Евгений Степанов – Неудавшееся ограбление (страница 63)

— Мы где? — осмотрелся я.

— В тупике, — развела Виолетта руками, сидя на полу.

Комната имела всего один дверной проём. Был ещё один. Вот только за ним был скат сверху. Понятное дело, что по нему не пройти.

— Что это, вообще, такое? — запыхавшись, спросил Саня.

— Если бы я знал, — ответил я.

— Тихо! — выпалила Виолетта и затаилась. — Слышите? Мы прислушались. Но ничего не было слышно. Даже наоборот, стояла звенящая тишина.

— Ничё не слышу, — ответил Саня.

— Вот именно, — сказала Виолетта и поднялась с пола. — Тишина полнейшая.

А ведь и правда. Карина, Даша и Тёма, хоть и находились чёрти где, но издавали хоть какие-то звуки. А теперь притихли и они. И куда-то пропал этот пугающий звук. Монстр, гнавшийся за нами, затаился.

Я нервно сглотнул слюну. Как бы не получилось такое, что он уже здесь и просто выжидает удобного момента для последнего броска. Может, он уже в коридоре, за дверным проёмом? Ещё больший страх охватил меня. Ёлки-палки… В Кемерово проще было бегать от ментов. Тогда хоть понятно было, что от них можно ожидать. А тут совершенно не ясно, кто нас гоняет, и потому не понятно, что он сможет с нами сделать. И эта неизвестность пугала ещё больше. Для её разгадывания фантазия начинала рисовать самые страшные картинки.

— Иди, проверь коридор, — Саня посмотрел на меня. Видимо, этот мудак думал, как я. И решил отдать меня этому монстру. Вот точно мудак.

— Почему я? — я запротестовал. — У тебя фонарь есть. Ты и иди.

Саня всучил мне фонарь и толкнул к дверному проёму. Я стал сопротивляться.

— С чего это ради я должен идти? — шёпотом ответил я. — Тебе надо ты и смотри.

В этот момент звук опять разнёсся по пустынным коридорам подземелья. На этот раз его источник был уже намного дальше от нас.

Сказать, что мы испытали дикое облегчение, ничего не сказать. Мышцы расслабились так, что я реально чуть кирпичей в трусы не наложил. А вот у Виолетты ноги подкосились. Она опустилась на пол и села по-турецки. Мы с Саньком тоже медленно сели на пол.

Только теперь позывы тела сдали доходить до мозга, или чего там у меня осталось после всех этих событий. Боль во всех мышцах, нытьё в отмороженных пальцах и ушах, усталость во всех конечностях сразу и страшный голод. Мы полдня ничего не ели, а носились, как спринтеры на дистанции марафона.

— Так, что делать будем? — Виолетта опустила голову вниз и почесала лоб.

— Валить отсюда, — сказал Саня.

— Согласен, — поддержал его я.

— С ума сошли? — Виолетта подняла голову и посмотрела на нас. — Бросить друзей? Вернуться к ментам?

— Уж лучше к ментам, — выдохнул Саня. — Хрен с ним. Пусть хоть пожизненное дают. Зато в нормальном Мире и с обычными людьми.

Виолетта усмехнулась.

— Во как заговорили.

— Ага, — поддержал я Санька. — А здесь неминуемая смерть и непонятно от чего. Нет. Я за предложение Сани. Надо дёргать отсюда.

— Хорошо, — кивнула Виолетта головой. — Допустим, согласна. У нас, всё-таки, демократия, власть большинства и так далее. Вот только идти обратно как? Выход где?

Мы с Саньком переглянулись. Мы нарезали круги в кромешной темноте. Конечно, никто из нас и не помнил, как возвращаться обратно. Этот лабиринт казался бесконечным.

— Про ловушки не забыли? — продолжала Виолетта. — Пока нам везёт. А если не повезёт? Думаете, то, что гоняет нас, не станет поджидать нас у той двери? Наверняка, она уже закрыта. Древние не были дураками. Склепы и захоронения они всегда оберегали от посторонних, тем более, таких безбашенных, как вы…

— Ладно, всё, хватит, — перебил я Виолетту и поднялся на ноги. — Понятно, всё. Нам трендец, и с этим ничего не поделаешь.

Я вышел в коридор. Уже совершенно безбоязненно. Свет луча фонарика направился сначала в одну сторону коридора, затем в другую. Поворот туда, поворот обратно. И всё. Монстров пока нет, что, кстати, очень даже радует. Зато, что делать дальше, совершенно непонятно.

— Это если ты намылишься бежать отсюда, тебе трендец, — сказала Виолетта.

— Окей, — Саня поднялся на ноги. — Тогда, что ты предлагаешь?

— Во-первых, — Виолетта тоже стала подниматься с пола. — Надо найти остальных. И тут же со ската послышались крики. Первой выехала Дашка и врезалась в стену напротив ската. За ней — Карина. Замыкал катающихся Тёма. Со своим весом он набрал такую скорость, что впечатал обеих девчонок в стену. Я усмехнулся и повернулся к Виолетте.

— А, во-вторых? — спросил я.

И тут грохнуло в коридоре. Уже совершенно точно возле дверного проёма. Саня спиной шарахнулся к стене и случайно нажал на какую-то кнопку. Дверь, откуда мы пришли, стала опускаться, а напротив неё — подниматься, открывая проход дальше.

