Евгения Чапаева – Сердце Феникс (страница 8)

– И что это было? Вот уж точно воплощение дружелюбия.

Магия, бурлящая на кончиках пальцев, не находя выхода, снова замерла, как и разряженный воздух вокруг, – будто и не было ничего. Кира резко мотнула головой, и косы скользнули по плечам. Она развернулась на пятках и догнала удаляющуюся группу фениксидов. «Какие у него крылья? – мелькнуло у нее в голове, прежде чем она резко пресекла эту мысль. – Почему меня это вообще волнует?» Она напрягла плечи, стараясь не думать о его серебристых глазах.

– Он что, не в курсе, что мы не боимся огня? – Финорис обернулась – Лексан с наглой улыбкой махал ей на прощание, – наморщила нос и поспешила за Кирой.

Спустя час после расселения, когда солнце скатилось за горизонт, погружая лагерь в сумерки, кадеты встретились в коридорах гарнизона, изучая пространство вокруг. Финорис ощупывала шероховатые стены, утверждая, что чувствует в них магию.

– Лейтенант передал: офицера Скайфолл оперируют. Тебя пустят, только когда ее состояние стабилизируется, яд слишком быстро распространился по крови. Наши медики контролируют действия местных врачей.

– Яд? Пресвятая Феникс, помоги, – простонала Кира, обхватывая себя руками.

Финорис обняла Киру, и та благодарно кивнула.

– Она сильная, такая ерунда не сломит ее, пойдем. – Финорис протянула ей карту гарнизона, бросив попытки сориентироваться в запутанных коридорах.

– А как же Лаура? Когда ее тело отправят домой? – Они не были близки, но сердце щемило. Кира больше всех винила именно себя, ведь они с Лаурой летели совсем рядом. Могла ли Кира почувствовать, что что-то не так? Попытаться спасти Лауру? Но как Кира могла помочь, если все, что она знала о тенебрах, – лишь обрывки слухов?

Мысли перескакивали с одного на другое. Кира бросила попытки разобраться с картой и пошла на гул голосов и запах еды, злясь на отца за то, что он так мало ей рассказывал.

Встретившись в столовой, троица пришла к выводу, что: первое – кормят неплохо; второе – их специально расселили по разным этажам в противоположных концах корпуса. Каждому выделили собственную весьма сносную комнату в казармах.

– Они явно не хотят, чтобы мы много общались между собой, – прошептала Кира.

– Да, похоже, нам здесь не особо доверяют, – согласился Фирен, вяло ковыряя вишневое желе и оглядываясь на группу драконитов, исподтишка наблюдавших за ними.

– Хватит издеваться над едой. – Финорис ловко стащила у брата рубиновую баночку с десертом.

Все фениксиды сидели ближе к огню в центре столовой, дракониты – в тени у стен. Но граница между ними была тоньше, чем когда-либо. Кира вытянула ноги в сторону очага и почти замурлыкала от тепла, согревавшего до самых косточек. Она осторожно разглядывала драконитов: за столами сидели и девушки. Волосы у большинства были темные, заплетенные в тугие косы, перехваченные ремешками; на кожаных черных доспехах проступали потертости; наручи украшал тисненый узор. Одна ела мясо прямо с короткого ножа, другая что-то сказала ей, и та заливисто рассмеялась. Но стоило ей заметить, что Кира наблюдает, она толкнула соседку локтем, и разговор стих. Кира фыркнула и отвернулась.

– Видели доску объявлений? Уже повесили общий распорядок дня и… там есть кое-что неприятное. – Дэвид, фениксид, успел переброситься парой фраз с Фиреном, а потом подсел за стол к своим товарищам. Кира поняла, что этот рыжий малый, судя по нашивкам на форме, со второго курса военной академии Рёге.

Прежде чем Кира с Финорис успели обменяться тревожными взглядами, Дэвид добавил:

– Для охраны гарнизона сформируют смешанные патрули из фениксидов и драконитов!

– Ну кто бы сомневался, что нас сразу же запрягут, – громко возмутился Фирен.

Видимо, слишком громко.

– А ты думал, мы ваши задницы прикрывать будем, пока вы будете спать в своих теплых гнездышках? – прошипел один из драконитов за соседним столом. Его сокурсники заржали, пока один из них, изображая курицу, махал согнутыми руками, оттопырив локти.

Фирен громко стукнул кружкой по столу, привлекая внимание всех кадетов, и впился взглядом в ближайшую группу драконитов.

