Евгений Старухин – Злой целитель (страница 20)

— Тепло. Оно идёт по телу. И всё. Больше никаких эмоций. Когда оно доходит до нужного места, оно просто пропадает.

— Интересно. А что ты ему сейчас лечил?

— Спину. У него там очаг поражения ещё не до конца прошёл. — Да, диагностика показывает, что там у него ещё не до конца всё прошло.

— Макс, я домой пойду, сил вообще не осталось.

На выходе из больницы меня дожидалась мама в сопровождении какого-то хмыря в штатском. Явно товарищ из конторы. Причём непонятно, как мама здесь очутилась, ведь у неё скоро должен начаться рабочий день, а она меня около больницы поджидает.

— Сынок, к тебе прислали сопровождающего. А чтобы у тебя не было каких-то сомнений, то связались заранее со мной и попросили меня также приехать. А после нас развезут по делам. Тебя на пары, а меня на работу.

— Понятно, мам!

— Садитесь, пожалуйста. — Предложил сопровождающий хмырь, указывая на какую-то малоприметную иномарку: что-то из корейского автопрома, а может и вовсе китайского.

Мы не стали отказываться и сели. В дороге этот товарищ всё-таки представился:

— Дмитрий, я буду закреплён за вами в качестве водителя и немного телохранителя. Зовут меня Воробейкин Павел Петрович. Звание — капитан. Жить буду ровно под вами, так что в случае необходимости куда-то отправиться звоните на сотовый или в дверь. Вот номер моего сотового. — он протянул визитку, на которой были указаны только его ФИО и телефон. Скромненько и со вкусом. Визитка обычная белая картонка — ничем непримечательная, как и сам Павел Петрович, так как внешность он имел вполне заурядную. Этакий мужчина лет тридцати пяти, с начинающимися залысинами и даже намёком на пузико, но старающийся держать себя в форме. Половина страны так выглядит. Ну ладно, не половина. Половина мужчин его возраста.

— Я завтра с утра договорился в больницу приехать, а оттуда с Агнессой Петровной направиться в хоспис. А сегодня на пары, после них в спортзал и вечером домой.

— Хорошо, отвезу вас. Только, если у вас будут меняться планы — позвоните и предупредите меня, пожалуйста. Кстати, за вашей мамой также будет закреплён сопровождающий, но он встретит её после работы. Это будет лейтенант Звёздный.

— Какая интересная фамилия!

— Да примечательная, этого не отнять.

Тут мама переключилась на меня:

— А что ты хочешь делать в хосписе, сынок?

— Попробую полечить деток, мам. Если удастся спасти хотя бы одного — уже будет невероятное достижение.

— Ты у меня молодец! Я тобой так горжусь! И за всю эту историю с вашим сошедшим с ума одногруппником и за вот эти твои способности тоже. Как я рада, что они обратно вернулись в семью!

— Мам, ты не будешь против, если я немного подремлю? А то не выспался я, видимо…

— Нет, конечно! Спи, сынок!

Я откинулся на подголовник и вырубился. Последней моей мыслью было: «Как жаль, что до универа на машине ехать только пятнадцать минут!»

Интермедия 8

Сколько же я нервов сожгла, когда по телевизору сказали, что террорист захватил группу студентов в здании Майкрософт, а объявление о том, что при его обезвреживании оказались жертвы — это было вообще кошмаром. Тогда все родители собрались единым коллективом у деканата в институте и думали, что делать. А то, что наших детей после этого ещё ФСБ мариновало на протяжении нескольких дней, не сообщая о том, кто пострадал — нас сплотило невероятно. Все боялись и переживали за своих детей. Все мы перезнакомились, обменялись контактами, обещали всяческую поддержку друг другу.

И вот наконец-то наших детей отпустили и сегодня они должны приехать. Нам всем позвонили и сказали, что детей доставят до дома, чтобы мы сами даже не думали ехать на вокзал. И вот я жду сына, жду, а его всё нет… Вместо него почему-то позвонил ФСБшник и спросил по поводу Димки. Я не поняла, они что, не встретили их? А как они тогда собрались его привозить? Вот зачем я их послушалась? Надо было самой ехать — встречать. Ну почему всегда так, всё у нас не как у людей, вечно какие-то проблемы! Но нет, наконец-то появился — начала тут же хлопотать по дому, хотя и так вроде было всё готово, но нужно ещё что-то сделать, это всегда так, сколько не готовься — всего не учтёшь.

А уж когда он мне рассказал, что у них там происходило в этой поездке, у меня волосы вообще зашевелились и остался только один вопрос: кто вообще доверил руководство экскурсией студентов какой-то взбалмошной девице, которая ещё и напилась во время того, когда многих студентов полоскало от некачественной еды? А после и вовсе бросила их во время поездки! Кто мог назначить такую безответственную девушку ответственной за детей? Кажется, придётся серьёзно разговаривать с деканатом. И говорить им придётся со всеми родителями нашей группы, а возможно и не только нашей.

