Евгений Сысоев – Законы Нижнего мира (страница 41)

Тело Лекса швырнуло вниз, белая завеса покрылась черными пятнами, и вскоре тьма заполонила пространство вокруг. «Жаль, — пронеслось в голове юноши, — что все так…». Взгляд алхимика зацепился за еще один огонек, совсем уже было погасший в темноте, но стоило Лексу сфокусировать на нем зрение, как светлячок разгорелся с новой силой. Юноша увидел Ирин. Девушка забилась в темном углу одного из многочисленных коридоров замка. Она тихо рыдала. Множество тонких, белых нитей покрывали ее спину, она притягивали к Ирин что-то темное, страшное. Связи эти были намного слабее тех, что сковывали Богиню, и даже той, которая связывала Лекса и Архельма. Маленькие, жалкие волоски, вытягивающие из серебряного алхимика последние силы, еще чуть-чуть и демон окончательно завладеет телом и разумом девушки.

Лекс посмотрел на свою правую руку. Меч Крайма — древний, могучий артефакт, столетиями копивший свои силы в царстве Нижнего мира, был уже почти невидим и неосязаем. Лишь робкие переливы, обозначали его последние минуты жизни. «Ты славно потрудился», — мысленно сказал ему Лекс.

Алхимик взмахнул рукой, нити на теле Ирин легко оборвались, растворяясь без следа. Артефакт последней искоркой исчез в темноте.

Неожиданно в голове возник голос Архельма, он звучал глухо, как будто издалека:

— Даже не дал мне возможности попрощаться, — проворчал он. — Но, будь я проклят, у тебя получилось! Прощай, Лекс, я тоже рад, что напоследок мы смогли подружиться.

Видения, звуки, боль — все исчезло. Лекс вздохнул и улыбнулся, последнее, что он увидел — мягкое и умиротворенное лицо Эмилии.

***

Люди в ужасе смотрели по сторонам. Гигант на горе больше не атаковал, но в долине начали появляться швы, большая их часть была совсем маленькими, однако три или четыре могли пропустить через себя демонов. Реальность трескалась по швам.

После нескольких минут бездействия, монстр вдруг встряхнулся и заревел, у головы его появилась алая пиктограмма, в утробе разгоралось темно-красное пламя — сила, по сравнению с которой, предыдущие атаки гиганта казались разминкой. Аура разгоралась все ярче, пиктограмма разрасталась. Монстр закинул голову вверх и неожиданно замер. Заклинание взорвалось снопом искр, тело чудовища стало покрываться трещинами и побелело, словно высохший песок. Еще через секунду гигант рассыпался водопадом пыли. Портал, из которого он выбирался, нехотя, с натугой, начал сжиматься, превратился в едва заметную точку и со звуком, похожим на удар стали о сталь, захлопнулся.

Воцарилась робкая тишина. Эмилия с тоской смотрела на гору, ей вдруг привиделась мерцающая искорка вдалеке, девушка протянула к ней руку, но видение погасло.

Люди робко смотрели друг на друга, не зная, что и думать. Из оцепенения их вывел грубый голос Сариды:

— Ну и хрен ли встали столбом?! У нас еще куча работы! Давайте, надо швы запечатать!

Эпилог

Аудитория купалась в утренних лучах солнца. Новый семестр начинался шумно и суетливо, как, впрочем, и всегда. Студенты, покинувшие на время летних каникул стены родной Академии, взахлеб рассказывали о своих приключениях, делилась сплетнями, громко приветствовали друг друга, обнимались, в общем, были в ажитированном состоянии. Те же, кто на лето остался в общежитии легко поддавались общему возбуждению и с удовольствием присоединялись к разговорам.

Одна такая группа студентов расположилась в самом центре аудитории, когда все истории о том, кто и как провел каникулы закончились, ребята переключились на вопросы, связанные с академией.

— А, кто это вообще такая? — недовольно протянул рыжий паренек с надменным выражением лица, глядя в листочек с расписанием. — Я на медицинском, вроде, всю профессотуру знаю, а об этой не слышал.

— О-о, — обрадовался темноволосый юноша в очках с дорогой, утонченной оправой. — Не слышал еще? Короче, она тут большой фурор произвела! — довольный тем, что все обратили на него свое внимание, юноша встал и вдохновлённо продолжил:

— Золотую птичку она получила в начале лета. Она там серию каких-то лекарств произвела, очень всех впечатлила, но — не суть. Штука в том, что ей и тридцати еще нет! — на лицах ребят появилось изумление. — Но и это не самое главное, — широко улыбнулся очкарик. — Профессор-то наш даже зрением алхимика не обладает!

— Ну, это ты уж гонишь, — недовольны фыркнул рыжий.

— И правда, Альб, — поддакнула красивая блондинка, накручивая локон на палец. — Это ты перегнул…

— Да правду говорю! — возмутился очкарик. — Когда-то, говорят, зрением она обладала, но после того инцидента в Инамии полтора года назад, она его утратила!

— Разве такое возможно? — недоверчиво пробубнила блондинка.

