Евгений Сурмин – Фактор роста (страница 12)
Одета девушка была в какой-то пляжный вариант униформы военного лётчика. Обтягивающие кожаные шорты светло-коричневого цвета, такая же светлая, лётная куртка, одетая прямо на майку и распахнутая так, что было совершенно ясно, с такой идеальной грудью некоторые предметы дамской экипировки бравой лётчице совершенно не нужны. Довершали образ, лихо заломленная, фуражка с кокардой ВВС Америки и очками-консервами, да тяжёлые армейские ботинки, необычайно высокие со шнуровкой до середины икр.
Для самых тугих, ещё не понявших в какой род войск нужно вступить, чтобы встретить таких красоток, на плакате, за спиной девушки, на фоне пальм и океана, был изображён удивительно красивый истребитель, не иначе подсмотренный где-то прототип, результат американского инженерного гения.
Девушка справа, одетая в сине-белую парадную форму офицера корпуса морской пехоты, ослепительная, голубоглазая блондинка. Волосы, цвета спелой пшеницы, до, обтянутой белой юбкой, аккуратной попы, высокая налитая грудь, которую не смог скрыть даже офицерский китель, пухлые губки бантиком и обманчиво наивный взгляд юной девушки из-под пушистых ресничек. Красотка стояла в окружение цветущей вишни, на фоне, легко узнаваемой, конической формы горы с заснеженной вершиной и казалось в её широко распахнутых глазах застыла робкая просьба. «Помоги мне увидеть мир! Вступи в корпус морской пехоты США!», — расшифровывала невысказанную мечту девушки броская надпись.
Мастер-сержант Уильям Уолш оторвался от разглядывания девушек, и умиротворённая улыбка озарила его изборождённое мелкими морщинками валлийское лицо, наконец-то он твёрдо определился кто из красоток займёт его сердце, то есть конечно, будет висеть на стене над его койкой. Правда, генерал обещал Уильяму, что лично оторвёт ему ноги и руки, поменяет их местами и отправит служить на Аляску, белых медведей кормить, если с плакатами что-нибудь случится, а связываться с «Пройдохой» Джонсоном дурных нет.
С другой стороны, это же не последний плакат в стране. Сержант Уолш перестал рассматривать свои ногти, поднял глаза и заговорщицки подмигнул блондинке. Дело было даже не в том, что у морской пехотинки, которую уже успели наречь Бабеттой, грудь была минимум в двое больше, просто выглядела она, как девушка с соседнего двора, простая и понятная, пусть и очень красивая. А вот лётчица, сразу видно, птица другого полёта, не нашего брата подруга. С ней пусть умники, окончившие колледж носятся. К тому же закадычный друг, клялся и божился, что один его приятель родственник того, кто знает точно, девушку рисовали с натуры и она действительно служит где-то на Тихоокеанском побережье. Уильям этим россказням, конечно, не верил ни на дайм. Ну, а вдруг⁈
В общем, донельзя довольный собой мастер-сержант плюхнулся в кресло начальника, сожалея только об одном, о невозможности прямо сейчас раскурить кубинскую сигару, лежащую у него в кармане.
По старой армейской традиции, строго наказали несколько подвернувшихся под руку непричастных рядовых. Похвалили военного чиновника, имевшего чутьё заказать так понравившуюся солдатам агитацию. Оставшиеся плакаты было велено развесить где только можно и заказать ещё, увеличив количество сюжетов с двух хотя бы до восьми, а тираж тысяч до ста, благо цена вопроса была сущие центы. Никому в военном ведомстве и в голову не пришло, что прекрасные в полиграфическом плане плакаты издатель напечатал по себестоимости и даже немного в убыток себе.
Возможно, новая агитация так и осталась бы частью сугубо армейской субкультуры США, не продай один находчивый капрал «Бабетту» занимающуюся физкультурой репортёру «Чикаго Трибюн» аж за три доллара. Через неделю, главным образом из-за фотографии, статью перепечатали ещё несколько газет. Ещё через семь дней с гневной передовицей, осуждающей «ужасающий разврат в армии», вышла «Вашингтон пост», также не забывшая поместить фотографию плаката.
Разразился скандал, результатом которого стало совместное заявление секретаря департамента воздушных сил и секретаря департамента флота[11], вынужденных отстаивать честь мундира. По их данным за прошедший месяц количество пришедших на вербовочные пункты с желанием служить в ВВС выросло на 56 %, в морской пехоте на 121 %.
Благотворительные общественные организации Америки разделились на два лагеря.
— На костёр! — кричали со страниц газет блюстители нравственности.
— Гитлер близко! — апеллировали к нации патриоты.
Впрочем, как всякий скандал и этот утих бы сам собой через несколько недель, или быть может месяцев, не произойди совершенно случайно и одновременно два события. На юге страны старейшая газета Техаса «The Galveston County Daily News» напечатала небольшую заметку о жительнице штата, как две капли воды, похожую на девушку с фривольной агитационной картинки. Фото прилагалось. На другом конце страны, в городе Портленд штат Орегон с 1850 года выходила газета «The Oregonian», являющейся одной из крупнейших на Тихоокеанском северо-западе. Она также напечатала заметку о красивой девушке словно сошедшей со скандального военного плаката. Фото прилагалось.
