Евгений Южин – Вторая итерация (страница 36)

Небольшой толчок – все-таки ошибся с высотой, – но мы устояли. Мягкий желтый свет уличных фонарей окутывал нас, замерших на самой середине неширокой улицы. Вода стекала теплым водопадом, собираясь в небольшую лужу под ногами. В голову лезла дурацкая мысль – надо было душ выключить. Яркий резкий свет обдал, заставив зажмуриться, – какая-то машина вывернула со двора и замерла, рисуя длинные тени наших фигур.

Мы торопливо сбежали на тротуар. Мимо проплыло лицо водителя с выпученными от удивления глазами. Тихо засмеялась Ана. Я не удержался и поцеловал ее мокрую щеку. Было хорошо и свободно. Мы были одни, и только от нас зависело наше будущее. Но вдалеке все еще угадывалась знакомая чугунная ограда, поддерживающая темные купы деревьев за ней, – надо было спешить. Я осмотрелся, и мы двинулись на восток. По моим расчетам, предстояло пройти около двенадцати километров. Рассчитывать на городской транспорт не приходилось – вся электроника, которую я смог рассмотреть, осталась лежать унылой кучкой на кухонном столе. Если учесть, что нам предстояло избегать крупных оживленных улиц, шагать надо было часа три. И это был самый рискованный момент. Я не сомневался, что наше исчезновение уже обнаружили, был уверен, что легко найдут, даже и без модулей – город был настоящим океаном из электронных глаз. Расчет был на то, что никто не знает, куда мы идем и зачем. Ну в самом деле, цели зачем-то движутся в Измайлово – я бы на месте наблюдателей и не стал препятствовать. Куда интересней понять, зачем беглецы туда отправились, с кем у них встреча, резидент какой страны поджидает их в темном переулке на дипломатическом транспорте?

Я настолько уверился в собственной фантазии, что даже удивился, когда на очередном перекрестке пустого ночного города нас окружили фары сразу трех автомобилей. Преследователи все делали быстро и грамотно – они заблокировали основные пути возможного движения, выпустили по несколько темных фигур из внутренностей внезапно появившегося транспорта и стремительно сжимали кольцо. Я еще стоял, рассматривая неожиданный спектакль, а супруга уже обняла меня за пояс и прижалась головой к моей груди. В последний момент мне показалось, что одна из фигур взмахнула рукой, – кажется, начала что-то говорить, я еще подумал – товарищ майор, но сознание уже нырнуло в окрестности прошлого, расчерченные быстро приближающимися силуэтами.

Опять толчок. Снова ошибся с высотой? Темный сквер. Или, может, небольшой парк. Вдали мелькнули огни, и мы, не говоря ни слова, устремились в противоположном направлении. Мягкая трава под ногами, редкий треск павших веточек сменились утоптанной тропинкой, а следом и длинной пустынной аллеей с редкими фонарями. Я замер, определился с направлением, и мы снова зашагали.

– Они нас скоро найдут?

– Думаю, уже нашли.

– И где они? – она повела рукой.

– Не знаю. Просто надеюсь, они сообразили, что отловить нас, как убежавших обитателей зоопарка, слишком сложно. – Я снова осмотрелся, вгляделся в уже начавшую подсыхать Ану. – Если я прав, они перестанут играться в догонялки и будут просто следить за тем, куда мы направляемся. А как определятся, встретят.

– Хочешь сказать, мы топаем прямо в ловушку?

– Ага.

– Чего «ага»? Что мы будем делать?

– Спокойно. Я дам вам парабеллум.

– Прекрати! Ты знаешь, что я не понимаю эти местные фразочки! – Ана шипела, как закипающий чайник.

– Ань, у нас есть запасной станковый пулемет!

Мы пересекли небольшую пустую улицу. Начался еще один сквер, но вдали уже переливался огнями живой, несмотря на позднее время, Московский проспект. Надо было определяться – рискнуть и двигаться по кратчайшему пути или заложить большой крюк?

– Пулемет – это козырь? Правильно?

– Правильно, правильно. – Я остановился. – Давай-ка еще раз сиганем? Не знаю, на сколько меня хватит, но пусть они думают, что я могу это делать сколько влезет. Заодно через дорогу перейдем в неположенном месте.

В этот раз прыжок вышел мягким и похожим на какой-то фокус: стояли себе в тени деревьев, впереди шипел колесами широченный поток – свет мигнул, и мы стоим на дорожке между вздымающихся в небо огромных корпусов, озаренные цветной подсветкой, а мерцающая река за спиной лишь угадывается тихим гулом. Одни. Так бы и прыгал до самой точки, если бы был уверен в себе, точнее, в запасе материи.

– Козырь – это я?

– Ты, – не стал я отпираться. – Хотя и не без моей помощи.

Мы, уже немного подсохшие, что беспокоило, двинулись по замысловато изогнутым тротуарам, крытым цветной мозаичной плиткой, мимо молчаливых громад небоскребов. Э-эх, погулять бы здесь днем!

– Ты хочешь, чтобы я их убила? – тихо и неожиданно спросила Ана.

