Евгения Барбуца – Вселенная не по размеру (страница 67)

— А он специалист по технологиям древних, — выдала я вместо ведущего.

Шин-Рен промолчал, но послал мне ошарашенный взгляд, который по мере понимания всей той бяки, что я ему подстроила, наполнялся возмущением.

А самое приятное, что меня никто не пытался устыдить за ложь.

— Да? — удивился Мангус.

— И где ты только находишь такие таланты? — удивился Торин.

— Везет, — буркнул ведущий, бросив на меня исподлобья укоризненный взгляд.

Больше за столом ничего важного не обсуждалось. И вскоре с завтраком было покончено. Ведущие других команд покинули нас довольно быстро, за ними последовали и их группы.

— На тренировку, — скомандовал нам ксерк.

Мои мозг и тело были против такого издевательства и судорожно искали способ избежать пыток.

— Рим, — обратилась я к ведущему. — Пока мы не вылетели, я бы хотела преподать Змею и Шин-Рену вводный курс по работе с нашим кораблем.

— Сейчас? — уточнил командир.

— Да, — кивнула утвердительно. — Это займет какое-то время.

— Змей, норм, выдвигаетесь за птичкой к посадочной площадке, — выдал очередной приказ ведущий.

Ни Шин, ни Змей возмущаться не стали. Шин-Рен так же, как я, был рад откосить от тяжелых тренировок. И пусть он еще не присутствовал ни на одной, но отчего-то уже их боялся. Змей же, в свою очередь, помнил наш разговор по поводу обучения.

Если молва не врет и дохис окажется действительно гениальным механиком, мы совместными усилиями сможем наконец разобраться с движками корабля, принцип действия которых я знала лишь в общих чертах.

Вот только ухмылка самого Змея меня изрядно напрягла. Несколько стандартных часов кряду почти наедине с чешуйчатой ящерицей? О звезды, дайте терпения.

Мы довольно быстро покинули территорию филиала. Парни на акаре, я на красной прелести. До корабля добрались без приключений.

Подождав, пока наемники приблизятся, начала вводную лекцию:

— Честно говоря, я давно собиралась познакомить вас с кораблем поближе, — сделала глубокий вдох. — Начнем с того, что попасть на корабль могут лишь те, у кого есть доступ. У нашей команды он полный. Ваши лица, голоса и ДНК-данные уже в памяти «Охотника». Вам достаточно открыть вот эту панель, — показала наглядно, — набрать стандартный код или озвучить его устно. Корабль считывает ваши параметры и решает: впускать вас или нет.

С тихим шелестом отворился люк.

— Вопросы? — посмотрела на парней.

— Когда ты успела собрать ДНК? — осведомился Змей.

— Не я, — поправила его. — Корабль. «Охотник» — уникальный звездолет, чуть позже я объясню вам его особенности.

Мы вошли внутрь и сразу проследовали на мостик.

— Шин, — обернулась я к норму. — У тебя персональная задача. Ты уже приступил к изучению языка, но этого недостаточно. Мне необходимо, чтобы ты владел языком как можно лучше. Конечно, моего уровня ты в силу ряда причин не достигнешь, но читать и понимать на древнем должен сносно. Впрочем, как и говорить. Это будет начальным этапом твоего обучения. Дальше мы с тобой займемся изучением интерфейса панелей управления внутренних систем корабля. В том числе и навигации.

Усаживая его в кресло и выводя галопроекцию, я продолжала объяснять:

— Каждый день ты должен проводить у этой проекции около двух стандартных часов. На проекцию будет выводиться определенное число знаков и транскрипция на твоем родном языке. Ты должен запомнить как можно больше. Я лично буду проверять тебя, — запустила программу.

Посмотрела на норма и поняла, что кое-что я все же упустила.

«Рим, Шину нужен личный коммуникатор», — вывела сообщение ведущему.

— Ну а я тебе зачем? — посмотрел на меня Змей.

— А с тобой разговор будет отдельный, — прошла мимо него. — Ты механик, и поэтому мы начнем с движков.

Он молча последовал за мной вглубь корабля.

— Обучать тебя языку сейчас нет времени, — заговорила я. — В целом это не так важно, особенно с учетом обучения Шин-Рена. Он в будущем станет твоим личным переводчиком. И если с пилотированием все более-менее понятно, я поменяла языковую базу системы управления, то с начинкой самого корабля не все так просто.

Мы спускались на нижние уровни, к самому сердцу звездолета, погружаясь все глубже в переплетения металла.

Передо мной стояла трудная задача: объяснить принцип работы того, о чем я имела смутное понятие. Нет, я, конечно, знала кое-что, но этого было явно недостаточно. Одна надежда на инструкции, коих в памяти корабля нашлось великое множество.

