Евгений Старухин – В гостях у спящих (страница 27)

Последними мы закупали аксессуары. Нашёл совершенно невероятную трость. Выполнена она была из красного дерева, покрыта прекрасным эбеновым лаком. Витая, словно три лозы, перевитые между собой. Сделана она была просто великолепно, да что там, – виртуозно. И хоть стоила целую тысячу монет, но выглядела просто потрясающе. Как выяснилось, стоила она ещё довольно дёшево, многие трости хоть и выглядели хуже, но ценились гораздо дороже, а всё потому, что давали какие-то внушительные бонусы. Выбранная же мной трость не давала вообще никаких бонусов. Кроме одного, самого главного: она радовала глаз.

Потом мы едва не сбили ноги, разыскивая мастера по изготовлению оптики. К счастью, таковой тоже отыскался, правда, назывался он мастером выпуклых стёкол. Впрочем, какая разница, как он зовётся, если делает нужное дело. Монокль с цепочкой имелся в наличии и стоил он целых пятьсот монет. Цепочка золотая, окантовка соответствующая. Сторговаться дешевле не удалось – мастер был монополистом в этом городе и цены сбавлять отказывался наотрез. Грустно.

А вот расценки на карманные часы меня просто убили. За них просили не меньше пятисот золотых монет, и это за довольно простенькую модель, сделанную на коленке из чего попало. Даже хотел было совсем отказаться от данного предмета, но Лицо меня убедил их всё-таки приобрести: «Вещь статусная, троллю будет очень приятно!» В результате золотые часы с точнейшим механизмом и гравировкой «Лучшему троллю на свете» обошлись мне в две с половиной тысячи. Мастер, услышав текст надписи, удивлённо хмыкнул, но вопросов задавать не стал. Хотел купить ещё что-то приятное троллю, как-то порадовать его, пока нет костюма, однако купленные за такую сумасшедшую цену часы отбили мне желание тратить деньги напрочь.

Лицо же напомнил мне о моём намерении приобрести ещё и печатку. Я только отмахнулся от него, хватит на сегодня растрат. И так покупки оказались значительно дороже, чем я ожидал. Радовало только то, что закупились мы довольно быстро благодаря нашему сопровождению.

Когда мы входили в дом, кентавры выдохнули с таким облегчением, словно до этого над ними висел топор палача, а сейчас их помиловали. Опять повязка, блуждания на ощупь, и я снова в пещере с друзьями и купленными товарами. Я отнёс покупки в пещеру с жилой. Затем вернулся за выложенными перед походом по магазинам вещами. Лицо уже где-то прыгал, по всей видимости, изображая весёлого тушканчика, мимо проскакал точно так же какой-то другой эльф, а вслед за ним прыгал счастливо ухмыляющийся тролль.

– Степашка! – окликнул я его. Ухмылка сползла с лица тролля, так как эльф, услышав это имя, зигзагами принялся скакать в непонятном направлении, но явно куда-то подальше от меня.

– Вот ты не мог открыть свой рот позже на какие-нибудь жалкие пару мгновений? Ведь я почти его догнал… Они же такие юркие, и восприятие у них на очень приличном уровне. Ты даже не представляешь, как трудно их подловить, а ты мне всю охоту сорвал. – Тролль расстроенно махнул рукой. – Ладно, ты чего-то хотел?

– Ну да. Мне нужно снять с тебя мерки.

– Мерки? Ты уже костюм, что ли, шить собрался? Уважаю! Твоя оперативность выше всяких похвал. Может, ты ещё и пожрать что-то принёс?

Опа! А вот насчёт этого я не подумал… Надо поинтересоваться, что у нас от еды осталось.

– Сейчас вернусь.

На мой невинный вопрос о наличии у нас еды мастер Гронхельм, выбивающий из нашей жилы сразу по десятку кусков руды за удар, забрызгал меня слюной, выговаривая мне всё у него накопившееся: мол, я обещал кормить отряд, а сам подевался куда-то на пять суток, их же никуда не выпускали, и соответственно в таверне было не пообедать. В результате доедали оставшееся, а потом питались чем попало. Ведь эльфы не додумались принести им готовую пищу. Опять приходилось готовить самим, к тому же нормальных поваров среди моих друзей не отыскалось. И вообще, они замучились меня ждать, а я пришёл и все мечты о богатстве просто растоптал. Ему теперь вообще будет стыдно возвращаться к своим. Его просто не поймут: за столько лет он ни копейки за душой не скопил.

Пришлось возвращаться в соседнюю пещеру и звать Лицо. После резонного вопроса о том, почему я не вспомнил о еде сразу, пришлось виновато понурить голову и покаяться в своей забывчивости. Лицо хмыкнул и, завязав мне глаза, опять куда-то повёл. Слава Богу, вышли мы не в городе, а такой же пещере. Почему-то не хотелось мне опять получать весомый привет от своего костюма за обильные дружеские прикосновения.

– Еда, – просто сказал Лицо, снимая с меня повязку и поведя рукой перед собой. В помещении были различные мешки, тюки, ящики, бочки, бутыли, короба, туески, банки и баночки всех видов и размеров.

– Неплохие запасы. И что, можно прямо всё брать?

– Конечно, любой каприз за ваши деньги. А вот и наш финансист за прилавком стоит.

