Евгений Старухин – Рудники (страница 37)

   Выбирался из кучи крыс не без труда. Когда к тебе привалились со всех сторон десяток крыс, размером со среднюю собаку, то подняться из этой кучи - не самое легкое дело. Но справиться с этой задачей удалось. Никто из навалившихся на меня даже не проснулся - хороший у них сон, даже завидно немного стало.

   Огляделся по сторонам. Я находился в какой-то комнате. Уж больно прямоугольным было окружающее пространство, так что язык не поворачивался назвать это помещение пещерой. Крысы вообще спали вповалку. В некоторых местах даже в два слоя. Странно. Нижним же, наверное, не удобно? Зато тепло, сам себе ответил за них.

   Выход из комнаты никем не охранялся. Куда же идти? Налево или направо? И звуков ни с одной стороны не слышно. Видимо, придется всё же кого-то разбудить.

   - Чего-то хотел?

   Я резко отпрыгнул. Голос из-за спины застал меня врасплох. На меня, смешно шевеля усами, смотрел Грызька. Его тяжело было не узнать. Ему явно доставляло удовольствие подшучивать надо мной.

   - Мне бы Грызя увидеть.

   - А зачем он тебе сдался?

   - Нужно забрать мою долю от вчерашней битвы.

   - А Грызь-то тебе зачем?

   Почувствовал себя идиотом. Я же только что объяснил, зачем.

   - Ну, собственно, именно за этим и нужен.

   - Ну, так забирай, кто тебе мешает!

   Что-то я все меньше улавливаю суть нашего разговора.

   - Где мне ее забирать?

   - Так все в твоей комнате и лежало. Я даже поближе к тебе подтащил, чтоб тебе приятно было спать в трофеях.

   - То есть, ты хочешь сказать, что я там спал в окружении своей доли добычи?

   - Ну, да.

   А дальше Грызька услаждал свой слух моим знанием идиом и матерных оборотов родного языка. Минут пяти мне вполне хватило чтобы выговориться.

   - Силён! - Грызьке похоже понравился мой монолог, - Даже мой папаша так красиво изъясняться не умеет. Скажи, а что такое гланды и для чего их удалять через задницу нужно?

   - Не важно! - отмахнулся я, - Это опять твоих лап дело или ещё кто-то отличился?

   - Грызь сказал принести тебе твою добычу, ну я и принес.

   - А зачем было раскладывать их всех тонким слоем по комнате, а не сложить в одну кучу?

   - Хотел тебе приятное сделать. Спать, окруженным трупами своих врагов, что может быть приятнее? - он даже мечтательно закатил глаза.

   - Это ты сейчас серьезно говоришь, или просто шутка затянулась?

   - Ну вот, а я думал ты ещё что-нибудь этакое завернёшь. Мне понравилось. Ты не мог бы повторить свою прошлую тираду? Ну, пожалуйста!

   - Не могу. Сейчас уже нет такого количества эмоций.

   - Жалко! А что ты теперь делать планируешь?

   - Обратно пойду, руду долбить.

   - Грызь велел передать тебе, чтоб ты в гости заходил, мы тебе будем рады. Ну и добавил, чтоб на бесплатную еду ты особо не рассчитывал, самим есть нечего.

   - Понятно, он прямо сама щедрость.

   - А ты как хотел?

   - Не знаю, но всё-таки хотелось какого-то гостеприимства.

   - А ты бы стал кормить чужака, когда твой народ голодает? - прищурившись, задал каверзный вопрос Грызька.

   - Наверное, нет.

   - А чего ты тогда от Грызя этого требуешь?

   - Ладно, забыли. Был неправ. Пойду свою долю собирать.

   Количество крысиных тушек в комнате было далеко не маленьким. Вчерашняя апатия уступила место сегодняшней деловитости и перфекционизму. Решил снимать шкурки самостоятельно, стараясь их повредить как можно меньше. На систему полагаться, конечно, можно, но качество тогда оставляет желать лучшего. Пока я стоял и оценивал предстоящий фронт работ, подал голос Грызька:

   - Здесь семьдесят семь врагов. Ты - великий воин. Вместе со своими ловушками за один бой убил почти сотню врагов! Но двадцать туш забрали согласно уговору о половинном разделе от ловушек.

   Я только кивнул на его объяснение. Ясно, то есть от ловушек погибло сорок крыс, а остальных я прибил сам. Пятьдесят семь за один бой без ловушек и девяносто семь с ловушками. Блин, натуральный геноцид для крысиного племени устроил.