— Змей, ты же в курсе, как работает двигатель на черной материи? — обернулась к нему перед дверью, ведущей в святая святых.

— Да, — просто ответил он, и я отворила заветную дверь, заставив ее отъехать вбок.

Познания дохиса не были для меня новостью, потому как хороший механик просто обязан знать устройство гипердвижков.

— А энели?

Перед нашим взором предстала огромная установка гипердвигателя. Генератор черной материи.

— Тоже, — кивнул дохис.

В соседнем помещении находились кристаллы энели, но с ними позже. Для начала генератор.

— Хорошо, — кивнула своим мыслям, — мне не придется объяснять тебе базовые понятия. Тогда мы сразу перейдем к экте.

— Чему? — непонимающе нахмурился Змей.

— Экта, — повторила с улыбкой. — Душа корабля. А если научным языком, то симбионт. Органический вид полуразумной жизни, используемый каораи в качестве бортовых мозгов своих кораблей. Стоит заметить, что экту прививают далеко не всем кораблям.

— Подожди-подожди, — моргнул всеми веками дохис. — Что значит «органический вид полуразумной жизни»?

Я глубоко вздохнула, осознавая, что сейчас придется говорить правду.

— Древние специализировались на симбиозе биологических видов и технологий, — пожала плечами. — Так что первое, что тебе стоит понять, — этот корабль разумен настолько, насколько разумна экта. Второе — при первой активации корабля происходит слияние сознания корабля и пилота. В нашем случае меня. И только после этого кораблем сможет управлять кто-то другой. Причем управление будет производиться стандартно, через панель управления. Слияние с эктой возможно лишь при одном условии. У тебя этого условия нет, так что не будем на нем зацикливаться.

Змей стоял, широко расставив ноги, заложив руки за спину, и смотрел на меня очень внимательно.

— Передвигается экта внутри металла. Это возможно благодаря особому молекулярному составу данного сплава. Опять же, данного сплава ваши технологии еще не знают. Таким образом, утечка экты невозможна априори, поскольку у нее нет определенных систем передвижения. Контролировать ее также не представляется возможным. Экта есть во всем. Поэтому в случае повреждения двигателей стоит быть осторожным. Чуть позже я скину тебе на коммуникатор схемы и свои пояснения к ним.

В процессе пояснения я указывала на места возможного скопления экты, а он слушал меня, все больше хмурясь.

— Врешь ты все, — выдал вдруг Змей.

Я от удивления забыла закрыть рот.

— Когда? — справилась с собой.

— Впервые вижу, чтобы кто-либо столько знал о технологии Ушедших, — выдал он вполне логичную мысль. — Никакой ученый тебя не обучал. По крайней мере, один ученый не может столько знать в принципе.

— И всего-то? — как можно легкомысленнее фыркнула я. — Не отвлекайся на несущественные мелочи.

— Это еще не все, — возразил дохис, шагнув ко мне. — Сажи-ка, милая, с чего вдруг ты решила нас обучить? Почему вдруг подпускаешь к своему сокровищу?

— Глупый вопрос. — Сделала шаг назад. — Я не механик. В случае аварии я не смогу разорваться и заниматься ремонтом параллельно с пилотированием или настройкой сбоящих внутренних систем.

— Не то. — Еще один шаг. — Что насчет обоснования обучения меня пилотированию?

— Да легко, — возмутилась я. — Эвтэрианцев помнишь? А пиратов? Но ведь у нас еще не было действительно серьезных заданий. На корабле должен находиться запасной пилот — на случай непредвиденной ситуации. Не говоря уже о том, что я не железная и иногда устаю.

— Красиво поешь, — цикнул он.

— Да-да, — отмахнулась я. — Пошли в отсек энели. И вообще, я же у тебя не спрашиваю, где ты мог иметь дело с движками энели. Если с гипером еще можно понять, то подобные технологии не так-то легко встретить.

И я заскользила по направлению к соседнему отсеку.

— Стой! — схватил меня за руку Змей. — Ты либо ненормальная, либо бессмертная, — заявил он. — Ничего не смущает?

Я поморщилась, осознавая его правоту. Людям и им подобным опасно находиться рядом с гипердвижками. Генератор черной материи даже в пассивном состоянии выдает такую дозу излучения, что мозг закипает уже на первой стандартной минуте. В буквальном смысле этого слова. Про энели вообще лучше молчать. Так вышло, что излучение кристаллов энели приводит к разрыву человеческой селезенки. Причем тоже в буквальном смысле слова. И если с селезенкой еще как-то можно выкрутиться, сославшись на возможность заменить данный орган искусственным, то с мозгом большие проблемы. В отличие от других органов человека, мозг еще не научились заменять или пересаживать.