Евгений Сысоев – Законы выживания (страница 22)

— О чем же? — спросила Эмилия, видя, что собеседница опять впадает в задумчивость.

Эрката хитро взглянула на графиню, повернулась на бок и положила голову на внешнюю сторону ладони.

— О такой жизни, как у тебя. Красивые платья, вкусная еда, свой дом. Ох, как бы я наряжалась! Была бы звездой любого светского вечера! Кашемир, шелк, все такое мягонькое, ажурненькое, — Эрката аж зажмурилась от удовольствия.

— Не думала, что тебе нравится такое, — удивленно проговорила Эмилия.

— Что ты?! Я просто обожаю подобные вещи! — Эрката резко замолчала, лицо ее снова стало грустным. — Интересно, как бы это смотрелось на мне? Жаль никогда не узнать…

Повисло молчание. Эмилия смущенно поглядывала на, впавшую в задумчивость, сумеречную, затем почесала пальцем щеку и смущенно сказала:

— Знаешь, если хочешь, приезжай ко мне в гости, в перерыве между заданиями, — под пристальным взглядом Эркаты, графиня вконец растерялась, голос ее стал тише, а щеки покраснели сильнее, чем, когда она лежала в горячей воде. — Я покажу тебе кое-что из своего гардероба, там есть что-то такое, о чем ты говоришь, мягкое и нежное. Я и не носила из этого почти ничего или можем в магазин сходить… — закончила она еле слышно.

— О-о, — хитро пропела Эрката, подкрадываясь к Эмилии, лицо ее тоже было красным, но это скорее от алкоголя. — Кстати говоря о мягком и нежном, — девушка погладила под водой ногу графини, затем, под изумленным взглядом Эмилии, поднялась выше, провела пальцами по животу. С лица сумеречной не сходила игривая улыбка. — Мм, какая хорошая, — мурлыкала она себе под нос, — словно бархат.

Пока Эмилия думала, как реагировать на такое нахальное поведение, Эрката схватила графиню за талию и стащила в воду.

— Какого черта! — возмутилась девушка. — Я же полотенце намочила!

Эрката обняла Эмилию, прижавшись к ее спине, положила голову на ее плечо и тихо сказала:

— Знаешь, а я, может, когда-нибудь воспользуюсь твоим предложением.

Сумеречная приблизила свои губы к уху графини и шепотом добавила:

— Спасибо.

Минуту просидели в тишине, потом Эмилия, прочистив горло, сказала:

— Я пойду, перегрелась уже, да и спать пора.

— Ну-у, не уходи, — закапризничала Эрката.

Эмилия не обратила на это внимания, освободилась от объятий и ловким движением, оперевшись о край бассейна, выскочила из воды.

— Тебе тоже бы пора закругляться, — сказала она, выжимая полотенце.

— Нет, — беззаботно махнула рукой сумеречная. — Погреюсь еще.

— Ну, ладно, спокойной ночи.

— Спокойной, сладенькая, — Эрката по-детски помахала рукой и снова потянулась к бутылке.

Эмилия замоталась в полотенце и, осторожно ступая по мокрому камню, направилась к выходу. У самой двери графиня обернулась к сумеречной. Та сидела, прислонившись спиной к камню, с рюмкой в руке, и смотрела на небо. Девушка подумала, что, пожалуй, Эрката ей все же нравится.

Эмилия проснулась рано утром, сумеречная лежала на кровати рядом, уткнувшись лицом в подушку и не подавала признаков жизни. Графиня оделась, умылась, собрала вещи, но перед тем как пойти заказать завтрак, обратилась к Эркате:

— Вставай соня!

— Мм, еще немножко, — неразборчиво послышалось из-под подушки. — Часиков шесть, думаю, хватит.

— Очень смешно. Я за завтраком и узнать, как ходят дилижансы.

Когда Эмилия вернулась, Эрката, умытая и одетая, сидела на кровати, скрестив под собой ноги и сосредоточено, пилкой, ровняла ногти. Увидев еду на подносе, сумеречная соскочила с кровати и восхищенно произнесла:

— Эмочка, ты — моя спасительница!

Эрката плюхнулась за стол, с нетерпением наблюдая, как Эмилия расставляет посуду, не дождалась, схватила стакан с соком, одним махом осушила его и набросилась на еду: овсяную кашу, яичницу с беконом и свежие хрустящие булочки. Когда дело дошло до яиц, Эрката набила полный рот, еле сглотнула, в глазах стояли слезы. Девушка схватила свой стакан, поняла, что он пуст и виновато посмотрела на Эмилию. Графиня закатила глаза и молча подвинула ей свой сок.

Быстро поели, собрались и направились к выходу. Спустившись на первый этаж, Эмилия сразу же пошла, расплачиваться за номер, а бодрая, после завтрака Эрката стала вдруг, какой-то хмурой и рассеянной. Она встала посреди зала и задумчиво смотрела по сторонам.

— Не зевай, идем! — позвала, уладившая все дела, Эмилия.

