Евгений Сухарев – Свободное плавание (страница 3)
Убывание секунд – никуда себя от них не денешь.
Если хочешь мира, надо поискать в карманах «Парабеллум»:
Если он там есть, то я – помогу остаться свету белым.
Без тылов стро́ю всех по росту,
А вокруг – только поле брани,
И в бою – виртуальный воздух,
Я – The Black Mechanic,
главный Black Mechanic.
Свободное плавание
У волны не попросишь быть с ней вместе навсегда,
А попросишь – окунёшься с головою…
Но на дне
не читать
по складам –
Строк поверхности воды, написанных прибоем.
Эх, волна, я ведь помню, что куда-то тороплюсь, –
Просто я тобой положен на лопатки!
Глохнет мир…
Ты мой слух…
Ты мой пульс…
Ты как яд – солёный вкус, который снится сладким.
Вот и всё, мне на берег не имеет смысла плыть;
Вместо судорог я выберу иное:
Лишь позволь
мне дышать
и просить –
Приближай мне облака, колеблясь за спиною!
Ты ведь мысленно с Луною –
Как всегда, как всегда!
Ветер мчится за тобою,
По пятам, по пятам…
А любители свободы, разгоняющие воду,
Тебя ловят и уходят,
Тут и там, тут и там.
Экзерсисы
В моей душе, как в отшумевшем зале –
Одни только пустынные ряды,
Сильней всего боюсь, что смочь сейчас едва ли
Мне порешить своё безделье до беды…
Моя хандра ̶ исчадье вычурного страха,
Что на миру вконец ударю в грязь лицом;
Пока мирюсь, смеюсь, пренебрегаю плакать…
Нечаянно становлюсь я подлецом…
Нечаянно становлюсь жлобом и трусом,
И мягкотелым, и придурошным, и злым
Вселенская неправда мёртвым грузом
Во всякий раз заставит сделаться иным.
Как неуёмный неисправный светофор,
Исшарканным личинам потакаю,
В мои виски сильней стучится ля-минор,
И моё сердце, словно сердце Кая
Остынет. Зеркалом разбившимся – укор
Заронит смерть, и всё, чего утробно жмусь я;
Корю себя, во мне несбывшийся актёр
Зажат, зажат, словно гимнаст на шатких брусьях.
Я плачу… Но так плачет вслед за гробом
Чуть перепивший промокашка, брюзглый дед…
Никто не видит, эта фальшь фальши апломба
Заколдует заблужденьем мрачный свет.
С двух сторон обшита вязью оправданий
Бело-девственная тряпочка души…
Тенью лжи от плохо сыгранных страданий
Её изнанку всё равно не перешить…
Я, быть может, не последний лицедей… ̶
Многозначный резкий взмах дрожащих рук,