Евгений Тростин – Балет Большого. Искусство, покорившее мир (страница 43)

Светланомания

Светлана Захарова повторила триумфальный маршрут Марины Семёновой и Галины Улановой: из Петербурга в Москву, из Мариинки в Большой. Этот переезд стал театральной сенсацией 2003 года. Дебютом Светланы Захаровой в качестве примы Большого театра стала «Жизель» в постановке Владимира Васильева во впечатляющем составе: Альберт – Николай Цискаридзе, Мирта – Мария Александрова. Это был настоящий успех, у Захаровой в Москве сразу же появилась армия верных поклонников, которые без сомнений ответят вам, кто на сегодняшний день является лучшей балериной мира… Отточенная, безупречная техника, поразительная работоспособность, яркие внешние данные – всё это привлекает внимание к Захаровой. Она стала эталонной балериной нового времени. Тридцать и двадцать лет назад трудно было представить в центральных романтических партиях балерину столь высокого роста, но за эти годы средний рост в балете вырос на десять сантиметров, и Захарова своим длинным шагом, своими бесконечными линиями и холодноватым, неприступным совершенством танца приучила московскую публику к новым стандартам, её признали олицетворением классической хореографии Петипа. Мир увидел идеальную современную балерину. Внешние данные, рост, стопы, шаг, прыжок – во всём мы видим идеальное соответствие самым высоким стандартам. Она великолепна в классике, но необыкновенно интересна и в современной хореографии.

Илл.45: Светлана Захарова – Одетта

Как балерина, Светлана Захарова известна во всём мире: она, как никто другой в последние десять лет, востребована на лучших сценах Европы и Америки, по ней ценители искусства из разных стран судят о современном русском балете. В России имя Захаровой известно не только элитарной балетной публике. И не только потому, что проекты Захаровой (порой весьма амбициозные, в духе современного шоу-бизнеса – такие, как «именной» балет «Захарова. Суперигра» или бенефис «Я танцевать хочу») рекламируются на улицах городов, по телевидению и в интернете. В двадцать пять лет Светлана заявила о себе и как общественный деятель. Сначала в прессе стали появляться размышления Захаровой о культурной политике, о том, что государство должно уделять искусству не меньше внимания, чем спорту или прессе. Вскоре мы увидели балерину в составе Государственной Думы. Кажется, даже у неутомимой активистки Лепешинской в таком молодом возрасте не было столь высокого общественного статуса. Никого не удивляет, что первые лица государства появляются на спектаклях и даже на репетициях Захаровой – совсем как в старину, в годы расцвета императорского балета или в советскую эпоху…

Захарова настойчиво напоминает обществу, что «балет в России больше, чем балет». Но не только вопросами культуры приходиться заниматься депутату. В её почте тысячи писем: депутата просят о помощи люди, попавшие в трудное положение. Она пытается вникать, помогать. Но дело её жизни – балет, и о животрепещущих проблемах балета она говорит особенно эмоционально.

«В России могут закрыться ВСЕ балетные и музыкальные училища. Министерство образования отказалось утвердить программу среднего профессионального образования, составленную учёными советами Московской государственной академии хореографии и Академии русского балета им. Вагановой в Санкт-Петербурге. Даже в Великую Отечественную войну эти знаменитые профессиональные учреждения не закрывались, а эвакуировались! Почему же теперь, в мирное время, чиновники пытаются уничтожить то, что создавалось столетиями?! Если дело так и пойдёт, скоро некому будет танцевать на сцене: нарушение целостной системы хореографического образования не только уничтожает школы, но и обрекает на гибель русский классический балет. В таких вопросах я не могу не идти до конца», – говорит Светлана Захарова, и в этом с нею едины все, кому дорог классический балет.

Будем надеяться, что парламент не отнимет у нас балерину. Правда, в последнее время Захарова не выступала по более «уважительной» причине: она стала мамой. Это тоже знак нашего времени: никогда в прежние годы Большого театра ведущие балерины так отважно не прерывали карьеру ради потомства. А сегодня и в Большом, и в Мариинском мы видим прекрасных, танцующих молодых мам. Вероятно, образ балетной примы-грёзы, отрешённой от всего мирского, ушёл в прошлое. Семья, дети – для современной примы это не «роли второго плана».

