Евгения Чепенко – Ведьма и закон. Игры вестников (страница 42)

– Иди.

– Есть! – С места Мосвен сорвалась так, словно над ней змий кружил.

– Задери их всех! – выругался Мурад, подбегая к проходу. – Люсьен, найди ей хвост мигом.

Кошка закрыла дверь за медиком, обернулась и хмуро уставилась на детей. Ахом глаз сразу на нее не поднимал на всякий случай. Кемнеби поначалу взялся авторитет матери оспорить, но быстро сдался, последовав примеру брата.

– Где он? – зло процедила Мосвен.

Котята одновременно расступились и указали на кладовую рядом с кухней. Почти сразу же оттуда вышел черт.

– Ты!..

Клеомен вздрогнул. Она была в ярости и совсем не походила на ту Мос, с которой он имел дело на работе. Конечно, секретом не было, что за пределами Интерпола она истинная любимица Сешат[33]. Но знать – одно, а видеть так близко собственными глазами – другое. Тем более видеть сверкающую оболочку ее второго я. Всегда сдержанная, холодная, рассудительная, серьезная Мосвен изменилась. Прозрачный белый леопард взирал бездонными черными глазами, скалился и шипел. А под ним исподлобья на Клеомена все теми же черными глазами смотрела маленькая, хрупкая и разъяренная женщина.

– Я тебе говорил, он ее не боится, – прошептал едва слышно Ахом и тут же в качестве ответа от брата получил удар в плечо.

Про удар Клеомен догадался по звуку, поскольку взгляд отвести не мог. И дело было не столько в неотразимости прекрасной кошки, сколько в той опасной игре, которую она затеяла. Сам Клеомен никогда бы не решился подойти к ней ближе, чем она позволит. И тем более никогда не решился бы сделать это так, как принято у хищников. Вот только сейчас Мосвен сама в порыве ярости заставила его вступить в схватку.

Леопард окончательно накрыл ее, она обернулась и ступила на четыре лапы. Клеомен осторожно, медленно, не отводя взгляда от ее глаз, присел. В ответ она прижала уши и зарычала. Кемнеби вторил матери.

Внимательно прислушиваясь к обоим котятам, черт уперся одной рукой в пол и все так же медленно подвинулся ближе к Мосвен. Она была готова к броску, это легко читалось в ее взгляде. Клеомен в мгновение позволил проявиться хвосту и рогам. От его ладони по полу побежала дорожка ярко-синего пламени, обогнула кошку, заключив ее в кольцо.

Бросок со стороны Кемнеби остановил Ахом.

– Мы работать будем? – Клеомен постарался спросить холодно и равнодушно.

Мосвен словно ушатом ледяной воды окатило. Рычание прекратилось. В темных глазах ярость уступила место недоумению. Она зашипела.

– Я понял. Ты недовольна. – Теперь черт сыграл раздражение. – Так что насчет работы?

Она рванулась на него, но была остановлена яркой голубой стеной.

– Больно же, – возмутилась Мосвен, мгновенно сменив облик.

– Можно подумать, я на тебя действительно пламя пустил. – Взгляд Клеомен от ее глаз так и не отвел.

Кошка оскалилась, как была, в облике первозданном. Получилось мило и сексуально. Черту понравилось. Признаться, такая она ему вообще очень нравилась, несмотря на угрозу увечий. Может, действительно стоило не ждать, когда она обратит внимание, а подойти самому.

Мосвен недовольно нахмурилась. Кажется, предполагала, что он воспользуется предоставленным случаем и прекратит схватку. Что ж… Она ошиблась. Сдаваться Клеомен не хотел. Мос вновь оскалилась, а потом вдруг неожиданно отвела взгляд первая.

– Мы выяснили, кто сильнее? – Несмотря на очевидную свою победу, черт шел до конца.

– Да.

Она поднялась и гордо вздернула подбородок.

– Я могу встать?

– Да, – по-королевски кивнула кошка.

Клеомен встал и обернулся к ее детям.

И Ахом, и Кемнеби не скрывали растерянности. Только у младшего настрой был не агрессивный, а вот старший смотрел на черта с нескрываемой злобой. Правда, авторитет оспорить не отважился. Смотрел вызывающе, на грани допустимого, но грань не пересекал.

– Ты подверг моих детей опасности! – высказала наконец причину своей агрессии Мосвен.

– Я тебя и твоих детей ни за что в жизни опасности не подвергну, – огрызнулся черт.