Так уж получилось, что аристократическому Югу досталась утончённая брюнетка-лётчица. Более развитому в промышленном плане и более демократичному в нравах Северу смешливая блондинка из корпуса морской пехоты.
Тему, чудесным образом обретших жизнь, рисунков неожиданно дружно подхватили крупнейшие издания страны. Общенациональная радиовещательная сеть «Mutual Broadcasting System»[12], как будто готовясь заранее, в прайм-тайм выдала двухчасовую передачу, пригласив в студию звезду бейсбола Лу Герига[13], нескольких высокопоставленных генералов и деятелей искусства. Эта передача и запустила цепочку событий в последствие названую «The great American dream derby»[14].
Началось всё, даже можно сказать, скромно. Небольшое турне по своему штату, больницы, приюты, школы, долгие до зевоты речи и опущенные долу глазки. Чинные разговоры чинных джентльменов в маленьких городках Орегона и Техаса. Обязательная в таких случаях необременительная благотворительность и «отеческое» пощипывание по румяным щёчкам. Одним словом, скукота и благолепие.
А потом кое-кто зажёг. Выступая перед пилотами бомбардировочной авиации, проходящими углубленную подготовку на недавно созданной воздушной базе Эллингтон-Филд[15] в Хьюстоне, брюнетка заявила, что один пилот стоит пяти морпехов и она Жанна-Мария Дюпэн, плоть от плоти Старого Юга, разобьется в лепёшку, но соберет деньги на новый бомбардировщик для бравых сынов Техаса. И чтобы никто не подумал, что это просто красивые слова. Первым делом от себя лично она жертвует тысячу долларов, а во-вторых, готова, немедленно не сходя с места выставить на аукцион своё платье, конечно при условии, что ей дадут лётный комбинезон переодеться.
Зал, где кроме сотен пилотов, находился истеблишмент Техаса и военное руководство штата взорвался овацией. Губернатор штата Уилберт Ли «Пеппи» О'Дэниел, бормоча под нос, что-то наверняка одобрительное, пожертвовал три тысячи и красноречиво посмотрел на остальных чиновников.
В итоге частные пожертвования составили 17 460 долларов, платье принесло 2950 долларов. Шляпка, перчатки и туфли вместе 930 долларов. Вошедшие в раж пилоты кричали, что готовы выкупить и остальное, но встретили полное непонимание со стороны командования.
Вездесущие репортёры быстрее ветра донесли слова мисс Дюпэн до жителей Орегона. Орегон ответил сплочённо и решительно. Провёл благотворительный аукцион, где было собрано почти 25 000 долларов на нужды корпуса морской пехоты. Офицеры 1-й бригады морской пехоты с базы «Кэмп-Пендлтон», увы своих морпехов у орегонцев не нашлось, предложили лётчикам по-простому разобраться, кто настоящий мужик, а кто прячется за женскую юбку. А Бабетта напрямую заявила бравшему у неё интервью репортёру, что неженке Жаннетте, наверное, напекло голову южное солнце, раз она говорит такую чушь.
За Орегоном и Техасом соответственно наступила очередь штатов Вашингтон и Нью-Мексико. Небогатый относительно Техаса Нью-Мексико поднатужился и утёр нос нефтяникам, выдав в фонд постройки самолёта почти 30 000 долларов. В это же время, но значительно севернее, на благотворительном балу Сиэтла, Бабетта заявила, что она девушка бедная и тысячи долларов у неё нет. Зато она будет танцевать с каждым, кто пожертвует фонду морпехов не менее 50 долларов. И поужинает с тем, кто внесёт максимальную сумму. Нужно ли говорить, что девушка в специально пошитом на неё стилизованном под униформу платье, была чудо как хороша и её идея имела оглушительный успех. Пожалуй, она даже немного перехитрила саму себя. Многие обремененные узами брака джентльмены жертвовали ровно пол сотни, что бы не дай бог дражайшая половина не подумала чего такого.
Айдахо — Аризона. Монтана — Невада. Дерби набирает обороты, благотворительные взносы растут. Девушки и не думают прекращать осыпать друг друга колкостями на грани приличия, впрочем, это только добавляет им популярности. Настенный помесячный календарь с их фото, напечатанный пятидесятитысячным тиражом, раскупается за сутки и это учитывая, что Средний Запад самая малонаселённая часть страны. Полицейские Чикаго конфискуют большую партию игральных карт с весьма фривольными рисунками, изображающими сексуальные приключения Бабетты, Жанетты и морских пехотинцев США. «Chicago Tribune» даёт об инциденте маленькую заметку и удесятеряет свои розничные продажи. Страну захлёстывает печатная продукция с изображением девушек, разной художественной ценности и весьма посредственного качества. На общем фоне ещё сильнее выделяется продукция издательства «Стингер».