— А, во-вторых, бежим! — скомандовал Тёма и первым рванул в, ещё наполовину открытый проём.

Девчонки отлипли от стены и рванули за ним. Мимо меня проскочил Саня. Мы с Виолеттой посмотрели друг на друга. И, не сговариваясь, одновременно бросились за остальными. Коридор закончился тупиком, с дверным проёмом в правой стене.

— Сюда! — скомандовал Тёма. Девчонки лихо свернули за ним.

Саню немного занесло на повороте. Виолетта пролетела мимо него, из-за чего тот чуть было не влетел в дверной косяк. Потом я просвистел мимо него. Саня чертыхнулся и бросился за мной. Потом опять поворот, коридор и вновь поворот… Мы выскочили в большую залу. Тёма резко остановился и остановил девчонок, которые как мячики стали отлетать от его спины. Виолетта успела повернуть, как и я. А вот Саня, то ли не увидел Тёму вовремя, то ли просто уже не соображал ничего. Короче, влетел он в него на полном ходу.

— Да, хватит вам уже! — недовольно бросил Тёма.

Саня кубарем покатился по полу. Он стукнулся головой о пьедестал, на котором стояла какая-то статуя. Рука статуи тут же опустилась, и из неё выскользнул топор, полетев прямо на Саню. Тот заорал и лихо перевернулся на бок. Топор лезвием звякнул о поверхность пола и упал рядом. Саня посмотрел на него и облегчённо выдохнул, уронив голову на каменный пол.

— Ой, мама… — пронеслось по зале.

Под головой Сани чего-то нажалось, и плита, служившая дверью, стала медленно опускаться вниз. Все уставились на неё. Затем свет фонарей начал рыскать по стенам в поисках прохода. Но его не было.

Преследовавший нас звук приближался к нам с такой же скоростью, с какой опускалась плита. Все мы обернулись на неё и затаились. У каждого в голове вертелась только одна мысль — только бы плита успела…

Успела. Только она коснулась пола, плотно запечатав проход, как раздался последний звук уже у самой двери, и наступила полнейшая тишина.

Мы все сбились в кучку. Шесть пар испуганных глаз сверлили собой дверь. Лучи фонарей дрожали, держа в своих объективах плиту. Но ничего не происходило.

— Оно ещё там? — тихо, еле слышно спросила Дашка срывающимся голоском.

— Да, — шёпотом ответил Саня. Его голос по уровню испуга ничем не отличался от дашкиного.

И опять тишина. Только наше дыхание и биение сердец нарушало её.

— Может, попробуем отстреливаться? — предложил Тёма.

— Ага! — в полный голос сказал я. Вся группа в ужасе шарахнулась от меня.

— Не ори! — шёпотом прикрикнула на меня Виолетта.

— А чего бояться? — развёл я руками. — Сами гляньте, помещение полностью закрыто. Кто сюда проникнет?

Тёма медленно опустился на пол. Его примеру последовали все. Все мы сильно устали и нуждались в отдыхе и покое, а он нам только снился.

Я забрал фонарь у Сани и стал осматриваться. Зала была большой по размерам и с высокими потолками, что сильно отличало её от остальных помещений — с низкими потолками и маленькими по площади. Вдоль стен стояли статуи воинов в своём облачении и с оружием. Короче, как и те, что мы видели при входе в этот ад. Стены опять же исписаны барельефами. Когда я присмотрелся, то понял, что это не барельефы, а карта. Карта Великой Тартарии. В ней угадывались континенты и моря. Всё было расписано в красках, которые даже и не выцвели за вековую историю захоронения. Правильно, солнца нет, а вход плотно запечатан. Здесь были отмечены города и деревни, где-то фигурки крестьян вспахивали землю, где-то отряды воинов маршировали от одного города к другому, в океанах и морях — плыли большие корабли и маленькие ладьи. Короче, это оказалась карта не просто Тартарии, а всего Земного шара.

Я стоял на месте, широко разинув рот, и смотрел на всё это великолепие. Панораму мировой физической карты в огромном масштабе я ещё никогда не видел.

Под картой были установлены факелы. Они располагались на уровне вытянутой руки. Я подошёл к одному и снял его с подставки. Всё сделано, как надо. Складывалось впечатление, что его создали и сразу поставили сюда, даже ни разу не подпалив. Язычок пламени от зажигалки вмиг разбежался по ткани, намотанной на факел. Я стал обходить помещение, поджигая остальные факелы. Вскоре вся зала стала прекрасно освещена.

— Ух, ты, — с сарказмом выдохнул Саня. — Кто-то постарался обеспечить нас светом?

— И не говори, — ответил я, не глядя на него, выключил фонарик и наотмашь бросил его Саньку.

— Ай! — крикнул Тёма. — Больно же.

— Прости, — ответил я.

— Всё, — почесался Тёма. — Наш историк с головой ушёл в изучение археологического дерьма.

— Почему дерьма? — посмотрел я на него непонимающе.

— Да, потому что толку от этого никакого, — ответила за Тёму Дашка. — Красиво, никто не спорить. Вот только чё делать с этим? Как выбираться?