Муж Светланы получил мировую известность ещё в конце восьмидесятых, когда он побеждал на международных скрипичных конкурсах. Вадим Репин (а для любителей броских заголовков – просто «Русский Паганини») – это имя известно всем любителям музыки. Он, как и Светлана, гастролирует по всему миру и в недавние годы, к сожалению, нечасто выступал в России. Они – граждане мира, но нам приятно подчеркнуть, что их дочь – Аня – родилась в Москве. Надеемся, что Вадим Репин чаще будет выступать в России. Кто знает (и кто запретит нам мечтать?), может быть, семейный дуэт когда-нибудь удивит нас неожиданными проектами на стыке скрипичного и танцевального искусства?..

В репертуаре Захаровой с кажущейся лёгкостью совмещается несовместимое – все золотые роли классического репертуара – романтические, комические, демонические. С семнадцати лет Захарова танцует главные партии… Она, как никто, умеет быть разной. Кто ещё способен в одном сезоне предстать и Китри, и Жизелью, и Эгиной, и Никией, а ещё – совершать открытия в современной хореографии? То сдержанная и одухотворённая сильфида, то агрессивно обольстительная куртизанка.

Хорошо написал о Захаровой Константин Ремчуков – меценат, главный редактор «Независимой газеты». В этом коротком воспоминании – дух нового времени, балетной королевой которого стала Светлана: «Во время гастролей Большого театра в Лондоне после «Лебединого озера» мы зашли с женой за сцену поздравить Свету. Она стояла смертельно уставшая, рассеянно улыбалась, кивала головой, а нам показалось, что ее пуанты порозовели от стертых в кровь ран на ногах.

Через два часа мы были со Светой в самом модном ночном клубе Лондона. Она весело улыбалась, шутила, подпевала, и никто из англичан не догадывался, что так здорово, лучше всех, в центре танцпола под модную в то лето песенку Боба Синклера танцует лучшая балерина современности – Светлана Захарова».

В 2006-м году, в Брюсселе Светлана совершила настоящий актёрский подвиг. Давали «Жизель». И вдруг Альберт – Андрей Уваров, постоянный партнёр Захаровой, безупречно танцевавший в первом акте, получил травму. Он попытался танцевать через боль, но тщетно. Невыносимая боль, тяжёлая травма. Что делать? Прерывать спектакль?

Рассказывает Светлана Захарова: «Шла вторая половина второго акта, момент, когда Жизель уже в загробной жизни. Слава богу, к тому моменту все дуэты с партнером уже прошли. Если бы это случилось до адажио, я не представляю, что бы я делала. А там оставались быстрые танцы, прыжки, был один момент, который мы исполняем вместе, когда Уваров должен был меня поддерживать. Но я что-то заменила, а на его музыку пошла делать коду. Бегала одна по сцене, вертелась, мне ужасно хотелось плакать, я не знала толком, что случилось с моим партнером. Я стояла перед выходом на свою вариацию, смотрю, как он на одной ноге выпрыгивает в кулису, где находилась я, падает и начинает стонать. Музыка остановилась, прибежала педагог Татьяна Борисовна Красина и сказала: «Светочка, ты должна закончить спектакль одна».

Она дотанцевала «Жизель» «одна за всех». Аплодисменты сотрясали зал, мастерство и самоотверженность Захаровой, попавшей в экстремальную ситуацию, потрясли брюссельцев.

Термин «светланомания», кажется, рождён в Италии. Захаровой удалось стать виновницей балетного бума в этой оперной стране. Первой из русских балерин она получила престижнейший статус «этуали» в Ла Скала. Но о светланомании можно говорить и применительно к России, к Москве, к Большому театру. Для тех, кто поражён этой «высокой болезнью», несколько месяцев отсутствия Захаровой на сцене тянутся невыносимо долго. И она триумфально вернулась на возрождённую сцену Большого.

Илл.46: Зал Большого в ожидании зрителей

…Новые времена переосмысляют старинные спектакли. Таково вечно меняющееся и в то же время неизменное искусство балета.

С Большого театра сняли леса, мы увидели знакомый, но преобразившийся фасад, увидели великолепную московскую обитель Аполлона. В октябре 2011 года театр открыл двери для ежедневного волшебства. Снова стало можно назначать свидания возле легендарных белых колонн, снова по дороге в театр можно оглянуться и увидеть вдали китайгородскую стену, взметнувшийся над нею золотой куполок. Здесь, у обновлённого театрального подъезда, мы и закончим наш разговор об истории Большого балета.