– Нет. – Я сам чувствовал неуверенность в своих словах. – Это крайнее. Ты же можешь напугать, усыпить. Я не знаю. Не только же убивать!

– Ладно.

Она говорила тихо, и мне вдруг стало ее жалко – мою скелле. Я не выдержал, остановился и притянул ее к себе.

– Ты чего? – так же тихо продолжила она. – Не беспокойся. Если надо, я всех убью.

Я невольно поежился. Земля. Ана здесь – обычная, хоть и необыкновенно красивая женщина. Но это видимость. Скелле никуда не делась. Вот она – послушно ждет в моих объятиях, готовая распоряжаться чужими жизнями, ценой потерянного детства, потерянной природы.

Вздохнул:

– Пойдем, скелле. Нам еще долго. – Подумал и добавил: – И очень далеко.

Герасимов был зол. День был долгим и хлопотным. Майор еле добрался до кровати, но заснуть ему так и не дали – его подопечные умудрились сбежать. И что им не бежалось утром?! Или через пару дней?!

Сейчас он стоял в одних трусах в темноте собственной квартиры и, закрыв глаза, принимал информацию. Жена давно привыкла к подобному и даже не пошевелилась, когда он кряхтя выбрался из постели – от этого почему-то было еще обиднее.

– Пытались еще прыгать?

– Нет, товарищ майор. После того, как задержание сорвалось, только два раза.

– Куда они идут?

– Судя по всему, в район Измайлово.

– И чего там, в этом Измайлове?

– Аналитики докладывают, что Злобин впервые там пропал.

– Карту дай. – Он поморщился: – Да не эту. Где застройка на дату первого эпизода.

Всмотрелся в красную точку на экране:

– Совмести с современной.

Минуту разглядывал схему, застывшую на его сетчатке, скомандовал:

– Группу на эту точку. Рассредоточиться, ждать меня. Будут изменения в движении объектов, немедленно докладывать.

Лето. Днем еще жарко, а ночи уже холодные. Не могли предки столицу где-нибудь в Италии поставить? Герасимов поежился. Типичная застройка по проектам тридцатилетней давности. Называлось «реновация». Он усмехнулся – дома по этой программе до сих пор не достроили, а уже первым пора на пенсию.

Он прошелся по пустому двору, побродил по тротуарам. Дома, битком набитые жителями, спали. Точка, где, по сообщениям далекой древности, пропал Злобин, ничем особенным не выделялась – обочина, фонарь, запаркованные автомобили. Прошерстили сейсмосканером – ничего особенного.

– Оперативников рассадить по этим машинам, – он махнул рукой. – Только проследите, чтобы хозяев охрана не разбудила. – Уже тише добавил: – Не хватает мне еще ночных разборок!

Майор дождался, пока опера в спецкостюмах быстро разместились по чужим машинам, и не подумавшим пикнуть на вторжение незваных гостей. Все затихло. Он осмотрелся. Обычный двор, спящие авто, дежурный свет, озаряющий пустые тротуары.

Герасимов вышел точно на точку, где тридцать лет назад исчез рядовой московский инженер, потоптался.

– Где там они?

– Десять минут. Идут дворами.

Он переключил интерфейс на оперативную схему: двор, застройка, машины, вот – опера, рассаженные по точкам, вот – резерв, скучающий за соседним зданием, оцепление, отгоняющее или задерживающее случайных ночных прохожих, полицейские коптеры, способные, в крайнем случае, и сами задержать беглецов, наблюдение. Из этой паутины выбраться невозможно. Интересно, что же они ищут?

Наконец, в полутемном проходе между зданий что-то шевельнулось, приблизилось. Двое. Идут спокойно, держатся за руки. Ну прям двое влюбленных на прогулке. Если не знать, что один тридцать лет скрывался от системы за границей, а когда появился, оказался оснащен новейшей технологией перемещений, а вторая вообще генетическая загадка – то ли клон, выращенный супостатами, то ли женщина с модифицированной генетикой. Штатный спец по генам, увидев результаты анализа, тут же объявил – розыгрыш! Не смешно!

Увидев Герасимова, гости остановились. Он улыбнулся им, развел руки в стороны, но с места не сдвинулся. На всякий случай в кармане грелся штатный парализатор.

Женщина – красивая, в очередной раз отметил майор, – шагнула вперед. Злобин пристроился сзади. Что за хрень? Майор опустил руки. Команду на задержание он мог дать в любую секунду, да и ребята отлично знали, что делать, без всяких команд, но любопытство мучало – что им здесь надо? Злобин положил руки на плечи темнокожей красавицы, выражение его лица стало отрешенным. В следующее мгновение эта пара двинулась прямо по направлению к майору.

Герасимов немного даже растерялся. Все было странно. Женщина шла прямо на него. Ее взгляд отдавал смесью интереса и безразличия, напряженного внимания и скуки. Майор завороженно всматривался в это прекрасное лицо, пока вдруг не осознал – кошка! Так кошка смотрит на мышей – безразличие внезапно сменяется смертельным вниманием, игра – презрением.