Евгений Зайцев – 101 правило выживания в университете Касадора (страница 7)

– Готова вскрывать? – уточнил Гаррет.

– Готова, – мысленно улетая в мечты к своему ужину, ответила Саския.

Ее глаза снова начали блестеть, это было явным признаком для Гаррета. Его старый друг делал так же, чтобы прочесть его мысли или когда съедал булочку с чесноком. Гаррет вдруг резко встал.

– Одну минуточку! – громко воскликнул он.

Саския и все присутствующие даже подскочили на своих местах.

– В чем дело?! – возмутилась вампирша, которую выбили из процесса чтения мысли.

– Я на минуточку возьму, ага? – не дожидаясь ответа, Гаррет вытянул темные очки из кармана гоблина. – Свет яркий, глаза режет.

Гаррет упал назад на стул и натянул гоблинские очки с широкими черными линзами и оправой в виде золотых звезд, усеянных бриллиантами. Статусная вещь, если вы гоблин.

Вампирша с идеально бледной кожей, как показалось Гаррету, побледнела.

– Ну так что? Вскрываемся или дождемся рассвета?

Саския видела собственное отражение в очках Гаррета. Она видела себя и понимала, что две пары – это крайне слабый расклад против того, о ком говорили весь вечер.

Гаррет смотрел на вампиршу сквозь черные очки, и ни один мускул не дрогнул на его лице. Все в комнате замерли. Каждый взвешивал шансы.

– Зараза! – вскрикнул Гаррет. – Кровосос ты поганый!

– Что?! – рассвирепела Саския, поднимаясь со стула.

Гаррет со всей силы шлепнул себя по шее, убивая комара.

– Комар, говорю, – показал ей кровавое пятно у себя на шее Гаррет.

Саския пристально следила за небольшим кровавым пятнышком на шее грозы всех питейных заведений в округе.

“Очки – это важно! Ик! Так эти поганые кровососы не смогут читать твои мысли! – говорил его старый друг-вампир. – Но лучше, если ты пустишь себе немного крови, так у них вообще крышу сорвет, сфокусироваться не могут… Ик!”. Знания вампира-алкоголика пригодились как нельзя лучше, да и несуществующий комар тоже сделал свое дело.

Сноска: ни один алкоголь не берет вампира. Чтобы опьянеть, они подливают стружку серебра в алкоголь, это невероятно болезненный способ, единственный, если вы хотите пьянеть, будучи кровососущим владыкой тьмы.

– Думаешь, ты такой умный?! – Саския положила руки на стол и наклонилась над Гарретом.

Открылся небольшой вырез на черной курточке вампирши, но и этого было достаточно, чтобы отвлечь Гаррета от ее слов. Чем больше она злилась, тем сильнее наклонялась к Гаррету.

– … Не будет свидетелей… В темноте … Такой умный … Досуха! … Вот увидишь! – Саския наконец заметила, что он ее не слушает.

– Я – мертвая! Извращенец! – воскликнула Саския, показав себе на вырез курточки.

– Я никогда и не утверждал, что живая! – попытался парировать Гаррет!

– Гаррет! – встала на защиту вампирши и Миранда.

Женская солидарность!

– Гаррет! Как ты себя ведешь? – по каким-то материальным причинам принял сторону Саскии и Лу.

Саския выпрямилась и одернула курточку. Она гордо посмотрела ему в глаза и добавила.

– Пас… пока что.

Она бросила увесистый мешочек на стол. Немалая сумма золотом рассыпалась по столу из мешочка. Глаза Гаррета и Лу заблестели. Половина выигрышного фонда лежала на столе.

– Ну, приятно было с вами повидаться, – Гаррет потянулся к мешочку.

– Минуточку! – возмутился Лу. – Во-первых, пятнадцать процентов как организатору, во-вторых, очки.

– Ах да, чуть не забыл, – слукавил Гаррет, – забирай, такая безвкусица.

Гаррет отдал очки и скромную сумму золотом гоблину и с улыбкой победителя повернулся к Миранде. Миранда же впервые ему улыбнулась. Нормальной, теплой улыбкой. В тот момент Гаррет даже подумал, что, возможно, все обойдется и год не будет таким уж ужасным.

– Ну, это было впечатляюще, должна признать, – с улыбкой произнесла Миранда.

– Ерунда, – махнул рукой Гаррет, – обычный день, обычная игра. Но теперь мы можем кое-куда зайти и купить тебе нормальную кровать.

– Отлично! А по пути назад зайдем в деканат и отдадим остаток золота моей матери.

Гаррет, уже собиравшийся уходить вместе с Мирандой, замер.

– В каком смысле?.. – аккуратно уточнил человек, которому только что пообещали отгрызть руку.