– Я просто не понимаю, почему мы должны жевать это дерьмо с чешуйчатыми, – пробормотал он так, чтобы услышали все. – Они, в конце концов, не в состоянии отличить дружбу от ножа в спину. Как мы вообще можем им доверять?

Фениксиды замерли.

Воздух изменился. Как будто что-то невидимое вибрировало между двумя группами.

Лексан развалился на лавке, поигрывая ложкой в пальцах, но его глаза смотрели прямо на Фирена.

– Забавно слышать это от тех, кто привык плясать вокруг костров.

Финорис сжала кулаки:

– Это вы прячетесь за своими тенями, потому что знаете, что в честной схватке мы вас испепелим.

Лексан не ответил, но драконит рядом с ним заржал. Кажется, это был Норт – так его называл Лексан в разговоре.

– Правда? Тогда почему ваши предки не сожгли нас, когда могли? Или вас учили только красиво махать крыльями, но не убивать?

Щелк. Тени на стенах дрогнули. В полутьме у восточной стены Кира заметила Шеду, прислонившегося к деревянной балке опоры.

Кира почувствовала, как в ее пальцах начал пульсировать жар.

Она не могла его остановить.

– Ты действительно думаешь, что мы такие добренькие? – Она вскочила с лавки и сделала шаг вперед.

Шеду, до этого выглядевший незаинтересованным, резко повернул голову в сторону Киры и усмехнулся. В его глазах вспыхнул недобрый блеск.

– Вот она, фениксидка с белыми крыльями, – Лексан, наклонив голову набок, говорил медленно, смакуя слова. – Ты уверена, что хочешь защищать своих? Может, лучше стать символом их бессилия и капитуляции?

Ее зрение на мгновение затуманилось от злости. Искры пробежали по ладоням. Магия требовала выхода.

Вспышка огня сорвалась с пальцев.

Но прежде чем пламя достигло цели с перепончатыми крыльями и наглой усмешкой, тени заструились и двинулись ей навстречу.

Густые, живые, как щупальца хищника, они вырвались вперед, поглощая жар. На мгновение огонь и тьма столкнулись, с шипением переплетаясь в воздухе.

И в следующую секунду Кира почувствовала, как что-то сильное врезалось в нее.

Шеду.

Рывком он перехватил ее запястье, толкнул назад, прижимая к ближайшему столу. Воздух с хрипом вырвался из легких Киры, когда спина врезалась в жесткую поверхность, а его пальцы впечатались в ее кожу.

Она вскрикнула, инстинктивно пытаясь вырваться, но его хватка была железной, а в глазах кипело серебро.

– Ты недолго здесь продержишься. – Рычащий низкий голос Шеду прозвучал прямо над ее ухом. Его дыхание касалось ее щеки.

Кира дернулась, пытаясь вырваться, но тени скользнули по руке, опутывая ее холодными змеями. На миг показалось, что они проникают под кожу, отзываясь на ее магию.

Гнев вспыхнул внутри.

– Убери свои лапы, – процедила она, вновь попытавшись вырваться.

– Отпусти ее! – Фирен поднялся из-за стола, но дракониты сомкнулись стеной вокруг него.

Шеду даже не повернул голову. Только губы дрогнули в усмешке.

Он склонился над ее ухом.

– Или что? Сожжешь меня? – шепот, в котором смешались вызов и насмешка.

Глаза Киры полыхнули. Огонь рванулся изнутри, жар волной прокатился по телу. Ее магия ответила на вызов в его словах.

Он почувствовал это. Кира видела, как его челюсть напряглась, а тени вокруг затрепетали.

Но он не отступил.

Она тоже.

Они замерли, застыв в этом напряженном противостоянии.

А затем – гулкий удар отвлек их. Фирен впечатал Норта спиной в лавку. Кто-то из драконитов дернулся вперед, столы сдвинулись, посуда загремела. Собралась толпа, тут же началась давка.

Воздух затрещал от всплесков магии.

– Что здесь происходит?! – прогремел голос капитана Драйтона, и драка мгновенно прекратилась.

Все затихли. Глухо упала со стола жестяная кружка.

Шеду задержал взгляд на Кире еще на долю секунды, затем отступил. Тени нехотя последовали за ним, снова сливаясь с его силуэтом.

Кира ощетинилась, но не отвернулась.

Драйтон обвел всех взглядом, словно отмечая каждую деталь: пятна копоти на столешницах от огня фениксидов, осыпавшийся с потолка мелкий мусор, тени, которые еще не до конца рассеялись. Подметил и тех, кто был взъерошен, а кто с рассеченной губой.