— Не знаю, — нахмурившись, ответил рыжий. — Но, если это так, то мой отец прав — Академия деградирует. Подумать только медицине нас будет учить профессор без зрения алхимика!

— Тихо! — шикнул кто-то из группы. — Идет!

Подростки быстро разбежались по своим местам. В аудиторию вошла на вид молодая еще девушка, хотя густые, каштановые волосы уже были тронуты сединой. Профессор так сильно хромала на правую ногу, что для передвижения ей необходима была трость. Девушка поднялась к трибуне, кивнула выстроившимся возле своих мест студентам. Ребята сели. Профессор открыла журнал, привычным жестом, откинула с лица волосы, обнажив страшный шрам, будто от химического ожога, он тянулся от края щеки, за ухо и вниз, к шее. Девушка вспомнила об увечье, лицо ее зарумянилось, и она поспешно прикрыла шрам волосами.

— В этом году, — хрипло начала она, пытаясь справиться с волнением. — Я буду читать вам курс «Введение в инфектологию». Меня зовут Ирин… кхм, профессор Ирин Мирсет, — закончила она уже твердым, уверенным голосом и внимательно посмотрела на аудиторию.

***

— Ну, как, хорош? — Рион отвернулся от зеркала и довольно посмотрел на Сариду.

Женщина поставила чашечку с кофе на столик, подошла к герцогу, поправила воротник и, улыбаясь, сказала:

— Да. Истинный первый канцлер! Похоже, я знала, на какую лошадку ставить.

— Коварная женщина, ты ж меня сюда и подтолкнула.

— Хе-хе. Ну, как ты, нервничаешь?

— Еще как! — вздохнул Рион. — Чертова уйма людей, каждый со своими интересами. Многие вообще имеют слабые представления о чести, и к власти пришли только благодаря хаосу и своей наглости, да жестокости.

— Все так, — кивнула Сарида. — И одна из твоих задач, как канцлера — прошерстить парламент и избавиться от таких элементов. После переворота работы будет много, нужно будет тщательно наводить порядок. Потом будет легче.

— Да, понимаю, — Рион опять повернулся к зеркалу, в последний раз придирчиво осматривая мундир. — Как твоя поездка? Что там, в Адэ?

— Как будто спокойно, — Сарида вернулась в свое удобное кресло. — Из-за отсрочки войны, люди простили многие промахи императора. Ривье незаметно сослали куда-то на север, руководить каким-то промышленным городком, но я думаю, дни его сочтены. Правитель старается не привлекать к себе внимание, никого не принимает, лишний раз из дворца не показывается, ждет, пока все успокоится. Самое смешное, я думаю, так оно и будет.

— Ты же сама говорила, что экономика у них, как бы это…

— В жопе, — кивнула женщина. — Да, но разве обычные люди что-то смыслят в этом. Сейчас их закормят какими-нибудь обещаниями, дадут время успокоиться, затем при помощи пропаганды, укрепят веру в императора, и все опять пойдет по старым рельсам. Адэ — закостеневшая страна, менталитет у людей будет меняться медленно.

— Думаешь, риск войны миновал?

— На ближайшие несколько лет — точно. Говорят, Аббадан серьезно пострадал. Вот, что бывает, когда не развиваешь науку и вкладываешься только в железки. Наши гуманитарные отряды незаметно провели инспекцию, у них на двадцать тысяч населения один маг. Представляешь? То есть всего, на всю страну, примерно, тысяча волшебников! И то, большинство — сраные заклинатели погоды, да фокусники. Не то, что шов закрыть — хрен, куда надо, направить не смогут. Да еще этот полудурок Назмар сильно усугубил положение. До последнего верещал, что держит все под контролем, верил, видимо, что разрывы песком засыплет. И пускай швов во время инцидента там открылось не то чтобы сильно много, но представляешь, что они могли натворить за полгода. Там шла настоящая война с демонами, пока наши не вмешались. Но аббаданцам и теперь разгребать еще многое предстоит, спасибо бывшему визирю.

— Тем не менее, он остался у власти.

— А, — Сарида раздраженно махнула рукой. — Власть в Аббадане меняется, как погода на море.

— Кстати, говорят, нашли четвертого лидера той организации.

— Да, — неохотно протянула Сарида. — Тардис Старлетт, я знавала его в молодости — неприятная личность. Это он опередил тебя, предупредил сенат Инамии о готовящейся катастрофе, благодаря чему военные силы так быстро вмешались. Потом старик во всем сознался, и сейчас активно помогает следствию. Его потому и не посадили, правда, лишили всех занимаемых должностей и половины регалий.

— Он, что, правда, дед Лекса?

— Да.

Рион задумчиво посмотрел в окно и тяжело вздохнул, затем, вспомнив о чем-то, снова повернулся к Сариде:

— А, что твоя главная цель поездки в Адэ?

— Неил? Мальчик умница. Поступил на философский!

— Ого! — изумился Рион, повернувшись к собеседнице. — Ты постаралась?