Евгения Басова – Исара. Часть 1 (страница 3)
В укромном уголке, самого ветвистого куста лежал щенок. Ну как щенок… Скелет, обтянутый кожей… а двое моих новых знакомых, заботливо выкладывали перед ним бутерброды. Скелет отвернулся от еды.
– О как! – ещё более удивлённо брякнул я. – А ну-ка дружище, пошли со мной на свет божий. – взяв в руки невесомое тельце, начал выкарабкиваться к машине. Бя-да-а-а-а-а… куда его деть, представлений не было от слова «совсем».
– Аллёёеее, Виталь, гони ко мне в Корнилово. – сказал я в трубку, автослесарю из гаража, в котором уже несколько лет ремонтировал своё Рено.
– Колесо пробил? – сочувствующе уточнил Виталик. – Или что посерьёзнее?
– Гони давай. Офигеть как серьёзно.
– Ну ты даёшь…
Ехать ему было около получаса. Ок. Пока будем знакомиться с этой худющей семейкой.
– Меня Мишка зовут. – я посмотрел на самую большую собаку, которая удивленно смотрела то на меня, то на щенка, лежащего у меня на коленях.
– А ты поди мама этого создания? А это папа? – я махнул головой на второго собакена. Второй стал аккуратно подходить ко мне, глядя прям в глаза, не моргая… подошёл ко мне вплотную, наклонил голову, и ткнул носом щенка.
– Папа значит. Не переживай. Виталя мировой мужик. Сам не починит конечно, но у него жена волонтёр, она точно идеально отремонтирует твоего сына… Погода у вас тут хмурая… – я продолжил свой монолог уже сам с собой, хотя родители мелкого, сели рядом и жутко внимательно слушали.
Сначала мы поговорили о погоде, потом о бутербродах, потом рассказал им про свою жену, которая будет против, если я притащу их домой… про дочь которая будет в восторге, про сына которому всё равно, и конечно же про предписания для некоторых жителей села, на границе которого мы сейчас бомжуем на обочине. На подробном описании внешности моего шефа, приехал Виталий.
– Ну ты даёшь!!! – удивился он, увидев меня вожаком небольшой стаи.
– Ну ты понял, что мне нужна помощь Марины?
– В клинику она их отвезёт конечно…
– Я оплачу лечение…
– А потом-то куда? У нас итак уже восемь голов.
– Не знаю куда, Вера меня пристрелит, если я их в дом притащу, но и бросить погибать их тут рядом с телом сына, я не могу.
– Твою дивизию, Мишка!!! Ну вот лучше бы ты машину разбил. Ей богу.
Мы вчетвером так посмотрели на Виталика, что он открыл заднюю дверь своей машины, отвернулся и сказал:
– Я уже две секунды усердно делаю вид, что не знаю, как вы попали ко мне в машину!!!
Намек был понят всеми одновременно. Мамка и папка, как по приказу тут же запрыгнули, поглядывая, достаточно ли бережно я укладываю их сына на сиденье машины.
Виталий закрыл дверь, и брякнул, глядя на меня:
– Надо искать место для семьи. И имена им придумай! А-то назову Сидоров, Сидорова коза и козлёнок… с фантазией у меня туго…
– Ага. – кивнул я радостно. – Найду! Очень постараюсь!
Садясь в свою машину, я улыбался как самый сказочный идиот… На сердце было тепло и радостно за этих верных семьянинов, даже хмурое небо, вдруг стало светлее.
Осталось решить вопрос с участками, выплатами и всё… Если так дело пойдёт, то и этот вопрос решу очень позитивненько.
– Да пошёл ты откуда вылез!!! – кричала мне бабка с рыжими волосами. – Какая нахрен компенсация? Ты её видел? Я тут жизнь прожила!!! Да на твою компенсацию, мне два раза за хлебом сходить!!!
– Успокойтесь. Я приехал для диалога, позвольте я всё осмотрю, возможно мы в судебном порядке сможем вам помочь увеличить выплаты!
– Я тебя куда послала? – перешла на крик бабка. – Вот и вали туда! Я никуда не уйду от сюдова за такие гроши! Полную стоимость дома рисуйте мне! Свои копейки я тебе щас покажу куда засунь!!!
Бабка побежала ко мне, и мне пришлось спрятаться за машину, чтоб увернуться от грабель в её руке.
