Евгения Черногорова – Рейс в прошлое. Мистика (страница 8)

Амалия сложила всё в чемодан, закрыла его и понесла в вагончик. У Ольги перехватило дыхание, в её душе металась безудержная нежность к этой далёкой и странной женщине. Она желала прийти под тень этого фонаря раньше, дабы услышать больше из того, что уже было услышано. Этот канареечный дом вещей хранил многие тайны и многие истории. Когда Амалия через час вышла в общую гостевую, совмещённую с кухней, она застала странную картину. За огромным столом собрались все участники съёмочного процесса. Ей определили место в центре, усадив в удобное и уютное кресло. Её тираду извинений прервали с самого начала, и полилась беседа, сопровождаемая шутками и интересными историями из съёмочной жизни. Обогреваемая теплом свежезаваренного чая, улыбками коллег и заботливо укрытая пледом, который Ольга принесла из её вагончика, Амалия не заметила, как задремала. Ропот за столом утих, и голоса стали более глухими, чтобы не тревожить уснувшую женщину. Амалия погрузилась в царство Морфея, где она с дочкой на берегу океана раскачивалась на цветных качелях, уносивших их под самые небеса, а папа издалека махал им рукой и бережно удерживал её любимое клубничное мороженое.

Дорога к храму

В этот ясный солнечный весенний день было настолько тепло, что окружающие люди в своих полуодеждах общим потоком, ярким и щебечущим, были схожи с отдыхающими на морском побережье. Мария отличалась и не вписывалась в эту разноцветную ленту голов и тел. Сегодня она собиралась посетить мероприятие, которое требовало свой дресс-код, но ноги к концу дня привели в совсем уж необычное именно для неё место.

Девушке шёл двадцать пятый год. Всю свою сознательную жизнь она доказывала независимость от мнения окружающих и боролась за разнообразные права, в том числе право быть атеисткой, какой, в сущности, никогда не являлась. Существование сил небесных она признавала, более того, постоянно ощущала их радеющее присутствие в своей жизни и судьбе. «Добрые люди» в своём навязчивом желании привести заплутавшую «овцу» к вере совсем отбили желание подходить близко к храму. Бабушка с малых лет настойчиво таскала её на все службы, где ещё неокрепший разум сопротивлялся из желания личной свободы нудным многочасовым песнопениям. Ещё более непонятным для ребёнка являлось поведение и поступки этих благочестивых людей, которые не стеснялись ни в словах, ни в действиях проявлять грубость, хамство, недовольство, нетерпимость не только за пределами храма, но и в его стенах.

В более старшем возрасте девочку пугали странные женщины в этом помещении, наполненном удушливым ароматом ладана. Они выглядели птицами, этакими воронами, которые старались усиленно затоптать только зарождающийся росток интереса к религиозным таинствам. Своими вескими и не требующими ответа высказываниями служительницы с неистовой жаждой желали донести до умов всех «неслышаших» благость и укоренить в их сердцах правила посещения храма, чем большинство из них уводили с избранного пути на долгие годы.

Раздражили и окружавшая толкотня, крики, злость, нелицеприятные намёки прихожан на её происхождение и экзотическую внешность. Не понимаю, возможно ли в таком священном месте подобное обращение с себе подобными? Всё это приглушало день за днём его сакральную значимость. Теперь Мария и не помышляла зайти на святую землю.

Вернёмся же к весеннему дню. В маленьком городке творилось великое столпотворение. Сюда девушка приехала со своей подругой Ксенией на рок-фестиваль. Соответственно мероприятию их одежда не отвечала классическим представлениям о женственности. Всё в чёрных тонах, яркий макияж, алые губы и кожаная косуха, перекинутая через тонкое плечо. Обтягивающие джинсы, майка с черепом, казаки с клёпками и транспорт, на котором они приехали, довершали картину.

Подруги уже собирались покинуть пределы города и окунуться в ночную жизнь рокеров, как неожиданно Ксения замедлила ход.

Ксения:

– Маш, я совсем забыла, вот ума палата – ключ потерян!

Мария:

– Что произошло?

Ксения:

– Мама просила купить свечи до отъезда и масло для лампадки. У меня вообще выпало из памяти. Здесь недалеко храм есть, давай зайдём?

Мария:

– Не, внутрь не пойду. Я тебя во дворе подожду. Договорились?

Ксения:

– Да чего ты, ну пойдём со мной.

Мария:

– Одеты мы не для посещения таких мест. Я своё уже выслушала. Ты иди, если хочешь.

Ксения:

– Ладно, пойду тогда одна. Подождёшь меня?

