Евгения Александрова – Хладнокровное чудовище (страница 22)

Элиза ещё раз обернулась в дверях, но Гаррет, уже донельзя раздосадованный своими мыслями, которые словно нарочно разворошил командир, допустив вообще такую нелепую возможность, буркнул грубо:

— Беги давай, пташка. Передам, что надо, а ты сюда не ступай. Нечего тебе тут делать!

«Хватит и других дарханок, которые повадились шастать под дверьми», — мысленно добавил он и снова помрачнел, вспомнив нехорошее ощущение от этой Айдан де Марит.

Элиза вспыхнула, точно обиделась, отчетливо хлопнула дверью и торопливо бросилась по лестнице со второго этажа. Гаррет вздохнул. Чудно! И вроде доволен, что поступил вопреки мнению командира и его домысливаниям, а вроде и досадно, что наговорил на девицу лишнего. Впрочем, не будь у нее всяких ненужных мыслей — она б и не обиделась, верно же?

— Верно я говорю? — кивнул псу Гаррет и, дождавшись согласного зевка и молчаливого, всё понимающего взгляда, отвернулся.

Перебросив через плечо полотенце, Гаррет склонился над умывальником и сполоснул лицо ледяной водой из ведра. Точно юнец! Ну куда это годится⁈

На лбу пролегла морщина, запавшие глаза как-то странно заблестели. Побриться пора, из-за щетины подбородок ещё более квадратный кажется. Но разглядеть толком Гаррет себя в зеркале не успел: услышал дикий женский вскрик.

Бросив полотенце, Гаррет прогрохотал по лестнице, потому что судя по звуку — там, как минимум, кого-то убивали!

— Элиза? — крикнул он хрипло, заметив девчонку и кончик ее косы на каменных ступенях.

Рука сама собой легла на нож на поясе, с которым Гаррет не расставался. Но никто не посягал на убийство. Целительница попыталась подняться, но только с болезненным стоном подтянула к себе ногу.

— Подвернула… — буркнула она, не глядя в его сторону.

— Фух, проклятье, — выругался он, опускаясь на ступеньку, чтобы отдышаться. — Я думал, случилось что.

— Случилось. Да не важно… сейчас…

Девчонка попыталась подтянуть ногу снова, чтобы коснуться рукой, но Гаррет взглянул на щиколотку и поморщился: похоже не просто подвернула, а перелом.

— Давай, отнесу, — оперевшись на стенку, Гаррет приподнялся, прикидывая, как подхватить целительницу на руки так, чтобы не навредить еще сильнее. — Целительница, ох.

— Тошнит… — простонала Элиза жалобно, но спорить не стала, позволила ему осторожно подсунуть руки под спину и колени и взять себя на руки.

— Ну ещё бы.

Тяжело пыхтя, он понес девчонку обратно, отгоняя мысль, что она сделала это нарочно. Мало кто захотел бы ломать себе ногу, чтобы увидеть важного человека, не так ли? Даже если ты целитель и знаешь врачевание!

Элиза вцепилась со всей силы Гаррету за шею, стиснула за ворот рубахи так, что впору и порвать на части. Тонкие пальчики оказались сильными и не на шутку щипали кожу, пока она пыталась не стонать от боли. Даже отвернулась к его груди, уткнувшись носом и тяжело дыша, щекоча своим дыханием. В груди сновоа кольнуло щемяще от её прикосновения кожа к коже. Стало быть, снова её магия?

Гаррет ногой отпихнул приоткрытую дверь, которую тут же помог придержать Бруно, занес целительницу в комнату и прошел до софы. Опустил раненую осторожно, но всё равно вызвал очередной мучительный стон.

— Что ж так бежала, — посетовал он, качнув головой.

— Дайте сумку, тамк есть обезболивающее, — не отвечая, просипела Элиза, снова мучительно кусая побледневшие губы.

Глотнув какое-то из своих зелий, она на пару мгновений прикрыла глаза. Дыхание стало ровнее. Гаррет присел на стул, поставив его ближе к софе, и снова глянул на ногу. Не надо ли вправлять теперь перелом? Но под чулком не видно, как сильно распухла щиколотка, не просить же снять? Впрочем, на то она и целительница, сама должна понимать, что делать!

Он поднялся, дошел до кувшина и плеснул холодной воды. Принес Элизе, и та не стала отказываться, сглотнула с усилием, приподнялась на локте и выпила пару глотков.

— Чем помочь? — Он усёелся обратно, стараясь не обращать внимание на то, как порывисто вздымается под дархановским одеянием её небольшая грудь, очерченная сейчас мягкими складками.

Элиза подползла повыше, положила голову на низкий подлокотник софы и повернулась к нему лицом. Светлые глаза пронзала боль, и сердце щемяще ёкнуло.

Можно много повидать на войне: и раны, и смерти, но как бы ни зачерствела душа, страдания женщин и детей всегда выбивали из колеи. Слишком хрупки их жизни. Да и не их ли он клялся защищать, давая двадцать лет назад присягу ивварской армии и королю, а после и императору?

— Дадите… руку? — Элиза приподняла брови, нахмурив лоб, но просьба прозвучала с тревогой. — Мне нужно… чуть-чуть времени.

