секретарь с пышными формами? Такого у нас на фирме ещё не было. Хотя может и к лучшему? Не заведу с ней интрижку. Увы, не любитель размеров «плюс сайз».

— У Антонины Николаевны замечательные рекомендации и послужной список, — продолжала Евгения, явно переживая, что её протеже сейчас попрут взашей. — Уверена, она нам отлично подходит. А это всё лишь недоразумение.

— Сказал бы я, кто тут недоразумение, — фыркнул недовольно Наумов.

— Перестань, Алик. Где твоё чувство юмора? — осуждающе протянула моя ассистентка.

— Погибло вместе с ребрами под этой тушей, — рыкнул тот.

— Слышь, придурок колченогий, я тебе сейчас на лицо сяду, если не заглохнешь, — дернулась вперед толстушка, и Женя тщетно преградила ей дорогу собой.

Понял, что пора прекращать перепалку, иначе в итоге рискую остаться без секретаря, без ассистентки и без адвоката.

— Достаточно! Женя, введи Антонину в курс работы, а ты… — посмотрел на бордового от злости приятеля. — Ты идешь со мной.

Уже в гостиной выслушал в адрес новенькой кучу нелестных определений и высказываний. Признаться, ещё ни разу не видел друга в подобном состоянии. Мужчина, прошедший в своей жизни немало трудностей, унижений и передряг, всегда спокойно относился к оскорблениям и умел достойно реагировать на них, но тут явно дал слабину. Или же нынешняя ночь с ограблением так повлияла, и эта пышка-спасительница стала последней каплей? Даже в их перепалке он явно сам лез на рожон.