Мос вздрогнула. Этот Клеомен был ей совсем не знаком. Она привыкла к другому Клеомену. Спокойному, тихому. Он никогда не был вспыльчив, не стремился привлекать к себе лишнее внимание. Она просто всегда знала, что он где-то рядом, что помогает и немного влюблен в нее. Неизменно такой ненавязчивый, добрый, милый, с ним было легко и тепло. А еще очень красивый. Красивый во всем. Нефер.

Сейчас ее привычный Нефер изменился. Холодный, жестокий. И почему-то нападает на нее, несмотря на то что уже победил. Она часто заморгала, борясь с непрошеными слезами обиды. Еще не хватало, чтоб дети настолько слабой увидели. Все мужчины одинаковые. Абсолютно все. И он.

От последней мысли захотелось застонать. Так безумно больно ей не было очень давно.

Клеомен увидел все: слезы, с которыми она отчаянно боролась; боль, заставившую ее сжать зубы; как она в очередной раз упрямо вздернула подбородок.

– У нас задание от Лика, – мягко напомнил он. – Твои головорезы прекрасно без тебя справятся. Они вдвоем меня-то легко загрызут, а уж разведчика любого точно. По крайней мере, лично я их боюсь.

Кемнеби скептично фыркнул.

– Точно тебе говорю, боюсь. – Клеомен насмешливо взглянул на старшего котенка. – Не веришь?

Ахом улыбнулся и, прежде чем брат хоть как-то отреагировал на наглость того, кого мать звала про себя Нефер, взял управление на себя.

– Мам, иди. Мы Ошоси вызовем в случае чего. Как обычно.

– Пошли, – скомандовал Клеомен, для чего-то сделав шаг навстречу.

– Куда пошли? – огрызнулась она. – Я так и не поняла, как ты собираешься отсюда выйти незамеченным. Их трое теперь. Один внизу, один на этаже и один у запасного выхода.

Черт не ответил. Просто взял ее за руку, притянул к себе, обнял, вспыхнул и растворился в воздухе вместе с дорогой ношей. Мос вырвалась, испуганно отпрыгнула от Клеомена и едва не споткнулась о скамью. Деревья зашумели, встревоженные волной агрессивной магии. Кошка обвела удивленным взглядом ухоженную растительность, затем обернулась к черту и, позабыв все свои обиды, бросилась к нему.

Клеомен стоял на коленях, опираясь одной рукой о землю, второй держась за грудь, и тихо хрипел. Хвост полыхал и бил по земле, оставляя черные полосы выжженной травы. Чтобы добраться до самого черта, Мос пришлось сначала увернуться от хвоста. Его хозяин явно соображал плохо и инстинктивно им защищался.

– Эй! – Она взяла его лицо в ладони и попыталась заглянуть в глаза.

Глаза были закрыты, а выражение лица испугало кошку.

– Где больно? – прошептала она. Потом сообразила, что вопрос-то глупый, и полезла в карман за наушником. Медиков вызывать надо срочно, а она будто дурная вопросы задает.

– Его там нет, – выдохнул Клеомен. – Посиди смирно минуту.

Мосвен замерла. Он сильнее. Сказал сидеть смирно, значит – смирно. Было немного неуютно слушаться. Но он ведь победил. Вот она наберется сил, найдет время, еще раз нападет и отвоюет независимость от его авторитета. Она сама будет решать, кому в жизни подчиняться, а кому нет.

Клеомен тихо, со стоном рассмеялся.

– Что? – не поняла она.

Он лег на землю и перекатился на спину. За грудь больше не держался.

– Больно?

Черт отрицательно покачал головой.

– Что это за переход?

– Мой личный. Я наполовину бог. Забыла? – просипел Клеомен тихо. – Но только наполовину, – добавил он почти беззвучно.

Мосвен помогла ему подняться.

– Как в Иномирье попадем?

– Локи навестим.

Она не возмутилась. Вообще никак не прокомментировала его безумное решение. Черт открыл глаза, повернул голову и взглянул на своего изящного леопарда. Мос с любопытством рассматривала распростертого перед ней на земле черта. Впечатление складывалось такое, словно она впервые его увидела.

– Почему именно Локи?

– Рисунок был от него.

– С чего ты взял?

– Шеф сказал.

Мос нахмурилась. Диалог шел через нее, и Лик ничего про Локи не говорил и не писал.

– Как он это тебе передал?