Это, значит, не просто за ручку подержать, пока подействует лекарство. Ну да. Гарет после некоторого колебания кивнул и протянул ладонь, положив на свое колено и разворачивая открыто.

Целительница нащупала его ладонь, прикрыв глаза, и замолчала.

Сначала было тихо и ничего не происходило. Потом, спустя пару десятков ударов сердца, он почувствовал, как ритм биения и дыхания меняется. Внимание рассеялось, показалось, что его утягивает куда-то. И потом стало темно. Не было её боли или страдания, просто… как будто сам Гаррет перестал существовать. И чувство это было приятным. Ни боли, ни страха, ни какой суеты. Тишина и темнота, словно в погребе. Только гулко капает время, как вода в подземелье. Или то биение сердца?

И только спустя несколько бесконечных мгновений, когда он открыл потяжелевшие веки, скользнула запоздалая мысль, что он слишком доверился этой девочке, раз позволил прикоснуться к себе магией, не имея никакой защиты.

Элиза тоже очнулась. Она больше не лежала, а подползла выше, полусидя, опираясь спиной о подушку, и посмотрела в его глаза, по-прежнему касалась его ладони. Но заметив, что он очнулся, убрала руку.

— Спасибо. Я скоро приду в себя, — пообещала она виновато.

Будто просила прощения одновременно и за то, что так грохнулась. И за то, что попросила чужие жизненные силы. Но Гаррет не чувствовал злость. Или это она забрала её у него? А без прикосновения её ладошки стало пусто. Ох уж эта магия. Он поморщился.

— Давай, отнесу тебя до экипажа.

Он поднялся и пошатнулся от того, каким зыбким и некрепким стал пол под ногами. Вот же проклятье!

— Погодите немного, — попросила Элиза.

— Я бы не хотел долго ждать, — проворчал Гаррет, оглядываясь.

И не зря. За окном прозвучал стук копыт, близко к двухэтажному дому. А спустя несколько минут по ступеням раздались шаги, которые Гаррет узнал бы с первого скрипа половицы.

Бруно дрессированно вскочил на мощных мускулистых лапах, вытянулся в струнку и сделал два-три приветственных гавканья, отдавая честь командиру, и застыл, едва заметно дергая крепким хвостом.

В дверях появился Вальдер, снимающий с левой, не раненой руки, кожаную перчатку. Его холодный взгляд скользнул по Гаррету и целительнице, лежащей на софе, с легкой вопросительной интонацией, бровь едва заметно вздернулась. Но он достаточно хорошо владел собой, чтобы еще как-то иначе подчеркивать двусмысленность этой ситуации, за что Гаррет был особо благодарен.

Уж наедине пускай говорит что хочет, но не при даме!

— Господин ди Арстон, — склонила голову Элиза, оперевшись на руки и садясь на софе, несмотря на перелом.

— Бедняга упала с лестницы, — высказался Гаррет, кивая на опухшую щиколотку Элизы, обтянутую тонким шерстяным чулком, — она принесла по приказу настоятельницы больницы последние лекарства для вашего скорейшего исцеления. Похоже на перелом, — он шумно перевел дух, отчитавшись наконец.

— Соболезную, — сдержанно склонил голову Вальдер, не отрывая прямой взгляд от целительницы.

Командир всегда смотрел людям в глаза, чем, бывало, немало смущал их и заставлял отводить взгляды. Мало кто выдержит его обманчиво-спокойный взор, который вроде как не несет прямой угрозы, иногда светится любопытством, но при долгом контакте неизменно… побеждает, что ли?

Гаррет иногда развлекался, стоя поодаль и наблюдая, как люди встречаются с командиром взглядами, и прикидывая, кто из них сколько продержится.

Элиза отвернулась спустя несколько долгих мгновений, перевела взгляд на снадобья и, прикрыв пострадавшую ногу подолом дарханского одеяния, торопливо рассказала, что и как ему следует принять, чтобы окончательно поправиться перед отправкой на фронт.

— Простите, что задержала, — скомкано закончила она и снова сделала попытку встать, чтобы сбежать из комнаты.

Всё её поведение говорило о том, что присутствие Вальдера смущает сверх меры. А значит, и правда повелась на его хитрый взгляд. Ох, бедовая.

— Не стоит извиняться за то, в чем вы не виноваты, — с усмешкой проговорил Вальдер, скидывая с себя парадный камзол. — Если вы, конечно, не нарочно ломали ногу перед моим приходом, чтобы подольше здесь задержаться?

Элиза вспыхнула пуще прежнего и зарделась, не зная, что сказать.

Гаррет поднялся, подхватил её на руки и отправился с ней на первый этаж.

— Идём, помогу.

И, уже на выходе, не удержался от того, чтобы бросить на сентара ди Арстона как можно более строгий взгляд. Не помогло: в ответ Вальдер только холодно и широко улыбнулся. Чудовище, не иначе!

Глава 15

Последнее испытание

«Последнее испытание. Последнее испытание», — бесконечно шуршали мысли в голове, повторяя одно и то же на разные лады. Арнеина устала вертеться без сна на измятой постели и села.