Евгения Александрова – Хладнокровное чудовище (страница 9)

Император слишком, пугающе, чудовищно силен! И с ума сойти, как можно вообще ответить ему спокойно, а некоторые из присутствующих — Арнеина бросила быстрый взгляд на дарханку — ещё осмеливаются с ним шутить, словно он простой смертный.

Дагмар — круглолицый, но тоже довольно высокий мужчина с проницательными темными глазами — кивнул императору, развернул свиток и зачитал вслух:

— Уважаемые сенты, почтившие нас своим появлением во дворе Его Императорского Величества, — откашлялся мужчина, — от имени нашего повелителя, величайшего из магов…

— Давай к делу, — прервал его Сиркх, повелительно подняв ладонь.

Пальцы на крупной ладони были длинными, ловкими, и Арнеина засмотрелась, воочию представляя, как он соединяет их в магическом жесте, призывая мощь богов, что ему подвластна.

— … Хотим озвучить вам условия участия в смотрах невест, подходящих Его Величеству: вы должны обладать магическим даром и доказать это на деле, а также иметь благородное происхождение, суметь пройти несколько важных испытаний и даже искушений, а также доказать на деле свою преданность Ивварской Империи и желание послужить её росту и укреплению, разделить с Его Величеством все тяготы службы и стать верным источником силы и опорой.

Только сейчас Арнеина смогла бегло, опасаясь нового столкновения взглядом с Сиркхом, осмотреть остальных участниц смотров невест. Советник Адам, который готовил её к этому путешествию, бегло описывал их и рассказывал о достоинствах и недостатках девушек.

Одна была с Юга Империи, из самых её окраин, судя по тщательно уложенным кудрям и темной от загара кожи. Еще две явно родились в самом Ивваре: их кожа была бледна, а волосы отливали разными оттенками бледно-золотистого. Они даже казались похожими, словно сёстры.

Четвертая выглядела скромнее всех: не очень привлекательна, невыразительные черты лица, опущенный взгляд, волосы русые, а пальцы, сжимающие приборы, тоже подрагивали.

Взглянув будто на себя со стороны, Арнеина расправила плечи и ещё больше выпрямила спину — не хотелось производить столь же жалкое впечатление, пусть она и решила отказаться от победы!

Пятая девушка, с покатыми плечами и подчёркнутой глубоким вырезом грудью, с волосами, чуть уходящими в рыжину, сидевшая по правую руку, поглядывала искоса на Императора крупными голубыми глазами: он явно и на неё произвел неизгладимое впечатление.

И шестая — дерзкая и слишком смелая дарханка — единственная из присутствующих, кто чувствовала себя как рыба в воде. Может быть результаты отбора уже известны заранее — и всё это не более, чем фарс, показательные смотры, призванные привлечь внимание к чему-то, что творится в самом сердце Ивварской Империи?

Арнеина коротко перевела дух. Даже если она не сможет претендовать на сердце Императора, эта поездка должна стать полезной для княжества и помочь заручиться поддержкой Иввара — как самого могущественного соседа.

Глава 7

Ответная честность

Вальдер вернулся в арендованный дом с облегчением. И с предвкушением, отчасти. Он не считал столкновение с не в меру дерзкой дарханкой чем-то выдающимся, но это могло развеять его хмурое состояние и дать возможность забыть о кое-ком с Юга.

Он прошел по комнате, сбросил камзол на ближайшее кресло и остановился у окна, глядя на ночную столицу. Ивварскую Империю ждало сложное, но величественное будущее, если все слова Сиркха хоть отчасти правда. Если сам Скадо — Величайший из Четырех — покровительствует этому человеку.

Вспомнилась речь Сиркха, взошедшего на трон после свержения императора Гедеона, в которой любимец богов говорил о судьбоносных переменах. Много веков магов в Ивваре считали чем-то неважным, их права притеснялись, орден дарханов — созданный когда-то для защиты и сохранения ценных знаний о магии — с методичностью молота подвергался ударам со стороны властей.

Сиркх первый из дарханов, кто нарушил запрет на участие в политической борьбе. Заявив о том, что с ним говорил Скадо, он завоевал голоса не только своей школы дарханов, которой руководил много лет, но и голоса множества других.

До этого в высших кругах власти постоянно царили внутренние противоречия и интриги. Страну с преимущественно феодальным устройством раздирали на части междоусобицы. Расширяя свою власть отчасти силой оружия, отчасти путем добровольного подчинения, Сиркх считал, что приобретая власть и подчиненных, которые находятся на нижних уровнях развития, он освобождает целые классы развитых людей — магов — от постоянной борьбы за выживание. Дает им возможность посвятить себя бескорыстному приобретению знаний — этого благороднейшего и сильнейшего орудия — с целью улучшить жребий всего человечества. Все во имя всеобщего блага.

