Евгений Степанов – Мёртвый анархист (страница 25)

— Ну, кто знал? Сам же видел, что у него был настоящий пистолет и удостоверение, как настоящее. Я же думала…

— Лика. Никогда. Слышишь? Никогда больше не думай. Это плохо заканчивается.

— Так можно ехать домой? — рядом с ними появились Юля с Настей.

— Вот и прекрасно, — сказала Юля довольным голосом. А то ночевать в доме, где в подполье заперт мертвец, нет никакого желания.

— Да и спать где? — поддержала её Настя. — В сарай я идти не хочу.

— Ну, мы хорошо отдохнули, — развела Лика руками. — И заметь, дом даже не сожгли, как в прошлый раз. Он даже почти в сохранности.

В этот момент одна из ставней дома накренилась со скрипом и рухнула на землю.

— Угу, — кивнул Женя. — Дом-то цел. А вот полдеревни восстанавливать надо. И я за это платить не буду.

— Да, понятное дело, — всплеснула Лика руками. — Сам мне лапшу на уши навешал, что даст мне свой рабочий счёт. А по факту я его уже третий день ищу.

— Потому и не дал! На что бы ты его спустила? На шмотки с побрякушками? Даже меня не похоронили по-человечески, — Женя сплюнул. — До сих пор вкус земли и тлена во рту.

— Между прочим, мне ещё машину ремонтировать надо, — Лика указала на свою машину, возле которой лежал оторванный бампер.

— Провели бы ритуал, как следует, — ответил Женя. — И ничего этого не было бы!

Настя с Юлей переглянулись. Женя с Ликой переходили на крик, а с него на личности. Всё возвращалось на круги своя.

— Надо вещи собирать и уламывать этих ехать домой, — сказала Юля.

— Ты займись вещами, — сказала Настя. — А я пока схожу в деревню. Надо деду Андрею кольцо вернуть.

Она попыталась снять перстень с пальца. И тот вдруг снялся совершенно легко. Настя даже удивилась.

— Ритуал проведён. И кольцо надо вернуть владельцу, — сказала Юля. Настя подмигнула ей и пошла в сторону дороги, ведущей в деревню.

— Да, и хрен с тобой!.. — крикнул Женя на Лику и пошёл в сторону дома. Лика злобно сплюнула на землю.

— Юлька! — крикнул Женя. — Где мои шмотки? Переодеться надо из этого могильного саванна.

— Всё в сарае, — ответила та.

— А журнальчик мой где?

Лика громко рассмеялась. Женя махнул на неё рукой.

— В доме, на печи лежит.

— Почему там? — недовольно спросил Женя.

— А где ещё такую литературу держать? — язвительно сказала Лика. — Только под рукой, когда печь топить надо будет.

Женя ничего не ответил. Он быстро поднялся по ступеням крыльца и вошёл в дом. Юля последовала за ним. На кухне она бросила настороженный взгляд на лежавший шкаф. Женя переступил пустые вёдра и разбросанные инструменты и подошёл к печи.

— Осторожней, — сказала Юля. — Там покойник в подполье заперт.

— Не заперт, — ответил Женя и взял порножурнал. — Не удержит это её.

— А кто это такая? — Юля с хитрым прищуром посмотрела на Женю.

— Это?.. — задумался Женя и тут же пожал плечами. — А я уже и не помню, кто это.

И тут его взгляд упал на фляжку в руках Юли.

— А это что такое?

— Это эликсир. Тут осталось немного после твоего оживления. Сима пошла местному знахарю кольцо возвращать. А вместе с ним он нам ещё и эликсир этот дал. Надо было Насте его отдать, да мы забыли совсем.

— Ну, раз это чужое, значит, с собой не берём, — Женя забрал фляжку из рук Юли и бесцеремонно бросил на пол. Она ударилась о половицы, прокатилась по ним и нырнула в дырку, ведущую в подполье. Юля сморщилась, но доставать фляжку обратно не решилась.

Лика подошла к джипу. Переодетый Женя сидел на водительском сидении. Рядом на пассажирском была Юля.

— Сима где? — спросила Лика.

— В деревню пошла, — безмятежно ответил Женя на недовольный взгляд Лики. — Кольцо там какое-то какому-то знахарю вернуть надо.

— А почему она пошла, а ты не повёз её? — Лика уткнула руки в бока. — У девочки была совершенно отвратительная ночь. У неё болит голова, ноет тело. После такого марафона с вами потусторонними придурками на хвосте особо так сильно не отдохнёшь…

— Началось… — Женя закатил глаза. — Вот откуда ты всё это знаешь? Она мне ни слова не сказала об этом.

— Мне лучше знать, что ей надо.

— И у меня, знаешь ли, ночка тоже не из лучших выдалась. У меня тоже всё болит и ноет. А теперь ещё и баранкой крутить через половину области.

— Ты это давно заслужил. Так тебе и надо!

В этот момент из магнитолы раздавались аккорды рок-музыки.

— Что это за агония-FM? — недовольно спросила Лика.

— Это «Король и шут», — ответил Женя. — Тебе и самой эта группа нравилась. Ну, а рок, вообще, это же просто песня для ушей. Не то, чтобы ваша попса голимая. И, вообще! Это, между прочим, хорошая идея. Вернёмся, и я напишу книгу, как мы отдыхали здесь. И назову её, как и эта песня: «Мёртвый анархист».

Лика тяжело вздохнула. Её взгляд упал на порножурнал, лежавший на панели, над магнитолой.

— Дохлый онанист ты, — усмехнулась Лика и отошла от машины. Женя тут же рывком отправил журнал к рычагу переключения передач.

— А правда, — спросила Юля и взяла журнал. — На кой он тебе?

Она открыла его на первой попавшейся странице. И тут же перед ней пристал приклеенный листок стикера с надписью: «Рабочий счёт…».

Женя выхватил журнал из её рук и вернул его на место.

— Просто это единственное место, куда Лика точно не полезет, — ответил он.

И тут на дорогу выскочила Настя и стала стремительно приближаться к машинам.

— Ты глянь, — усмехнулся Женя и начал передразнивать Лику. — Ребёнок болеет. У неё мышцы болят. Она ночь не спала. Тьфу… Смотри, как несётся. Да в ней запас энергии, как в ядерном реакторе.

Настя подбежала к джипу и остановилась, тяжело дыша и опёршись рукой на машину.

— Что с тобой? — настороженно спросила Лика.

— Деревня… — выдохнула Настя запыхавшимся голосом. Она вручила Лике перстень деда Андрея.

— Ты его не вернула?

В ответ Настя отрицательно завертела головой.

— Там настоящий бунт, — наконец-то, смогла произнести Настя. — Деревенские думают, что это дед Андрей поднял покойников. И всё это по его вине. Видите, дом горит?

— Дай угадаю, — ответил Женя. — Это изба вашего знахаря. Так?

Настя кивнула.

— Там настоящий бунт. Еле удрала оттуда. А ещё они говорят о каких-то приезжих городских, которые к деду Андрею заходили прошлой ночью.

— Круто, — выдохнул Женя. — Опять неплохо так отдохнули. Дом цел, но в этот раз сожгли полдеревни. И опять же нас линчевать хотят.

— Женя, заткнись, — сказала ему Лика. — Симочка, милая, садись в машину. Не дай Бог мертвечиной от этого провоняешь. Тебе надо перевести дух.

— Ага. Пока местные нас на куски не покромсали. Кто в этот раз меня воскрешать будет? — Женя завёл двигатель джипа. — Ну, на хрен! Валим домой.