Евгения Чепенко – Боксер, Пашка, я и космический отщепенец (страница 30)
- Ну? Как ощущение в новом качестве? - склонилось надо мной лицо Илоночки. За ней в поле зрения попал Кагараши, Ника и родители. У них сходка что ли? Заняться нечем, кроме как торчать с утречка в спальне молодоженов?
- В каком качестве? - как-то совсем не женственно просипела я.
- Водички? - с надеждой спросила мама.
- Водочки? - в тон ей поддакнула Илона.
- А нам теперь каждое утро надо собираться в их спальне? - спросил Кагараши.
- Чувак, ты в пещере родился? - поразилась Ника, перключая пристальное внимание на инопланетянина.
- Нет. На исследовательской станции.
- Оно и видно, - пробормотала сестренка.
- Так в каком качестве? - прокашлявшись, повторила я вопрос.
- Жены, конечно! - удивилась моей недогадливости подруга.
- При знакомстве положено узнавать место рождения? Где ты родился, Вероника?
- У-у, бл...
- Все вон! - неожиданно грозно гаркнул мой капитан, прерывая готовые вырваться из девчонки неправильные слова. Хороший муж, правильный. Полюбить его хотя бы за вот такое стоило. Посетителей как ветром сдуло, а мы занялись невообразимо приятным... Обнялись и заснули. Боженька, благослови сон и мужчину, который точно понимает, что именно нужно возлюбленной с утра после бурной свадьбы.
Вторая побудка состоялась уже после обеда, общими усилиями мамочки и нарашеки, пробравшейся в комнату, но это уже к делу не относится. Факт остается фактом, свадьба вышла непонятной, шумной, убойной и, как выразился Сишати, познавательной. Что ж, антрополог женился на туземке. Известно и повсеместно. Интересно, если бы я ходила с голой грудью и носила юбку из пальмовых листьев, тоже бы приглянулась? Отвлеклась.
К вечеру мы сумели-таки выползти из комнаты. Точнее, это я сумела, муж-то сотворил подвиг гораздо раньше моего, чем окончательно покорил тещу. Обеспеченный, любящий, образованный, непьющий, интеллигентный, ответственный - все мамочкины мечты сбылись. Единственный минус - инопланетное происхождение, но она вскоре свыклась с сим фактом, доверив мне по секрету, что это что-то вроде как за иностранца пойти. Ну, да... почти.
Резво ковыляя, я добралась до ванны, распахнула дверь, и осознала, что сюрпризы еще не закончились, а жизнь только-только начала набирать обороты. На моих глазах сестренка целовала Кагараши. И нет, не в щечку. Ника последний раз мальчика в щечку целовала в младшей группе детсада и то принудительно, мальчик вырывался, с тех пор много воды утекло, Ника повзрослела, поумнела и неприятности приносила теперь по крупному. Знала, я знала, что счастливые глаза тети Аллы, оставляющей доченьку под присмотром любимого дяди, добра не сулят.
- Ника! - взвизгнула я, забежав в комнату и оторвав за шиворот ходячую неприятность от инопланетянина.
- Да, ладно. Я тут выяснила, что парень ни разу не целовался. Без того странный, еще и целоваться не умеет. Решила научить. Зачем так нервничать? - она улыбнулась и обратилась к Кагараши. - Пока, - до невозможного довольная собой выпорхнула в коридор. Я двинула себя по лбу. Сишати меня убьет.
- Я не говорил, что не умею, я сказал, что она не такая красивая, как наши девушки, и поэтому не может мне нравиться, - возмущенно зашипел на меня молодой медик.
Ко мне как-то сходу вернулся дар речи.
- Да?
- Да. Она - обычная землянка, к тому же не очень умная и не очень вежливая.
Та-ак. Надеюсь, ты этого ей не говорил?
- Ты так подумал? - осторожно с надеждой спросила я.
- Так подумал, - кивнул Кагараши. У меня от сердца отлегло. - А потом сказал вслух.
Сердце провалилось в пятки. Ёкарный бабай! Теперь одно из двух, нерадивый сиросэкай: либо девочка превратит твою жизнь в ад, либо докажет тебе, что круче всех твоих женщин вместе взятых, и зная Нику, можно с уверенностью утверждать, что начатое она в любом случае доведет до конца. Вот кто просил дразнить землянку, дубина инопланетная? Похоже, мужики и впрямь кругом одинаковы, а Сишати даже на своей планете - исключение. Я вытолкала врача из ванной, велев ему бежать к капитану сознаваться в содеянном, сама же забралась под душ смывать напряжение и сон.
21. Туземец туземцу - друг, товарищ и корм
Мой дом - моя крепость.
Ну, не совсем уже моя, за последнее время в ней поселилась разношерстная компания иноземно-земных созданий, но да ладно. Не суть важно.
Я пережила свадебный пир, добралась таки до своей квартирки и никто не испортит хорошее настроение: ни Кагараши, растянувший свои не в меру длинные ноги на диване перед телевизором, ни Дольф, от нефиг заняться порвавший в клочья свой спальный теплый ватничек, сшитый мной любовно вручную, ни Пашка с Машкой, разучивающие новые слова, ни даже сосед сверху, решивший воскресным вечером посверлить. Причем, судя по звукам, сверлилось все, что попадалось под руку: стены, пол, потолок. Люк что ли мне решил бесплатный проделать?..