Мария:

– Конечно.

Девушки за руки дошли до церкви. Она была довольно большой для такой маленькой паствы. Её голубые с золотом купола переливались радугой на солнце. Ксения зашла внутрь. Территория вокруг, в отличие от других мест, где бывала Маша, отличалась простором и необычной красой. Розовые кусты обвивали две беседки, дорожки плутали среди посадок, открывали необычные находки – гипсовые фигурки сказочных персонажей. Резные лавочки с исконно русскими мотивами напоминали детство, особенно одна. На её спинке были вырезаны ставенки, такие как открывает рассказчица «В гостях у сказки». На неё Маша и присела. Общее впечатление от увиденного было таким позитивным, что тайное недовольство посещением храма и внутренняя скованность уступили место чему-то приятному и доброму внутри.

В этот момент из церкви вышел батюшка. Мария резко напряглась, ожидая недовольства и возмущения своим внешним видом. Батюшка был нестарым человеком, лет сорока пяти, его красивое одеяние цвета молодой листвы отражало солнечные лучи, и Мария увидела, что освещало ореолом фигуру. Его взгляд завораживал и притягивал, как магнит. Священнослужитель заметил внимание девушки и подошёл. Приветствуя его, Мария встала со скамьи.

Батюшка:

– Доброго дня, дочь моя. Почему ты так грустна? Отчего в храм не заходишь?

Слова из уст его лились миррой, окутывая внутри всё естество теплом и любовью.

Мария:

– Да куда ж я, батюшка, в таком виде? Одета я не по правилам.

Батюшка:

– А ты, деточка, зайди. Сегодня день великий. Привезли нам реликвии вечные, мощи святые. Зайди, приложись, благодать тебя окутает.

Мария:

– Да и макияж у меня больно яркий, неудобно мне. Всё не к месту.

Батюшка:

– Нет, душа моя, не бывает не к месту. Коли ты здесь, значит, нужна тебе помощь, благословение. А одёжа, то для Бога вещь не столь важная. За макияж переживаешь, не печалься о том, я полотенчиком за тобой сотру. Пойдём, деточка, со мной.

Мария вместе с батюшкой зашли в храм. Первый раз служительницы не смотрели на неё как на прокажённую. В храме дышалось легко и свободно, отворённые двери создавали небольшой сквозняк, потому запах ладана и свечей смешивался со свежей весной. Мария поставила свечи к иконе Иисуса, приложилась к мощам, и слёзы потекли по её щекам. Объяснить, что она испытала, словами было не в её силах. Если совсем просто: ей захотелось обнять душой весь мир. Батюшка подошёл, погладил Марию по голове и сказал, что будет ждать на вечернюю службу. Ксения, видя происходящее со стороны, ретировалась наружу, не желая помешать беседе. С той поры Маша стала посещать это святое место, а отец Олег стал её духовным наставником. Они частенько вели с ним долгие беседы, и счастье всё чаще расцветало улыбкой на устах девушки.

Орфографический инфаркт

Надеюсь, что многие из моих читателей пользуются интернетом? Речь и пойдёт о Всемирной паутине, а точнее, о ситуации, которая встречается ежедневно, но не всегда со мной. Поэтому не могла не поделиться!

Некий господин N очень желал услышать моё мнение так настойчиво, что я не имела права его не высказать, собственно, с присущим мне спокойствием и сарказмом. Есть в сети такие любители пощекотать нервы другим и вывести человека из состояния равновесия.

Здесь желающим посочувствовать ему в дальнейшем прошу обратить внимание! Меня спросили! Не я высказалась, а настойчиво поинтересовались моим мнением, так что я имела право его озвучить!

Тема, по которой из меня вымучивали ответ, вылезла нечаянно – анекдотом в ленте. Устав от работы и желая просто отвлечься, я листала разнообразные посты, напала на группу с анекдотами, не всегда пристойными, но заслуживающими внимания хотя бы оттого, что они запоминались и оставались в памяти. Мой разум не любитель забивать серое вещество всякой ерундой, а тут действительно весело! Лайкнула пару штук и забыла. Вдруг гневное сообщение товарища N засверкало вверху, я изначально понимала, что будет интересно, поэтому ответила.

N:

– Ты автор, поэт! Как тебе не стыдно?

Я:

– Чего натворила-то?

N:

– Как можно нести культуру в массы и поддакивать пошлым анекдотам? У тебя образования нет? О, Бог, что за век, что за нравы! Я понимаю общество, но своё мнение быть должно. Оно у тебя где? Или, как овца, будешь за стадом идти? Я твоё мнение спрашиваю!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.