И так было на каждом участке.
Крик, паника, грабли…
Я объехал все сто шестьдесят шесть дворов, и к десяти вечера точно понимал… Ни один из домов не оценен честно… Все стоимости занижены как минимум в три раза… И это было жутко…
Жуткости так же добавил звонок Марины. У щенка крайне тяжёлый перелом тазобедренного сустава, истощение, глисты, блохи, и сопутствующие истощению заболевания внутренних органов.
Счёт, который мне готовилась выставить ветеринарная клиника со стационаром для трёх хвостов набирал обороты и увеличивался на глазах…
К вечеру, благодаря всем событиям и новостям сегодняшнего дня мне хотелось взять узелок с запасными труселями, уйти в клинику к Сидоровым, лечь в какой ни будь клеточке свернувшись в калачик, гладить мелкого щенка, и потеряться для всего мира.
Но…
Дома меня как обычно, ждал переслащённый чай, дочурка, и Вера, купившая себе новый браслет, стоимость которого скорее всего с лихвой покрыла бы и операцию, и стационар для моих тайных пушистых друзей.
Паша завалился домой почти к полуночи.
– Привет! – прошептал он мне, нисколько не боясь подзатыльника, за столь поздний приход домой.
– Спасибо что не утром. – сказал я максимально строгим голосом, в попытке перевоспитать то, что недовоспитал в прошедшие шестнадцать лет.
– Пожалуйста. – ответил сын и ушёл к себе в комнату.
Как всё прекрасно было шестнадцать лет назад… В младенчестве, Павлик покорял мамочек и их дочек, своими голубыми глазами, томным улюлюканьем, и пеленками с рисунком снеговичка…
И ему всё прощалось…
В детстве, отбирая игрушки у собутыльничков по песочнице, Павлик ослеплял людей блондинистыми кудряшками и надутыми губками…
И ему снова всё прощалось…
В школе, он так проникновенно смотрел в душу, прижимая к груди дневник с двойкой, что ему опять всё прощалось…
Но вот… прошло шестнадцать лет…
Каждый месяц, бывает один неудачный день, когда я уже закипаю от его выходок, смиряюсь с Уголовным кодексом и решаюсь прибить то что породил… Но теперь он так мастерски и вовремя захлопывает перед моим носом дверь, что пыл постепенно утихает, и ему снова всё прощается в связи с переходным возрастом…
Грядущее утро на ковре у шефа, я даже боялся представить, поэтому пожелал закрытой Пашиной двери спокойной ночи, потом зашёл к доченьке, поцеловал мою спящую принцессу, неискренне восхитился браслетом жены, и поплёлся спать.
Утро вечера мудренее.
***
Утро вечера действительно мудренее, оно дало мне решение, которое я так тщетно искал, правда это был смертный приговор для меня… хотя, если начинать что-то менять в своей жизни, то и начинать надо с самого себя.
Это придало сил, и даже вдохновило напеть пару мотивов в утреннем душе, к тому же звонок из ветеринарной клиники, добавил пару веселых нот в припев. Козленок Сидоровых на интенсивной терапии показывает успехи, а мама и папа очень хорошо кушают.
Отлично, решил я, первая новость хорошая, но по закону подлости следующая должна быть не очень.
– Миша, я налила тебе чай! – крикнула из кухни жена.
«Блиииин, не успел сам себе налить…» – разочарованно принял я вторую новость, и добривал подбородок уже не так оптимистично.
Хотяяяя! Третья должна быть хорошей.
– Папааааа, – в ванну вошла Наденька, – я пришла поцеловать тебя и пожелать доброго дня!
Четвертая должна быть плохой – считал я про себя.
– Паааап. Дай денег. У меня наушники сдохли. – Паша не изменял своим традициям, постоянно что-то ломая или теряя в самые неподходящие дни.
Пятая…
– Милый, мы сегодня с Надей едем в бассейн, и потом на велотрек за велосипедами. Покатаемся по парку. – сказала Вера, заглянув в ванну.
Сбой системы новостей произошёл на пятой… «но может и не всё так плохо, может быть пятая это продолжение четвертой», подумал я.
– Не голоден. – выпалил быстро у порога и шмыгнул за дверь, чтоб не пить переслащённый чай.