Достала из холодильника кусочек свадебного тортика, налила чай, выключила свет и расположилась поудобнее на маленькой тахте возле окна. Вечерний город, полный огней, - завораживающая картина, а в сопровождении всякой вкусняшки и вовсе, и пусть весь мир катится в тартарары, впрочем как обычно в моей жизни.
- Несмотря на все творящиеся здесь ужасы, я люблю твою планету.
Мне не нужно было оборачиваться, чтобы узнать этот голос, я уже знала, что Сишати стоит за моей спиной. Я его не слышала, скорее почувствовала. Последнее время нервные окончания во всем теле словно сходили с ума, стоило ему оказаться в радиусе нескольких метров от меня. Его улыбка завораживала, а голос заставлял сердце замирать. Теперь сомнений в том, что Наташик влюбилась, не было никаких, вкупе ни сожалений, ни расстройств, ни страхов.
- Не ты один.
- Я не о землянах, Микаи, - мягко произнес капитан. Он опустился рядом, обнял и положил подбородок мне на макушку.
- Знаю. Свой среди чужих, чужой среди своих. Даже на родине ты исключение из правил, верно?
- Замечательно сформулировала.
- Это не я. Фильм так называется, - я помолчала немного, затем спросила. - Скучаешь по ним? У тебя кроме отца еще семья есть?
- Вся моя семья здесь. Ты и Паша.
Я улыбнулась.
- Пашка бы сейчас возмутился...
- Знаю. Дольф и Маша. При нем и их назову.
- Ну, Дольф понятно, он трус и подлиза, ищет где потеплее, хозяев сменит - глазом не моргнет. А Маша?
- Маша? - по голосу догадалась, что муж улыбнулся, наверное, даже рассмеялся. - Наташ, ты не верно воспринимаешь нарашеку. Она - друг, товарищ. В вашем словаре просто нет нужного понятия для древесных. Они независимы и увлечены разными вещами. Маша авантюристка, путешественница, она любит корабли и звезды, новые места, планеты. Она дружит с тем, кто ей нравится, но, если устанет или ей просто надоест, уйдет.
Смысл сказанного дошел до сознания со скрипом.
- То есть... Она - не зверь? В смысле, она совсем что ли разумная?
- Нет. Не так, как ты понимаешь. Разумная, но иначе... А мне?
Не сразу сообразила, что Сишати последним возгласом подразумевает торт. Вот так сходу переключился, подлец. Жена ж так не умеет. Отломила кусочек и не глядя сунула ему, ложку не брала, так что пусть как есть обходится, что называется: "Хочешь? Сам себе накопай." Однако землянка вновь ошиблась, капитан с удовольствием съел, еще и пальцы мне облизал. Я вздохнула.
- Жадная? - со смехом спросил он.
- Моя вкусняшка.
- А ты - моя.
Покраснела в мгновение - это точно, хорошо темно в комнате. Сыну семь лет, а у меня уши горят, Лунтик бы оценила.
- Так что там с Машей? - решила сменить тему.
- Эта нарашека пришла сама, она хотела летать.
- Короче, она точно знала для чего используется здоровенная треугольная хреновина?
- Да, - на этот раз в голосе капитана слышался с трудом сдерживаемый смех. Я скрыла ответную радость. Да, исследователь мой, ты - в своей области знаток, и им останешься, я помогу. Для начала не расскажу, что в курсе как зовется эта треугольная хреновина. Знания нужно применять вовремя и по делу. Для тебя буду милой женой-туземкой, а там посмотрим.
- Ты говорил, она меня любит.
- Любит, как друга, но если найдет пару - уйдет за ним.
Ух, ты. Прямо жена декабриста. Это мы от древесных инопланетных кошек повадками, значит, не отличаемся. Любопытно. И тут меня осенило. Боженька, выходит, когда к ней Дольф приставал - это что-то вроде того случая прошлым летом с озабоченной чихуахуа и моей ногой! Девушка, хозяйка, тогда минуты три отдирала свихнувшуюся лупоглазую шмакадявку, а Пашка еще недели три угорал над этой историей. Только Дольф - не шмакадявка. Все равно если бы ко мне конь приставал. Правильно ему Маша по роже настучала, жаль маловато.
- О чем думаешь?
- О Маше.
Звонок в дверь прервал диалог. Сишати поцеловал меня в висок и быстро поднялся. Минуту спустя в коридоре послышались приглушенные голоса, затем все стихло. Каким чутьем я догадалась что что-то не так - не знаю. Толком не смогла бы даже объяснить как услышала звуки сквозь шум дрели. Не раздумывая выбежала следом за мужем, но в дверях резко остановилась.
Прямо у моих ног лежало оружие. В смысле самое настоящее, я даже по фильмам знала, что тот здоровый набалдашник зовется глушителем. У Пашки таких игрушек нет. (Хиппи я, конечно, бывшая, но дать в руки сыну оружие не позволю, пусть и ненастоящее.) У открытой входной двери на полу хрипел мужчина. На нем же сверху восседал мой капитан на пару с миловидным незнакомцем. Точнее почти незнакомцем. Я его видела уже. Позавчера, к концу пьянки, он мне привидился у барной стойки.