– Ну, я имею в виду, что мы должны отдать эти незаконно приобретенные деньги главе университета. Гаррет! Я надеюсь, ты не собираешься их себе присвоить, это же заведение-притон! – Миранда повысила голос и уставилась на Гаррета.

– Да… нет, даже и в мыслях не было, – добавил первый акт самой крупной лжи в своей жизни Гаррет. – Отдать твоей матери – это правильная идея, они же… незаконные, да?

– Вот именно! – подтвердила Миранда. – И как только ты отдашь эти деньги на благо университета, моя мать наконец поймет, что тут не только идиоты, пьянчуги и игроки. Уверена, она выскажет тебе благодарность!

Левую щеку Гаррета свело, и его улыбка стала несколько жутковатой.

– Благодарность… – процитировал он ее. – Да, это то, что нам всем как раз нужно.

– Может, проще было проиграть? – раздался голос Лу позади. – Хоть девчонка порадовалась бы.

– А вам, – Миранда показала в сторону гоблина пальчиком, – стоит быть благодарным, что я не расскажу матери о вашем притоне, по крайней мере, пока! Но хотя бы! ХОТЯ БЫ! Проведите тут дезинфекцию, у вас тут скоро тараканы будут играть в карты, а не люди.

И в этот момент Лу начал кое-что подозревать. Невинная с первого взгляда девочка, приведенная в его заведение самым не невинным студентом университета, похоже, являлась дочкой новой директрисы. На это указывали все факты, в особенности ее природное желание сжечь что-нибудь в гневе.

Гаррет и Лу замерли. Это была общая черта семьи Кастильон. Психологическая кастрация всего мужского социума в комнате. Они оба просто ждали, когда второй самый опасный человек в университете закончит.

– Так всем будет лучше, – закочнила Миранда, – давай золото сюда, Гаррет, я произведу лишь необходимые покупки, а после мы все отдадим как пожертвования в фонд восстановления Касадора.

Восстанавливать Касадор – это было примерно то же самое, что кидать деньги в черную дыру, по крайней мере, если говорить об эффективности данного процесса. Энергия вроде бы наблюдается, но черная дыра лишь становится больше.

Гаррет протянул увесистый мешок с золотом. Медленно, на самом деле, намного медленнее, чем вы могли подумать, поэтому Миранда не смогла дождаться и вырвала у него мешок на половине процесса.

– Мы уходим, – подытожила она, – благодарю вас.

Лу впервые слышал столь вежливое обращение к своей низкорослой персоне. Обычно так обращались люди, которые держали нож за спиной. Миранда не была исключением, как потом понял Лу, за ее спиной была ее мама.

Лишь уже в тоннеле она задала этот вопрос.

– У тебя не было денег, на что ты играл?

– Да так… я постоянный клиент, мне верят, – ответил Гаррет.

– Ты сам говорил, что тут никто никому не верит, а еще эта вампирша так посмотрела на меня, говорила о молодой крови и… – Миранда остановилась.

– Что такое? – с неуверенностью в голосе добавил Гаррет.

– Бегаешь быстро? – с нарастающей злостью и пламенем в глазах спросила Миранда Кастильон.

Глава шестая “Второе правило – Из любого правила есть исключения, и чем у тебя больше денег, тем исключений больше.”

Этим вечером Гаррет улыбался. Улыбался он много. Многие его старые друзья советовали ему всегда улыбаться, когда ситуация разворачивается таким образом, что грозится стереть тебя с лица земли, а ты ничего не можешь с этим поделать.

Гаррет улыбался, поднимаясь в кабинет новой директрисы с мешком выигранных в карты денег. Гаррет улыбался, пока слушал речь Миранды в адрес ее матери о том, какой вред наносят азартные игры местным студентам. Гаррет улыбался как никогда в жизни, когда отдавал золото в руки директрисы. Слезы радости накатывали, когда он получал сертификат лучшего студента месяца в обмен на выигрыш. В конце концов, выигрыш был получен нечестно. А теперь, со слов Миранды и директрисы, Гаррет стоял на пути к новой, честной жизни, и этот поступок – первый на длинном пути честного человека. Гаррет улыбался этим вечером часто.

– Не могу поверить, что мы это сделали, я тобой очень горжусь, – с восторгом в голосе почти пропела Миранда, наблюдая за тем, как Гаррет застилает ее новую постель.

– Да, я так взволнован… – стараясь фокусировать свой взгляд в одну точку, например, на подушку, ответил Гаррет.

– Куда повесишь сертификат? – решила уточнить Миранда. – Это первый сертификат, подписанный моей матерью, а она налево и направо их не раздает, уж поверь мне.