Евгений Старухин – Злой целитель (страница 17)

Но мы посмотрим ещё, что это у него за способности такие. Когда прискакал Леонидыч (вот ведь, как молодой скачет! Или он уже предчувствует скорое лечение?), пришлось вызванить нашего Самоделкина, чтобы настроил фиксацию местного чуда.

Тот прилетел за десять минут — живёт неподалёку. А мы как раз успели дойти из одного корпуса в другой, когда подлетел он на своём древнем тарантасе. Я только в очередной раз поморщился, как это корыто вообще ещё ездит? Ну да это вообще не важно.

В реанимационной палате мы оказались в сопровождении главврача и зав. отделением. ТЕ довольно громко шептались по поводу всяких шарлатанов и органах власти, покровительствующих этому. Пришлось даже бросить на них неодобрительный взгляд, после чего шепотки прекратились. Правда сверлить взглядами нашего чудо-мальчика они не перестали.

Наш техник расставил кучу разной аппартуры на штативах, я с удивлением узнал даже счётчик Гейгера. Зачем его-то он приволок? Хотя, чем чёрт не шутит, а вдруг магия радиоактивна?

А вот когда глаза парня засветились, а вслед за ним и руки — настроение ехидничатьрезко пропало. Ведь это реально магия, такое ничем иным объяснить невозможно. И я это вижу собственными глазами! Как такое возможно? Да его же срочно нужно упрятать в шарашку и охранять там лучше, чем золотой запас, ведь он по сути круче даже ядерного оружия. Ведь по сути, он — наш новый удар по мировой экономике. Его услуги могут принести колоссальный доход государству, который не даст никто. Возможность вылечиться от любых болезней! Да за такое любые деньги отдадут, а если он ещё и омолаживать может, то вообще… Последнюю мысль даже додумывать страшно. Ведь, если о нём узнает хоть кто-то вообще — может начаться третья мировая. Ну не было ещё в мире магов. А тут реальный случай. И тут я не удержался, принялся уговаривать мальчишку переселиться на ведомственную территорию, но тот упёрся рогом и ни в какую. Мать его тоже не удалось уговорить. Пришлось срочно обеспечивать им охрану по месту жительства. Надо будет организовать расселение местных жителей, чтобы во всех соседних квартирах, а также над и под ними жили наши сотрудники. Переглянулся с Леонидычем, тот понял меня с одного взгляда и также молча кивнул, мол всё устроим.

Но ведь пацан и правда птица не нашего полёта, так что заберут его, как пить дать — заберут. Тут без вариантов, москвичи умеют уговаривать.

Глава 7

Проснуться в своей постели, когда у тебя ничего не болит — прекрасное чувство, особенно после того, как в прошлый раз очнулся в травматологии. Ещё бы не надо было на учёбу! Но даже так сегодня день обещает быть чудесным, особенно после вчерашнего завершения. Ведь вчера удалось-таки отстоять свою свободу и дом. Мы будем с мамой жить у себя, а не переедем куда-то в ведомственную шарашку. Мало того, удалось вчера даже переговорить с Максом наедине пару минут. Именно в это время он посоветовал мне не трепаться о своих способностях и многозначительно пошевелили бровями, я же в ответ покивал, мол всё понял и обещал сегодня к нему заглянуть после пар. Также мы с Максом пришли к выводу, что телефонам доверять теперь нельзя, ведь прослушка ФСБ уже наверняка подключена к моему телефону. Один наш знакомый, работающий в офисе моего провайдера, как-то рассказывал, что ФСБ по запросу может получить возможность прослушивать любые разговоры нужного им абонента и для этих целей в офисе провайдера установлен специальный шкаф, в котором находится сервер, куда имеет доступ только ФСБ, Даже никто из обслуживающего персонала провайдера туда доступа не имеет. Вот такие забавные факты можно выяснить порой из случайной беседы. А он об этом узнал при приёме на работу. Их водили смотреть на этот шкаф как на экскурсию: вот, мол, смерть кощеева в золотом ларце, в хрустальном яйце, вернее сервер с секретным оборудованием с прямым доступом к прослушке в запертом шкафу. Ну как шкафу — только называется так, по сути это целая комната. И внутрь их, конечно же не пустили.

А уже дома мы поговорили с мамой. Ну как поговорили, скорее больше писали. При этом говорили на отвлечённые темы. Я её спрашивал про прабабку-колдунью, а она рассказывала. При этом она писала, что в доме у нас скорее всего установлены подслушивающие устройства, иначе зачем ФСБшникам было нужно дополнительное время, чтобы нас сюда отвезти? Правильно, незачем.

