Евгения Басова – Исара. Часть 1 (страница 18)

– Что это? – вскрикнула она, попыталась снова и снова скинуть его.

– Браслеточница. – улыбнулась Ольга Борисовна. – Тише ты. Не кричи. – она быстро схватила Анну за руку, сдернула со своей шеи шарф и намотала на запястье, плотно спрятав браслет. – Чего раскудахталась? Тише. – шептала она Анне в ухо. – Сейчас заметят и руку отрубят к чертям. У меня такой же. Слышала я, что за этими браслетами больно сильно охотятся власти!!!

– Что за браслеты? Почему охотятся? – Анна была напугана.

– Не знаю. Никто не знает. Не снять его. Не пытайся. Но такие штуки вообще редкость. Ты первая кого я с ним заметила… ну не считая меня.

Анна рефлекторно спрятала замотанную шарфом руку за спину, а Ольга Борисовна подняла с пола её стаканчик и налила новую порцию кофе с термоса.

– Вот так милочка. Вот так. Недолго нам с тобой осталось. «Стена» где-то рядом. У меня-то браслет ещё в Москве появился, когда я на самолёте взлетала до Варшавы. Так с повязкой и хожу. Прячу от всех.

– А как вы тут-то оказались? В Мадриде.

– А как ты тут с Кемерово оказалась? – улыбнулась Ольга Борисовна. – Прилетела. Хотела с Варшавы сразу за океан, да билетов нет совсем. Вот до Мадрида были, а от сюда вообще ничего нет. Никуда. Поздно. Поздно я спохватилась улетать от «стены». А кстати… милочка. Кемерово-то у нас до Томска? Или после? – старушку осенила странная мысль, ведь если Кемерово было за Томском, значит Анна тут могла оказаться только одним способом. Она перелетела через «стену» получается?

– Восточнее. Ненамного.

– И как ты оказалась тут? – старушка приняла позу воина, детектива и следователя одновременно.

– Да нет тут тайны. Я просто облетела планету через Токио и Канаду. Вот и всё. Дочка у меня была с другой стороны этой «стены», вот я и подумала, что раз нельзя через неё перелететь, то можно облететь вокруг планеты. – устало сказала Анна.

– Хитрооо, это ты здорово придумала. – бабушка покачала головой, и жестом пригласила Анну присесть в кресла зала ожидания.

Аэропорт потихоньку пустел, люди убегали подальше, и только эта старушка и молодая женщина-врач, сидели, пили кофе и мило беседовали о погоде в разных городах этого мира.

Когда взлётная полоса окрасилась голубым сиянием, и оно начало, растворяя всё вокруг, приближаться к ним… они просто взялись за руки и допили кофе…

Им нечего было терять…

Им нечего было уже бояться.

Сделав глубокий вдох, одновременно закрыли глаза и приготовились встретить то, от чего бежал весь мир…

Ничего не происходило.

Совсем ничего…

Первой открыла глаза бесстрашная старушка.

«Стена» стояла прямо перед ними, в двух метрах.

Стояла, и не двигалась…

Начинался пятый день движения «стены»… Япония была поглощена, и никто так и не узнал, к чему привели или не привели их новейшие органические роботы. Домыслов конечно было просто море, на любой вкус и цвет: от – конечно они спаслись и никому не сказали, до – никто не спасся, поэтому никому ничего не сказали.

Глава десятая. Антибиотик

Сразу после разговора с Ашей я кинулся к Паше, Виталику и Марине. Мне срочно нужен был совет, помощь, плечо и просто направление, в котором следовало двигаться. Да у меня есть сутки, так много… но в то же время очень мало. Где-то погибали люди, дети…

Виталик с Мариной сидели на берегу озера в окружении своих питомцев, увидев их, я побежал на ходу придумывая как выстроить с ними разговор, с чего начать, и как лучше преподнести информацию. Добежать прям до них не получилось, штук шесть лохматых морд, выстроились в линию защиты своих любимых папы и мамы от коварного меня.

Я остановился в метре от них. Обернувшись, Виталя помахал мне рукой и цыкнул на охранников, которые сразу потеряли ко мне интерес и снова запрыгнули на него, радостно облизывая и обмахивая хвостами.

Такие красивые, такие счастливые!!!

Я сел на траву рядом с Мариной… от сотен мыслей о спасении и предательствах, голова налилась тяжестью ответственности, как расплавленным железом. Марина улыбнулась, всё так же глядя на зеркало воды, и толкнув меня локтем в бок, завалилась на траву и закрыла глаза. Прибегнув к такому же приему, мне удалось вдохнуть, выдохнуть, прибрать свои извилины по полочкам и… промолчать.

