Евгения Чапаева – Сердце Феникс (страница 14)
– Знаешь что? Плевать. Я не собираюсь ни от кого бегать. Особенно от драконитов.
– О-о, начинается.
– Я серьезно. Хотят, чтобы мы научились работать вместе? Тогда я буду первой, кто сделает шаг.
Финорис внимательно на нее посмотрела, а потом хищно усмехнулась:
– Ты же понимаешь, что в гарнизоне это будет выглядеть как объявление войны, а не мира?
Финорис протянула руку, подцепила с подоконника маленький камешек и запустила его вниз, наблюдая, как он исчезает в тени:
– Ты вообще осознаешь, что здесь происходит, пока ты рассуждаешь о мире и дружбе? – В ее голосе скользнула насмешка, но взгляд был внимательный, серьезный. – За неделю мы с тобой пережили столько
Финорис начала загибать пальцы, подсчитывая:
– В первые же дни кто-то из драконитов подлил нам в питьевую воду зелье оглушения. Половина фениксидов шатались, как пьяные, капитаны орали, а дракониты просто сидели и ждали, кто раньше всех отключится.
Кира скрестила руки на груди:
– Ну, они не единственные, кто отличился.
Финорис закатила глаза.
– О, конечно, мы не отстаем. Кто-то из наших, – она выразительно посмотрела на Киру, но та и бровью не повела, – рассыпал в оружейной фениксидскую зажигательную пыль. Помнишь, как у Армунта после тренировки доспехи внезапно вспыхнули и он прыгнул в бочку с водой?
Кира едва сдержала смешок:
– Ну, это ему за подножку на пробежке.
– Ах да, а ты помнишь ту жуткую ночь, когда в коридорах гарнизона вдруг появились темные силуэты, шепчущие о тенебрах?
Кира кивнула, вспоминая, как кадеты вскакивали с коек, обнажая оружие, как в казармах разносился рык пробуждающейся магии.
Финорис прищурилась:
– Они вылепили из теней жутких существ и позволили им красться по комнатам. В тот момент я действительно думала, что мы все трупы.
– Они хотели проверить нашу реакцию, – пожала плечами Кира.
– Да ну? – фыркнула Финорис. – А помнишь, как кто-то из наших потом подмешал им в мази для крыльев настойку из огненного перца? Дракониты на следующий день летали так, будто их подожгли.
Кира не смогла сдержать смех:
– Ну ладно, это было эффектно.
Финорис наклонилась вперед, ее взгляд потемнел.
– А еще не забудь о том фениксиде, которого чуть не столкнули с внешней стены во время пробежки. Его крыло зацепили как бы случайно, но все видели, как Армунт улыбался, когда фениксид пытался удержаться.
Кира сжала зубы.
Финорис продолжила:
– И вот теперь ты заявляешь, что мы можем действовать сообща? Тебя же разорвут, Кира. Дракониты воспримут твое предложение как издевку, а наши – как предательство.
Она подалась ближе, сжимая аметистовый амулет в пальцах, ее голос стал тише, но жестче:
– Они ненавидят нас так же, как мы их. Насильно загнать фениксидов и драконитов под одну крышу – это не дипломатия. Совет развязал еще одну войну.
Кира понимала, о чем говорит Финорис, но отступаться от своей цели не собиралась.
Она смотрела на подругу, чувствуя, как внутри разгорается тот самый огонь, который появлялся в ней рядом с Шеду.
– Тем лучше, – сказала она, и ее губы медленно изогнулись в усмешке. – Посмотрим, кто выйдет из этой войны победителем.
К обеду Кира была все так же полна решимости осуществить задуманное. Она зашла в столовую, не обращая внимания на напряжение, царившее в атмосфере. Фениксиды и дракониты сидели отдельно, словно разделенные невидимой стеной. Кира взяла поднос, немного помедлила и, сдержанно выдохнув, направилась к столу драконитов. Взгляды – все, буквально все – устремились на нее: удивленные, настороженные, будто каждый ее шаг был вызовом.
– Эм, привет. Тут не занято? – бодро проговорила Кира, остановившись у чужого стола.
Среди сидевших за столом кадетов она узнала драконитов, которые задавали вопросы на лекции. Один из них, немного покраснев, кивнул.
– Садись, – буркнул он, снова уткнувшись в тарелку.
Фирен и Финорис заметили, что она села не с ними, переглянулись, но Кира махнула рукой, показывая, что все нормально. Она не собиралась отступать – это был ее способ разрушить барьеры. И может, первый шаг к тому, чтобы прекратить вражду. Но с чего начать разговор?
