Евгений Степанов – Мёртвый анархист (страница 6)

— Ну, как так-то? — произнёс он раздосадовано.

— Ну, ты и лошара, Женя, — усмехнулась Лика и начала его передразнивать. — Внедорожник для бездорожья, кто мелочь берёт для русской глубинки? Тьфу! На себя посмотри.

— Ликунчик, — покосился Женя на неё. — Будь добра, заткнись, пожалуйста.

— Учти, — сказала Лика. — Если ты меня и выдернул тросом, я этого делать не буду. Моя малышка грузчиком вкалывать не нанималась. Она и так бедная полдня бегает по дорогам.

— Ну и что теперь? — развёл Женя руками.

— М-да… — протянула Настя. — Чем больше джип, тем дальше бежать за трактором.

— Сплюнь… — выдохнул Женя.

Ночную грунтовую дорогу освещали три фары трактора «Беларусь». Ещё советский старичок переваливался по ухабам, лязгая и скрепя всеми своими деталями. За ним плёлся джип. Малолитрашка замыкала собой колонну. Тракторист снял кепку и помахал ею, обернувшись назад. Джип моргнул фарами и свернул в сторону маленького домика, стоявшего недалеко от дороги. Трактор продолжил движение в сторону огней деревни.

Джип с легковушкой подъехали к покосившемуся забору и остановились. Водители и пассажиры стали покидать своих железных коней.

— Ну, вот, — сказал Женя, указывая на домик в старо-деревенском стиле. — Это и есть наше маленькое убежище. Взяли с Ликой на случай чего.

— А почему я этого не знаю? — Настя покосилась на Лику.

— Потому что это был маленький секрет, — ответила та. Настя недовольно уткнула руки в бока.

— Вот видишь, — посмотрел Женя на Юлю. — Насте тоже не всё говорят. Короче, хорош трепаться. Экскурсия по местным достопримечательностям будет завтра. А сейчас спать. Я устал, как не знаю, кто.

— Такая же фигня, — устало ответила Лика и первой подошла к калитке. Только она попыталась её открыть, как раздался треск ломающегося сухого дерева, и калитка просто упала на землю.

Лика так и осталась стоять на месте с занесённой рукой. Женя усмехнулся.

— Это ты дом выбирала, — сказал он, обходя Лику.

Юля сморщилась, при виде такого.

— Они и для отпуска дом выбрали неплохой, — прошептала Настя Юле.

Внутри дом выглядел так, будто в нём давно уже никто не жил. Только пыли с паутиной было гораздо меньше. Зато оставались вещи от прежних хозяев. По которым не составляло особого труда определить, что ранее здесь проживала одинокая старушка.

— А свет здесь есть? — Женя щёлкнул выключателем. Лампочка, занимавшая одинокий патрон под потолком, осветила собой комнату. — Хоть здесь ремонтировать ничего не надо.

— Началось, — выдохнула Лика. — Пару проводков тогда поменял, а грызёт меня до сих пор.

— А не фиг было экономить на отпуске.

— Тогда у нас денег не было. А сейчас кое-кто опять жлобиться. Я тебе поскольку предлагала скинуться?

— Это нереальная сумма для дома для «запасного аэродрома»! — ответил Женя. — На фига по ляму тратить на дом, в котором мы будем отсиживаться чуть больше месяца?! Или ты здесь жить собралась?

— Больше месяца! — крикнула Настя. — Я не хочу проводить свой День рождения в этой глуши!

— Я хочу провести время не в халупе на краю цивилизации, а в нормальных условиях со всеми удобствами, — продолжила Лика, не обращая на Настю внимания. — И тех денег, которые у меня были, мне бы точно не хватило на нормальное жилище. А тебя жаба душить начала.

— Конечно, моя жаба во всём виновата, — ответил Женя. — А то, что ты доверилась первому встречному, с которого даже документы взять невозможно, это роли не играет?! Да?!

— Не ори на меня!!! Во-первых, бабулька склеила ласты всего месяц назад! Поэтому, внучок может оформить наследство только через полгода! Во-вторых, сумму он получил не полностью! Спасибо чьей-то жабе, чтоб она тебя придушила уже когда-нибудь в конец! А, в-третьих, даже если этот придурок нас и додумается кинуть, то попадёт сам. Кому эта халупа нужна, вообще?! Это не центр Москвы, а край вымирающей деревни. Кто нас отсюда выселять будет?

— Э, — попыталась разнять Настя Женю с Ликой. — Вы чё? Алё!

