Евгений Журавлев – Моё кино. 24 кадра в секунду (страница 11)

Расставив ноги словно циркуль

Она работала хлыстом,

Как много женщин было в цирке,

Любовным мучаясь постом.

Циркачка верила дрессуре,

И на до мной смеялся зал.

Как лев на собственной я шкуре

Все прелести кнута узнал.

Любовь хлыстом загнала в клетку.

Увидев взгляд из-под ресниц,

Я словно лев порвал кокетку

От головы до ягодиц.

Кровь алая лилась в опилки,

В грязь на арене цирковой.

Как много женщин было в цирке,

Желавших участи такой.

Я любовался свежей раной

И крови нализался вдрызг.

Но был застрелен я охраной

Под женский сладострастный визг.

Была любовь у нас большою,

И кровью обрывалась связь.

И это цирковое шоу

Смотрела публика, смеясь.

Мир разрушали до основ

Топтали землю сапогами.

Травинкой тонкою Любовь

Из праха поднималась вновь

И зеленела под ногами.

Дотла, казалось, мир сожжён,

Нога тонула в горах пепла.

От горьких слёз детей и жён

Мир слепотой был поражён.

Одна Любовь от слёз не слепла.

Был неспособен даже бог

Вернуть земле красы и славы;

Но шла Любовь, и сквозь песок,

Сквозь снег из-под разутых ног

Как чудо пробивались травы.

В любви снимал я только сливки

И ложью головы кружил. Остались мне одни обрывки От той любви, которой жил. Всё было словно в час полночный : Вздох, стон, короткий интервал. Имён у них не помня точно, Я всех возлюбленными звал. Я черт лица у них не помнил, Хотя любил их без ума; И становилась всё огромней Вокруг меня слепая тьма. И женщины во тьме кромешной Ночами называли дни. Ища мужской любви поспешно, Меня не помнили они.

Восхищаюсь графикой заборной

Просто всё и ясно до штриха.

Сколько в ней и юности задорной,

И желаний плотских без греха.

Эти безобидные рисунки

С возрастом мне нравятся вдвойне.

Школьным мелом, вынутым из сумки,

Женщин ты рисуешь на стене.

Будто в школе, перед классом стоя,

Ты сдаёшь экзамены свои,