И действительно, справа, сразу за входом в помещение, притаившись за каким-то неприметным уступом, находилась небольшая стойка, а за ней обитал цверг, поприветствовавший меня дежурной фразой торговца:

– Добро пожаловать, что бы вы хотели приобрести в нашем эксклюзивном магазине?

Дальше было минут десять подбора продуктов и минут тридцать ожесточённых торгов за них. Как я ни старался, как ни пыжился, но закупиться дешевле, чем сделал это гном тогда в деревне, мне не удалось. И даже так же не удалось. Вышло примерно в два раза дороже. А всё потому, что в данной пещере не было никаких других торговцев, кроме этого цверга, благодаря чему тот торговался без каких-либо намёков на стыд или совесть. Изначально он вообще заламывал цены выше в десять раз, помог сбить их до всего двукратной накрутки тот факт, что я являлся гостем ордена.

Мешки пёр я сам, Лицо взял только туесок с приправами, сказав, что он мой телохранитель, а значит – ему нельзя ничем загружать руки. На моё вполне разумное замечание о том, что мешки можно убрать в инвентарь, он ответил, что это может серьёзно повлиять на его ловкость и скорость, а это неприемлемо. Ясно, помощи от него не дождёшься. Поэтому тащил я всё в одиночку и с закрытыми глазами. Нелёгкое это дело – снабжение лагеря своих соратников пищей.

По приходе на место была готовка. Эльфы тоже было заглянули на огонёк в надежде разжиться дармовой едой, но получили от меня жёсткий отлуп.

– Еда для представителей ордена Спящих и клана Безликих платная.

– Почему? – хмуро поинтересовался Лицо.

– Потому что как посеешь, так и пожнёшь. Вы нам припасы продаёте, а приготовленную еду хотите получать бесплатно? Нет уж. Да и потом я на вас не рассчитывал, когда покупал припасы.

– А как же чувство локтя и то, что мы вас охраняем?

– Я вас умоляю, от кого? Тёмная пещера на краю света, без малейших признаков хоть одной живой души. Да и потом вы не нас охраняете, а тренируетесь у Степашки, а это, знаете ли, большая разница.

– Да, но в случае чего мы бы пришли вам на помощь.

– Спасибо, мы оценили ваши намерения.

– Значит, не дашь? – прищурился Лицо.

– Нет, я готовил только на нашу компанию, – спокойно ответил я.

– А если припасы будут бесплатными?

– Тогда придётся заплатить только за мою работу.

– Я гляжу, ты бесплатно не хочешь нам готовить.

– А с чего вдруг я должен это хотеть делать? Моё обучение платное, продукты платные, с процентом от моей жилы и то меня ужали вконец, так назови мне хоть одну причину, по которой я должен хотеть что-то делать бесплатно?

– Я помог тебе с магом.

– По-моему, ты хотел не столько помочь мне, сколько поприжать мага. А это, знаешь ли, не одно и то же.

– Какой напор, какая экспрессия, нет, вы заметили, коллега? – раздалось шушуканье сбоку. Это хихикали Сирано и Бармаклей.

Лицо не обратил на них внимания.

– Сколько?

– Два серебряных за порцию.

– Не слишком ли много? – с улыбкой поинтересовался Лицо.

– Нет, мою еду продавали по три серебряных, но поскольку продукты ваши, то по два, я не мелочусь, хотя по-хорошему бы можно было содрать и по два с половиной, но из хорошего к вашему клану отношения – цена всего по два. Впрочем, такие щедрые предложения только при условии полного обеспечения продуктами с вашей стороны и для нашего крохотного отряда в том числе.

– Всё с тобой ясно, – хмыкнул Лицо. – Достойный ученик гнома.

– А что сразу гном? – возмутился мастер Гронхельм. – Что ты имеешь в виду, говоря эти слова с таким сарказмом?

– Только то, что торговаться он научился раньше, чем говорить.

– Это да. – Гном расплылся в улыбке и погладил свою бороду. – Гномы такие. Торговля прекрасна, и учиться ей нужно с раннего детства, а ещё лучше – впитывать с молотком матери. Хотя вы, эльфы, вроде из яиц вылупляетесь, нет?

– Мы? – Возмущение эльфа было безгранично. – Из яиц?

– А что, нет? – удивился мастер Гронхельм. – Врут, значит…

Сирано и Бармаклей слаженно заржали, мастер Гронхельм сдержанно улыбнулся, показывая, что это была шутка. Я также присоединился к смеху друзей. Лицо, впрочем, вскоре тоже засмеялся. Не смеялись только добывающие в небольшом отдалении руду Арсен Люмпен и Грум Бараш.

– Уел, ох, уел, гномяра! Браво! – Для меня же осталось тайной, случайно ли так у эльфа сложились слова, или это и вправду был такой каламбур…

Вскоре готовка была завершена, и блюда были поданы к столу, который откуда-то притащили эльфы. На эльфов я не рассчитывал, что им и объяснил, не забыв упомянуть про большой котёл, который необходим, чтобы готовить на ораву из тридцати разумных – эльфов оказалось чуть больше двух десятков. Только сейчас, к своему стыду, я вспомнил о Хрюше. Поинтересовался у него, что бы он хотел скушать.