– А правда, что вы можете… ну… прилепляться к потолку? Мне рассказывал один знакомый… – Она нервно прикусила губу.
Один из драконитов скривился.
– Передай своему знакомому, что он идиот. Мы произошли от Великого Дракона, а не от летучих мышей, – рыкнул он, и в его темных глазах сверкнуло раздражение.
Но остальные весело хмыкнули, и Кира почувствовала, как кадеты чуть расслабились. «Неловко, но не смертельно», – подумала она, глубоко вздохнув.
– Значит, и на ветках вы не спите? – Кира судорожно вспоминала все, что когда-то слышала о драконитах.
Кадеты вокруг напряглись, прислушиваясь. Один из драконитов закатил глаза, но затем снисходительно улыбнулся. Худощавый парень с серебристыми прядями наклонился вперед:
– Раз уж ты здесь, расскажи о фениксидах. Правда, что вы не можете сгореть?
– Правда, нашим перьям огонь нестрашен. – Кира с готовностью подхватила тему.
За соседними столами фениксиды и дракониты пытались делать вид, что не прислушиваются, но любопытство сквозило в каждом взгляде.
– А что насчет вашей регенерации – ты подвернула ногу на пробежке, она быстро зажила? – спросил другой драконит из ее взвода.
– Восстанавливаемся быстро, но не мгновенно, – объясняла она с энтузиазмом. – А у вас? Как это – сливаться с тенями?
Драконит с серебристыми прядями ухмыльнулся:
– Это как чувствовать тепло солнца с закрытыми глазами. Мы ощущаем тени и… становимся их частью.
– Тш-ш, Зарак, не раскрывай ей все секреты, – вмешался Лексан, громко уронив на стол поднос с горой булок и похлебкой и сев рядом.
– А правда, что фениксиды вылупляются из яиц? – Лексан увидел Финорис, сидящую за соседним столом, и подмигнул ей. Та фыркнула и театрально отвернулась, как будто не ловила каждое слово еще минуту назад.
Кира не выдержала и рассмеялась – ситуация напомнила ей разговор фениксидов в баре. Какие же они разные и в то же время одинаковые, каждый со своими убеждениями и стереотипами. Лед недоверия не растаял, но, возможно, покрылся трещинами.
После обеда, направляясь на практическое занятие по магии, Кира ощущала легкость и воодушевление. «Может, мы не так уж и отличаемся, – думала она с улыбкой. – Интересно, сумеем ли мы биться бок о бок?»
Она заметила Шеду, идущего впереди. Он появился из темного пролета коридора, шаги его были размеренными и плавными, как у хищника.
Воодушевленная первыми успехами в общении с драконитами, Кира заставила себя дышать медленнее, выравнивая сердцебиение, и догнала загадочного драконита, который каким-то чудом сумел обойти все ловушки, расставленные фениксидами.
Она старалась не показывать страха и нервозности. «Ну не убьет же он меня? Здесь слишком много свидетелей». Ее крылья подрагивали от напряжения, но она сдержала порыв спрятаться за них, как за щит, и убрала.
– У нас с вами, драконитами, всегда было… интересное соседство, – проговорила Кира с легкой улыбкой, которую натянула, словно маску, и зашагала рядом с ним. – Но я надеюсь, что это перемирие покажет, что мы можем быть не только врагами. Как считаешь?
Шеду удивленно приподнял бровь. Вопрос Киры и сама смелость, с которой она начала этот разговор, застали его врасплох. Уголки его губ дрогнули в слабой усмешке.
– Перемирие, говоришь? – протянул он. Голос его был мягким, как шелк, но от него пробежала дрожь по спине. – Интересное слово. Оно ведь означает, что две стороны готовы опустить мечи… или хотя бы временно забыть, как хорошо они вонзаются в плоть. – Шеду продолжал идти, не оборачиваясь.
Кира стиснула зубы: «Ящерица двуногая». И на секунду сжала кулаки, но сдаваться не собиралась.
– Именно. Забывать всегда сложнее, когда эти мечи слишком близко, но что, если попытаться? – парировала она, придав голосу твердость.
Шеду все-таки остановился и наконец повернул голову в сторону Киры. Более того, он сделал шаг к ней, и тени вокруг него завихрились, скользнули по земле, почти полностью обвив ноги собеседников.
– Ты, наверное, не знаешь. Забывать – не в нашей природе, – процедил он. – Мы помним все, что нам сделали, и не прощаем. Даже если приходится