Интеллектуальный прогресс, говорил он, который выражается в развитии науки и искусства и в распространении более свободных взглядов, неотделим от промышленного и экономического прогресса, а этот последний, в свою очередь, получает мощный толчок от военных побед и завоеваний. Магия — видение и ведение — должна была проложить дорогу науке и развитию, и хотя Сиркх видел, что принес немало зла, оно вместе с тем должно было стать и источником большого блага.

Большее благо…

Вальдер задумчиво расстегнул тесный ворот рубахи. Большая ответственность говорить за всех, но и неоспоримо то, что люди, обладающие магическим даром, превосходят тех, кому тот дан не был.

В дверь постучался Гаррет и передал донесение.

— Как вы просили, командир.

Вальдер пробежал глазами по первым строкам, свернул бумагу и с улыбкой кивнул.

— Спасибо. Быстро и точно, как и всегда, Гаррет! Отдыхай.

— Вам тоже не помешает, — хмыкнул вояка.

Вальдер чувствовал внутри нетерпение, толкающее в новый бой. И снова быть со своей командой. Направлять их и вдохновлять, отдавая свой долг Империи.

Ребята заслужили победу — после того, как ушли с Корсакийских. Это было жаркое и горячее приключение. Не без побед и не без поражений, но хорошая встряска. Однако сейчас Вальдер почувствовал, что больше не хочет об этом думать. Не сейчас. Есть дела поважнее. И брачный союз, заключенный под взглядами чужих богов, не имеет никакого значения.

А всё же Ясмин была хороша. Особенно — в момент пожара, который сама и устроила. Словно из-за него она и проснулась и зажглась так ослепительно-ярко.

Однако лелеять и любить женщин — не его стезя. И от одной мысли, что можно провести всю жизнь с одной женщиной, посвящать ей всё время и силы, становилось откровенно скучно.

Дождавшись, когда Гаррет заберет камзол, чтобы привести форму командира в порядок, и скроется за дверью, Вальдер снова развернул донесение, о котором запросил ранее.

'Айдан де Марит. Двадцать пять лет. По национальности ивварка, благородных кровей. Состоит в совете ордена дараханов Итенского архипелага. Обучалась под руководством Сиркха, всю жизнь провела в монастыре и посвятила ему дальнейшую службу.

Наставница, дорре — из явных. Последние пять лет занимается развитием монастыря. До переворота во власти и восхождения Сиркха на трон была одной из приближенных к нему учениц.

Одна из претенденток в предстоящем отборе. Характер тяжелый, скрытная, друзей мало. Родители погибли в детстве, несчастный случай. Сильный магический дар. Одиночка.'

Человек, добывший сведения, постарался больше положенного — хотя характер у девушки было видно и без особых копаний. С одной стороны, есть что-то общее с Ясмин — тоже сирота, но с другой, у Айдан помимо магической силы явно выстроенные границы и уверенность в себе, которую не сломить парой слов.

Вальдер прошел к камину и отправил бумагу в огонь.

И не сказать, что он нарочно хотел сломить кирию ди Корса, но та сама действовала наперекор закону и уговору. И подставлялась раз за разом, обнажая слабость. Зачем-то он был ей нужен, однако теперь это в прошлом.

А вот Айдан… С ней пока больше вопросов, чем ответов. Она должна прийти сама, она знает, что он слов на ветер не бросает. Но может сглупить и прислать кого-то из своих людей — что ж, тогда игра закончится быстрее, чем планировалось.

Сбросив обувь и пройдя по мягкому ковру, Вальдер принялся расстегивать парадную рубаху, когда в дверь негромко постучали. Надо же. Так быстро?

Не став дожидаться помощи от Гаррета, Вальдер отпер дверь сам и остался в проходе, оперевшись о косяк.

В темноте коридора замерла Айдан, накинувшая поверх светлого платья накидку с капюшоном, скрывающим почти всё лицо, будто прийти к Вальдеру лично — была тайная незаконная операция, о которой никто не должен узнать.

— Сента де Марит…

— Я могу пройти? — раздраженно проговорила она, чуть глотая «р» на ивварском и не снимая капюшон.

— Всё ещё не слышу вежливости в вашем голосе.

— Пожалуйста, сентар ди Арстон, могу я войти? — подчеркнутые темно-вишневым оттенком губы, видневшиеся из-под тени капюшона, растянулись в притворно-вежливой улыбке.

— Попробуйте.

Он посторонился, но самую малость, вынуждая Айдан протискиваться в проходе мимо него, но как не отомстить за издевательское «солдат» и не позлить дерзкую дамочку ещё немного?

Дождавшись, когда Айдан пройдет в комнату, он прикрыл за ней дверь и повернулся.

— Прошу прощения за внешний вид, — не торопясь застегивать рубашку, сказал Вальдер, — думал, вас стоит ждать позже.