Но, как только графиня открыла дверь, ее сильно толкнули в сторону, так, что девушка даже не устояла на ногах. Послышались неразборчивые щелчки, дверь захлопнулась и по дереву забарабанили глухие удары. Эрката сдавленно вскрикнула. Эмилия в панике посмотрела на сумеречную, по ее левому бедру струилась кровь.

— Нельзя дать им перезарядиться, — строго сказала Эрката. — Не отходи от здания, прикроешь меня, если у них есть маги, но в случае опасности — прячься!

С этими словами, сумеречная выскочила на улицу. Эмилия обалдело посмотрела по сторонам, пытаясь понять, что происходит, но в голове не было ни одной мысли, только образ окровавленной ноги Эркаты. «Да она же ранена!», — вспыхнуло в сознании. Эмилия вскочила и тоже бросилась на улицу.

Этума утонула в предрассветной дымке. Солнце еще не вышло из-за горизонта, едва лишь обозначив свой диск, и окрасив вершины гор рыжим и желтым. Фонарики уже давно выключили и городок переливался оттенками черного и серого. Время сумеречных.

Эмилия долго не могла рассмотреть, где находится Эрката. На площади перед гостиницей была суматоха. Группа людей, нелепо размахивала мечами, другая группа бесцельно бегала между бочками, ящиками и тележками. Все это походило на пошлую, глупую театральную постановку. Но, если напрячь внимание и воображение, дорисовать недостающий элемент картины, то можно было понять — воины дерутся с человеком. Просто их соперник походил на тень, уловить его движения было невозможно, можно было увидеть лишь мерцание на границе зрения, но стоит присмотреться, как образ таял и появлялся в другом месте.

На мостовой лежало три тела. Еще пять человек сражались сейчас с Эркатой. Эмилия покрутила головой, пытаясь разобрать в сумерках, есть ли еще наемники. И в этот момент девушка почувствовала напряжение в энергии звезд. Кто-то готовил заклинание. «Проклятье, — панически думала графиня, сообразив, что не готовилась к бою. — Огненное… Наверняка, огненное. Они почему-то любят огнем…»

В конце одной из улиц, выходящих к площади у гостиницы, сверкнула красная искорка и в тот же момент, набирая скорость, в сторону Эркаты помчалось огненное копьё. Эмилия успела в последний момент — сбила пламя, излюбленной ей, магией воздуха. Огонь полыхнул на всю округу, ударившись в каменную стену ближайшего здания, и распался на миллион искорок.

В этот момент что-то ударилось в дверь позади. Эмилия повернула голову и увидела торчащие из досок арбалетные болты. По спине пробежали мурашки. Но тут, кто-то схватил девушку за руку и поволок по площади. Эрката. Эмилия посмотрела в сторону, где секунду назад кипела битва. Еще три человека лежало без движения, один держался за колено и громко стонал, пятого наемника видно не было.

— Давай на лошадь! — командовала сумеречная, запрыгивая в седло гнедого жеребца. Эмилия же выбрала, рядом стоящую, серую кобылу.

Судя по прикрепленным к седлам вещам, в том числе, оружию, это были скакуны напавших на девушек наемников.

В городе никто препятствий беглянкам не чинил, даже немногочисленная городская стража сделала вид, что ничего не заметила. Позже над городом зазвенел пожарный колокол, но девушки уже были далеко.

Эрката повела на юго-запад, по лесной дороге, огибающей горный хребет. Эмилия робко предложила уйти с тракта и попробовать скрыться лесами, но сумеречная отказалась, сказав, что так они сильно потеряют в скорости. Графиня не слишком поняла такой довод, но спорить не стала, разумно предположив, что опыта у напарницы в таких делах больше.

После полутора часов непрерывной скачки, конь Эркаты начал сильно замедляться, пока не пошел шагом, прихрамывая на ногу. Медленно пересекли поле, поднялись на холм, поросший хвойным лесом, у самой его кромки Эрката обернулась и досадливо выругалась. Эмилия проследила за ее взглядом: по их следам гнались три всадника. Эрката пришпорила коня, тот пофыркал, пробежал пару секунд и опять перешел на шаг. Сумеречная спешилась, Эмилия тоже спрыгнула с лошади и подошла к напарнице.

— Ты как? На тебе лица нет, — обеспокоенно заговорила графиня.

— Да, бывало и лучше.

Эрката поморщилась и распахнула полы куртки. На бедре и левом боку зияли две колотые раны, видимо, от арбалетных болтов.

— Выглядит не очень, — с тревогой сказала Эмилия. — Тебе нужна помощь, хотя бы перевязать.

— После, — Эрката рукой отодвинула графиню в сторону. — Сначала нужно разобраться с этими.

Из-за поворота появились всадники, набирая ход, они приближались к девушкам. Один из наемников поднял руку вверх, над ней появилось облачко, из которого вылетели три шаровых молнии. На этот раз Эмилия была во всеоружии, опыт битвы в Патале, придавал ей уверенности. Молнии рассыпались об овальный зеленоватый щит.

Всадники были совсем уже близко, можно было даже расслышать, как волшебник прокричал:

— Разойдитесь, сейчас в упор долбану.

— Ага, долбанешь, — ядовито прокомментировала Эрката и достала кинжал.