   Следующие три часа у меня ушло на разделку всех тушек. Действовать приходилось резцом и метательным ножом. Первые шкурки снимались неважно, тем более, что вначале я выбирал более подгоревших, но затем начало получаться лучше. К окончанию возни со свежеванием у меня получилось четыре испорченных прожженных шкурок, шесть плохих прожженных шкурок, десять обычных прожженых шкурок, тридцать семь хороших прожженых и двадцать просто хороших шкурок. Кстати, слова "хороший" и "прожженый" для одной вещи в моем сознании сочетаться не хотели, а у системы это было в порядке вещей. Благодаря этой нудной работе у меня выросло свежевание на три пункта и увеличилась мудрость на единичку. Давненько уже мудрость не баловала меня своим увеличением. Эх, еще единичку бы в нее и можно будет держать струю пламени не шесть, а семь секунд. Но самое главное во всей моей возне с этими шкурами было не это. Я, блин, наконец-то выяснил, что если начинаешь снимать шкуру с тушки, то можно ее рукой касаться невозбранно, пока шкуру не снимешь до конца. К вящему моему сожалению, я выяснил это только на пятидесятой тушке. Но после этого дело пошло гораздо шустрее. А я-то недоумевал, неужели все так мучаются со свежеванием. Нет, оказалось все гораздо проще.

   Что ж, со свежеванием закончили, теперь мне предстояла разделка. Тут меня ожидал сюрприз еще больший: при разделке вручную мяса с каждой туши выпадает два килограмма, а когда за тебя это делает система - всего полтора. Так что, отбросив свою лень куда подальше, я принялся потрошить тушки мертвых крыс с удвоенной энергией. Жадность творит чудеса! С этим этапом работ я закончил в два раза быстрее, так как не заморачивался на вырезание жил и отделение мелких кусочков мяса, оставшихся на костях. К концу этих не слишком приятных работ разделка увеличилась на три пункта, всё-таки не так уж мало тушек я разделал.

   Когда только принялся за разделку, мне начали сыпаться сообщения о срабатывании моих ловушек, видимо, опять Меченый до них добрался. Но наплевав на это, я решил вначале закончить с разделкой. В итоге мяса получилось чуть больше полутора центнеров. Да этого же мне на месяц хватит! Так что теперь можно и попартизанить немного. Решено, ближайшую неделю на поверхность ни ногой. Начинаю активную работу на жиле. Осталось только спровадить отсюда Меченого. Знать бы, как еще это сделать. Но ничего - что-нибудь придумаем.

   Попрощался с Грызькой, оставив ему напоследок в качестве подарка полтора кило мяса. Ну, не могу я быть жадиной, куда деваться! Не мог я с ним не поделиться, тем более что у меня еще много осталось.

   Уже через полчаса я подбежал к пропасти. Быстро ее преодолев, помчался к жиле. Когда начали доноситься звуки ударов кирки о камень, начал ступать медленно и осторожно. Как оказалось, очень даже не зря. В одном месте мне попался десяток чрезвычайно интересных колючек, скрученные из проволоки по типу противолошадиного "чеснока". Проволока была не медной, а стальной, и это мне очень не нравилось. Кроме того, концы этих чесноков были смазаны какой-то черной дрянью. Сдается мне, что это тот самый яд, которым у Меченого был смазан нож.

   Мне активно начинала не нравиться ситуация, в которой я оказался. У моего противника с каждым разом обнаруживается все более совершенное оружие, а я ничего с этим не могу поделать. И где справедливость? Как всегда, где-то заблудилась?

   Вскоре между звуками ударов я смог различить приглушенный звук разговора. Видимо, я уже совсем близко:

   - А почему ты думаешь, что он именно с этой стороны придет? - по-моему, это был голос одного из троллей.

   - Потому что в прошлый раз он тоже пришел отсюда, - раздраженно ответил ему Меченый, - Сколько у тебя еще тупых вопросов скопилось?

   - Больше нет.

   - Ну, надо же!

   - А если он обойдет?

   - С чего бы ему обходить?

   - Ну, вдруг он наступит на твои колючки, помрет и придет уже с той стороны?

   - Тогда он убьет меня, а ты убьешь его. Может ты помолчишь уже? Лучше бы я твоего брата взял, честное слово!

   - Не, не лучше. Он медленнее соображает.

   - Куда еще медленнее-то? Хотя ты прав, у него с этим вообще беда. Вечно он не успевает выбраться из огненной ловушки и сгорает. Вот как ему вечно так везет?

   - Жмыху?

   - Да нет же! Этому уроду, который оборзел в конец.

   - А-а-а! Не знаю... Может у него удача большая?

   - Ага, и с крысами он говорить тоже научился благодаря удаче. Бред это какой-то. Ну не тянет он на друида. Да и вообще, откуда у него могли проявиться особенности друида-хая. Вообще он одна сплошная непонятка. И что с ним делать тоже непонятно. Боли эта падла не боится, вон охранники его как мутузили, а тот хоть бы хны, даже отвечать пытался. Ну ладно, не боится боли, забоится смерти. Будем его сливать постоянно. Как ты на это смотришь?

   - Хорошо смотрю!

   - Ну, вот и хорошо, что хорошо! Устроим ему весёлую жизнь. Мало не покажется.

   Вот и чего я им такого плохого сделал? Сами всегда лезли, но теперь придется-таки постараться справиться с двумя. А это дело не такое уж и легкое. Надо было ловушек наделать, но что-то я в последнее время вообще не думаю, а на одной удаче выезжаю. Может и сейчас повезет?