За что они страдали? Вот этот лохматый? Виталя как-то сказал, что люди привязали его к рельсам, ему отрезало две лапы и часть хвоста… Сейчас он был на всех своих лапках, вилял огроменным пушистым хвостом и подползая ко мне повернулся кверху брюхом, передними лапами обнимая мою руку, а глаза так и просили: почеши пузико, ну почеши… вот тут почеши и вот тут…

А вот этот… АЯ выдала из его прошлого такое фото, что я выключил её ровно через мгновение… изуродованная мордашка, половины головы как будто нет, лап только три… а сейчас лижется, счастливый, прыгает на мои плечи и пританцовывая смеётся, толкая головой в рёбра, словно уговаривая: и меня погладь… и меня…

Поток миллионов мыслей и среди них одна, как поперёк табуна… а может Аша была права?

– Привет! – сказал Виталя и мы все огребли пушистыми лапами по головам, от того, что большое белое облако просто легло на нас сверху. Виталик обхватил облако и покатился с ним в сторону выкрикивая сквозь смех:

– Пооооокаааа!!! Катька! Катя!!! Прекрати!!! Катюхаааааааа… – попытки Виталика снять с себя собакена, были обречены на провал, тем более что на помощь Катьке уже летели остальные барбосы.

Посмотрев на них ещё раз… приходило понимание, что они не просто безумно счастливы в этой куче, в этом клубке лап, хвостов, рук, ног, ушей и облизываний, но и в том, что доля истины в словах Аши просто космическая.

Кто-то обидел этих собак, да и не только собак. Аша рассказывала про кита, дельфинов… сколько птиц убито… зверей, сколько нефти вылито, сколько рек отравлено нашими заводами… мне стало страшно… страшно вот так всё остановить, ведь не станут люди добрее. Через пять-десять лет всё забудется, и начнём по-новому: пушные фермы, заводы, зоопарки… или дать «стене» сделать своё дело и жить по-новому, в мире с природой… А Наденька??? Весы колебались то в сторону доводов Аши, то против.

– Витааааль. – позвал я.

– Ааааа, чтоооо, блин, … всё, всё, всё… Фу, фу, фу… – он отбивался как мог.

Вдруг из кучи-малы вынырнула Маринкина рука с мячиком из сухой травы, сделала усилие и мяч полетел метров на пятнадцать, а вся пушистая братия понеслась за ним.

– Уфффф, что случилось? – отряхиваясь от слюней и травы пробухтел Виталик.

– Аша остановит «стену»! – я зашёл в разговор сразу с козырей.

– В плане?

– В прямом. Она мне пообещала. На один день. Надо придумать как спасти людей.

– Зачем их спасать? – удивилась Марина и почему-то сразу обняла кого-то рыже-белого, подсознательно защищая его от людей, которых я отчаянно пытался спасти.

– Там дети Марин!!! Они не виноваты, их можно воспитать правильно!

– Всех?

– Да, всех. Попробовать. – в моем голосе отчётливо поселилась паника.

– Если Аша и другие, решили оставить их за «стеной», значит есть тому причины. Стоит ли мешать лечению планеты?

– Дети-то не больны ещё!

– Ну я бы не сказал. Вот Пыжик, – Виталик махнул рукой в сторону пса, лежащего кверху пузом на самом солнцепеке. – детишки ему шкуру снимали, например.

– Я думал спасать грудничков. – и это был последний козырь у меня в запасе.

– Ааааа, – протянул он. – всех будем твоей грудью вскармливать? Или их безумных яжмамаш тоже через «стену» перетащим?

– Я не знаю. – обреченно опустив голову, сказал я. – Найдём выход, главное…

– Главное сначала дров наломать! – закончила моё предложение Марина.

– Ну хотя бы часть!!!!

– Ну да. На часть детей твоей груди хватит! Вторую часть на Маринкину повесим? Как отбирать будем? На камень, ножницы, бумага? Или по цвету глаз? У кого голубее, того возьмём?

– Нет. Я не знаю. Я к вам за советом пришёл.

– Мой совет: не вмешиваться в дела тех, кто создал разумный выход из наломанных дров, которые мы уже сложили в поленницу за эти пару тысяч лет.

– Я хочу быть гуманным. – грустно сказал я, ковыряя травинкой свой конопляный балахон.

– Я тоже, – так же грустно добавил Виталик. – только когда будешь гуманным, не забывай о Пыжике, и о Чаче.

– Смотри, – не успокаивался я. – Пашка получил браслет почти в последнюю секунду перед «стеной». Значит он что-то понял, и Они… – я показал в небо. – Они пропустили его. Можно же попытаться исправить тех, кто ещё остался в живых за Исарой.

– Как будем исправлять? – Марина поняла, что я не собираюсь сдаваться. – Второе пришествие Христа устроим? За сутки обойдём всех оставшихся и поговорим по душам?

– Нет. Надо устроить трансляцию. Они там, очень боятся «стены». Надо сделать из «стены» телевизор. Надо показать этот мир! Надо всё объяснить!

– Логично, пусть идут сюда и тут всё портят.

– Виталь, но есть много хороших людей. Есть Надя!!!