Но те не обращали на неё никакого внимания. Настя переводила взгляд с одного на другую, не зная с кем заговорить. И, в конце концов, не выдержала.

— Тиха! — крикнула она. — Это как понимать?! И здесь кто-то умер?

Лика с Женей, наконец, обратили на неё внимание.

— Настюшь, солнышко, — попытался максимально ласково ответить Женя. — Пойми одну простую вещь — в каждой доме кто-то хоть раз да и помер. Я уже не говорю про городские многоэтажки. Будем надеяться, что в этот раз наша Лика выбрала не дом с привидениями и покойником в подполье. А то и мне тоже отпуска хватило.

— Это вышло случайно, — процедила Лика сквозь зубы.

— Если повезёт, то прежняя хозяйка не будет летать на метле вокруг дома, и ныкать свои накопления в огороде.

Лика только открыла рот, чтобы что-то сказать, но Женя её тут же остановил.

— Остальное, — сказал он. — Потом. Завтра всё обсудим на трезвую… то есть. Короче, утро вечера мудренее. Располагаемся.

Лика махнула рукой на Женю и осмотрелась.

Дом состоял из четырёх комнат — зал, кухня, она же прихожая, и две спальни. Кроватей было две, плюс диван в зале. Девчонки отправились на исследование комнат, а Женя опустился на стул за столом, стоявшем у окна, и закурил. Настя осторожно потопала по всем половицам.

— Крепкие, — с облегчением отметила она.

Лика сначала зашла в одну спальню, затем в другую. Расклад со спальными местами её не устраивал. Одна кровать была рассчитана на одного человека, другая — почему-то оказалась двуспальной. Пока Лика сморщено смотрела на большую кровать, до неё стал доноситься подозрительный запах. Она принюхалась и рванула в кухню, где застукала курящего Женю.

— Что? — не понял тот.

— Ты охренел? — произнесла Лика.

— Что опять не так? — развёл Женя руками.

— Ты куришь в доме? Слышь, пароход, греби винтом на крыльцо. Мало того, что дом провоняет, так ещё и девчонки нанюхаются.

— Курево за две сотни, — Женя показал Лике сигарету. — Таким запахом и надо прокуривать нафталин дома и духи твоих подруг.

— Греби отсюда, говорю…

Через секунду входная дверь распахнулась, и Женя вылетел на крыльцо, чуть не скатившись с его ступеней. Потирая брюки в районе ягодицы, он недовольно посмотрел на захлопнувшуюся дверь.

Лика вернулась в спальню и окинула взглядом большую кровать. Тяжело вздохнув, она открыла первую сумку и достала из неё комплект постельного белья.

— Чё вы шмоток столько понабрали? Полдома сгребли, — передразнивала она Женю. — А спать ты на этих тряпках собрался? Стоп. А на чём он спать будет?

Лика задумалась. Диван и кровать в другой спальне уже заняли Юля с Настей. А делить большую, мягкую постель с Женей, Лика не собиралась.

— Плевать, — махнула она рукой. — Пусть сам себе место ищет.

Только она застелила постель, как появился Женя.

— Обалдеть, — выдохнул он, поёживаясь от холода. — Там комары размером с вертолёт летают.

— Действительно, обалдеть, — сказала Лика. — Как это так на тебя комары набросились, когда должны были мухи.

— Не смешно, — ответил Женя и рухнул на кровать. Прямо на свежую постель. — Наконец, горизонтальное положение. Многовато чего-то сегодня было, многовато…

Глаза Лики расширились, а челюсть уехала вниз. Она застыла на месте, глядя на молодого человека ошарашенным взглядом. Женя же закрыл глаза, обняв подушку руками, и с довольным выражением на лице приготовился ко сну. Лика вышла из ступора, подскочила к кровати и за ногу рывком стащила Женю вместе с подушкой на пол. Женя рухнул с кровати и посмотрел на девушку удивлённым взглядом.

— Ты что? — не понял он. — Что за дела?

— Вот и мне интересно, — ответила Лика. — В уличной одежде на мою чистую постель. И, вообще, это моя комната. На кой ты сюда припёрся?

— Здрасте, приехали, — ответил Женя и сел на полу. — Все места заняты.

— И что?

— Мне где спать?

— Да, плевать, где. Вон, в прихожей мягкий коврик.

— Да, чтоб… — процедил Женя сквозь зубы. — Тебе счастливо жилось в новом году.

Он вскочил на ноги и схватил подушку.