Причём она написала, что история про бабку — вымысел от начала и до конца, никаких способностей у неё не было, хотя женщина была умнейшая и буквально читала окружающих как открытую книгу. То есть, моя пра-пра никакими сверхспособностями не обладала. Но в качестве легенды вполне может сработать. После нашей такой содержательной беседы, мама сожгла наши записки на тарелке, пепел растёрла и посуду помыла. А потом мы уже и пошли спать. Но вся эта история с прабабкой-колдуньей открыла мне маму с новой стороны — как она оперативно среагировала и сочинила историю буквально на коленке, да с такими подробностями и фразами. Моя мама — лучшая!

Выпив чашку крепкого растворимого кофе с бутербродом с сыром, побежал на свой рогатый транспорт. И только уже на подъезде к больнице, понял, что заведущая-то меня не пустит ни черта в своё отделение, часы ведь не приёмные. Остаётся надеяться на удачу.

К моему несчастью, удача явно взяла сегодня выходной, ведь вместе с дежурной медсестрой меня поджидала никто иная как Агнесса Петровна.

— Ну наконец-то! Заждалась я уже тебя. Сколько можно? Где тебя носит, пацан-мальчишка?

Я от такого приветствия даже помотал головой, не почудилось ли мне?

— Ну чего ты башкой вертишь? Пошли уже, мне нужно лично посмотреть как ты руками светишь и лечишь. И так из-за тебя пришлось оставаться на второе дежурство подряд, а у меня знаешь ли здоровье не железное, так что пошли. Тебя в ординаторской всё наше отделение в полном составе ждёт и ещё некоторые из других отделений тоже. — Заведущая сама натянула на меня врачебный халат и, схватив меня за растёгнутую куртку, потащила вперёд.

— А что мне за это будет?

— В смысле? — Остановилась моя спутница. — Ничего не будет. Я тебя никак обижать и не планировала.

— Нет, вы не поняли, вы сейчас от меня требуете, чтобы я вам показывал какое-то шоу, собрали для этого толпу народа, с чего вы решили, что я тут собираюсь выступать в роли клоуна или фокусника?

— Но вчера же выступал, ничего от тебя и сегодня не убудет.

— А вот это уже не вам решать, убудет от меня или не убудет. Я не собираюсь устраивать никаких представлений и никого развлекать. Я пришёл сюда навестить друга.

— Ах вот ты как заговорил! Ну так иди отсюда и приходи, когда будут приёмные часы. И да, напомни мне, в какой-такой родственной связи ты находишься с Мануйловым? Ах просто друг, ну так извини, у нас посещения друзьями предусмотрены только строго раз в неделю. В четверг с одиннадцати ноль ноль по одиннадцать ноль одну, и исключительно после дождичка.

— Я-то пойду, а вы тогда тоже идите… — продолжать посыл до конца я не стал, по её взбешённому взгляду я понял, что она и сама догадалась, куда я её отправил. Но я не стал дальше рассматривать столь привлекательную картину, а развернулся и собрался уходить.

— А ну стоять, молокосос! — Меня моментально развернули обратно. — Ты что же это мальчик думаешь, если ты один раз при помощи своих способностей подлечился, то вовсе бессмертным стал? Я же могу тебе твою пипрку сейчас совсем открутить, чтобы неповадно тебе было пожилых женщин посылать на три буквы!

— Да какая вы пожилая, вы в самом расцвете лет! — невольно вырвалось у меня.

А на лице женщины ярость резко сменилась улыбкой:

— Ох, льстец! Ладно, прогиб засчитан. На этом будем считать, что конфликт исчерпан. Но! — Она подняла указательный палец кверху. — Ты сейчас полечишь своего друга, а если силы останутся, ещё и других пациентов. Дослушай! — Прервала она рвущееся у меня возражение. — Из наблюдателей буду одна я. Ну обязана я наблюдать за своими пациентами!

— Ну да, ну да, и любопытство здесь вовсе не причём.

— Это нюансы, не стоящие твоего внимания. Зато, я предлагаю тебе посещение моего отделения в любое время суток, когда тебе удобно. Также я организую тебе свободный доступ в любое время в палату отца твоего друга. Но за последнее ты мне пообещаешь съездить со мной в одно страшное заведение.

— Что за страшное заведение?

— Самое страшное заведение в нашем мире — детский хоспис. Просто попробуешь посмотреть, сможешь ты что-нибудь сделать или нет. Ну нет там у детей никаких надежд. Вообще никаких. Ты можешь себе представить место, где умирают детские надежды? Это и есть хоспис. В нём нет тех, кто выберется. Там оставлены только те, кто уже одной ногой перешёл на тот свет. Я каждый раз оттуда уезжаю в слезах. И каждый раз думаю, что не смогу снова туда вернуться, но приезжаю снова и снова… — она замолчала на пару секунд, закрыв глаза. Медленно выдохнула и продолжила: — Знаешь, если у тебя хоть что-то получится, хоть с одним их тех, кто там умирает — это уже будет чудо.

После такого отказаться было бы совсем бесчеловечным поступком. Ну не могу я быть такой сволочью, хотя и понимаю, что сейчас мне просто садятся на шею.

— Только одно условие!