Евгений Воробьев – Не много стихов? (страница 8)
и стакан вина.
Посмотрелись новости.
Курс рубля прослушался.
Наделась униформочка,
рéмень с кобурой.
Занеслись в кулёчечке
бутылки на помоечку.
Ноженьки направились
На работу – в строй!
ДЕВОЧКА В БЕЛЫХ БАНТАХ
Девочка в белых бантах
и в шортах белых,
в скверике у пруда,
режет стеклом вены,
видимо, настала пора.
Видимо, вконец задрала
в притоне-доме
вечно пьяная мать,
задрал постоянный голод
и себя за еду продавать.
Видимо, потому что
не видит в небе
света божьего над головой,
и уже не мечтает о жизни
нормальной —
уютной, мирской.
ХЛЕБ И МОЛОКО
Непослушными пальцами
трясущихся рук
мелочь возле магазина считала
одна из привычных старух.
На хлеб с молоком не хватало,
буквально копейки одной,
но не осталось денег,
выплаченных страной.
Долго считала мелочь,
перебирала в уме,
но все равно не хватало
медной горсти в руке.
Тяжко вздохнула старуха
и побрела прочь,
не смогла спросить у прохожих,
кто сможет копейкой помочь?
ПРЕДЧУВСТВИЕ
Ни имени, ни отчества,
Застреленный в кустах.
Застывшее пророчество
на умерших устах:
«Вы, суки, все подохнете!
от голода, чумы!»
Глаза от крови липкие.
Предчувствие войны.
ВРЕМЯ АБСОЛЮТНОЙ ТИШИНЫ
Наступает время
абсолютной тишины.
Утро.
На часах —
«без четверти четыре».
По квартире проплывают
пеленою сны,
разные,
но большинство о мире.
Дремлет кошка,
сидя на окне,
в ожидании лучей рассветных. 