Раздался звонок в дверь, я на него не обратила внимания, а Димка пошёл открывать, я же пока решила фруктов ещё помыть, Димка любит всякие персики-абрикосы, вот и сейчас их на тарелке совсем не осталось, благо не все сразу выложила. Но что-то долго его нет? Куда он там запропастился? Кто вообще приходил.

Вышла из кухни, а сына и след простыл. Вот сейчас не поняла вообще… Куда он делся-то? Он же всегда предупреждает, если уходит. Это что, ФСБ пришли и опять его забрали? Да драть вас всех через коромысло! Отпустите уже моего сына уроды! Сколько можно⁈

Со злости даже не сразу смогла набрать номер, данный мне тем ФСБшником, что приезжал утром. А когда набрала, то сразу начала с претензий. Вывалила на него всё, что думаю по поводу него конкретно и его службы в частности, если они позволяют себе такое отношение к подросткам и даже не стараются уведомить их родителей. Выливала на него ушат помоев примерно минут пятнадцать и была в итоге огорошена вопросом:

— Я правильно понимаю, что Дмитрий куда-то пропал после звонка в дверь?

— То есть вы хотите сказать, что это не ваших рук дело? — уже теряя запал поинтересовалась я, в то время как сердце пропустило удар, и больше всего хотелось в панике заорать: «Куда вы дели моего сына?».

— Конечно, нет, сейчас не тридцать седьмой год и наша служба работает в полном соответствии со всеми кодексами нашей страны, не нарушая законов и прав граждан. А Дмитрия мы обязательно найдём.

После этого в трубке раздались короткие гудки, а из меня словно стержень вынули. Каким чудом я не рухнула прямо в коридоре, а доковыляла до кровати — сама не знаю. Чувство беспомощности подавляло. Если не ФСБ, то кто? Кому мог понадобиться Димка? Да что вообще происходит?

В состоянии близком к панике я провела где-то полчаса, не зная, куда метнуться, кому позвонить, что сделать. В результате выпила валерьянки, запила пустырником и принялась действовать. Для начала позвонила Диминой старосте — Леночке. У неё выяснила, что после вокзала Дима неизвестно куда испарился и его больше никто не видел, в то время как их мурыжили журналисты и ФСБ. Поблагодарила её за сказанное и начала думать, куда же позвонить ещё. Травмпункты и морги решила не обзванивать, хотя с них хотелось начать в первую очередь, дабы просто убедиться, что его там нет. Вместо этого позвонила Максиму и попросила его позвонить, если вдруг Дима появится у него.

Куда он ещё мог подеваться? Да больше и некуда! Ну нет у него друзей, с которыми бы он общался кроме Максима. И что, опять звонить в ФСБ? А толку? Они вообще мышей не ловят. Тогда куда? В милицию? А они тут причём?

Да что ж за день-то такой ненормальный!!! Ну почему нам всё это? Что мы сделали такого плохого, что на нас все эти несчастья сыплются раз за разом?

На всякий случай хотела позвонить участковому, но телефона его не было, а звонить просто по 02 — только тратить время. Да и потом, наверняка они начнут задавать дурацкие вопросы, например: «А что, есть подозрения, что он может быть у нас?» или «А приводы уже были?» Как бы потом проблем сыну на ровном месте не создать. Нет. Туда надо будет позвонить обязательно, но не сейчас. Чуть позже. А пока пойду ромашки заварю. Целый чайник! А лучше — ведро, иначе не поможет.

Раздался звонок — это завуч с работы интересовалась, не смогу ли я подменить Ибрагимову. Вот только этого мне сейчас и не хватало, о чём я прямо ей и сказала. Подбирать слова и наводить политесы, чтобы отказаться от чуть ли не бесплатного поручения — не было сил совсем. Поэтому после отказа просто повесила трубку. Ну вот, как бы теперь ещё на работе проблем не было… Да что ж такое-то… Хотя… Пусть сами разгребают за этой Ибрагимовой. Достала она уже постоянно отпрашиваться. А я тоже не железная всё время её подменять. К чёрту!

Хлопнула рюмку подаренного коньяка — за подготовку одного оболтуса к переводным экзаменам. Затем принялась за чай с ромашкой. Сама не заметила, как оприходовала целвый чайник. И отчего-то это меня ввело в ступор. Я сидела и смотрела на мокрые лепестки цветков под прессом чайника. Ступор. Что делать непонятно. Куда бежать, звонить — неизвестно. Мысли бежали по одному и тому же кругу уже в который раз и выхода не было видно.

Трель телефонного звонка выбила меня из этого состояния. Оказалось, что ФСБ всё-таки умеет работать. Диму нашли. Избитым. Сейчас везут в травматологию. Он пока без сознания, но когда придёт в себя — будут его опрашивать. Везут в третью городскую.