Евгений Старухин – Лесовик. Вор поневоле (страница 12)

– Хм, раз ты мальчика обучать взялся, тогда и зелья обучения взять бы не помешало, десятка два хотя бы.

– Не надо, – быстро ответил гном.

– Давайте три десятка, – одновременно с ним выпалил я.

Гном обжёг меня взглядом, а травница ехидно поинтересовалась:

– Так сколько?

– Десяток.

– Свитки?

– Не надо! – вскрикнул в испуге гном. Но, заметив, что я молчу, уже более спокойно добавил: – И так уже набрали многовато.

– Ты, как я погляжу, даже к походу готовишься весьма экономно, – усмехнулась травница, после чего повернулась ко мне. – Ну а ты не желаешь ли чего? Может, остальные тома энциклопедии прикупить?

Взгляд гнома мог просверлить дыру и во мне, и в моем рюкзаке. Но я уже убедился, что книги – не самое лучшее решение при обучении:

– Нет, спасибо. Книги, конечно, содержат множество полезной информации, но самому изучать материал гораздо интереснее.

– Не могу с тобой не согласиться. Ну, раз всё, то с вас пять тысяч триста два золотых.

– Сколько? – невольно вырвалось у меня. Гном же молча принялся отсчитывать монеты, даже не попытавшись поторговаться.

– А что тебя так удивляет? Большие зелья по сто золотых, универсальные противоядия на порядок дороже стоят, так что средние идут по цене больших, да и зелья обучения за такую же цену. – Теперь понятно, почему меня гном хотел взглядом прожечь за эти зелья обучения. Знать бы ещё, что они дают… – Ну а малые – по золотому. Вот цена и сложилась. Всё тютелька в тютельку!

– Ну вы бы хоть небольшую скидку сделали за опт.

– Да где ты тут опт углядел-то? Опт – это когда не меньше сотни покупают, а это так – мелочь, никакого оборота.

– А что, у вас часто берут большие зелья?

– Редко, но это не значит, что я собираюсь отдавать их за бесценок. И потом, чего ты так распереживался? Видишь, твой спутник прекрасно знает, что цену я назвала нормальную и даже не пытается торговаться.

– Я даже боюсь интересоваться, почем у вас свитки.

– Ну, слабенькие по цене больших расходников, средние в десять раз дороже, сильные ещё в десять, могучие ещё в десять, а более сильные имеют индивидуальную цену и, кроме того, требуют каких-то дополнительных расходных материалов.

– М-да, ну у вас и цены.

– А как ты, милок, хотел? Каллиграфия – профессия очень сложная и дорогая. Далеко не каждому даётся, да ещё и персональное клеймо получить надобно. А его дают только после официального экзамена в одной из школ магов. И попытка сдать этот экзамен тоже совсем не дешёвая.

– А зачем тогда он нужен, этот экзамен?

– Вот почему молодежь всегда такая? Торопятся, не дослушивают, перебивают! – Захария сделала вид, что обиделась, пошамкала ртом, будто старая беззубая старуха, но я-то помню, что зубы у неё ровные и все на месте. – Вот куда ты спешишь? Говорила же, что экзамен на получение персонального клейма, а без клейма свитки считаются непрофессиональными, и никому ты их продать не сможешь. Только бумагу, чернила, ману, энергию и расходные материалы зазря переводить будешь. Впрочем, как ещё учиться? Никак. Только опытным путем. А пока научишься, такую гору денег изведёшь на это, что дёшево свой труд ценить не станешь.

– Но ведь потом это окупается!

– Да, – подтвердила кивком Захария. – Но потом, сильно потом. Очень сильно потом. А вам, пришлым, подавай всё и сразу, чтобы денег сыпалось много, как будто с денежного дерева натряс. Да и потом, почерк у ваших такой, что курицы лапами и то лучше пишут, а в каллиграфии важна каждая мелочь, каждая закорючка, нельзя допускать никаких помарок и лишних линий.

– М-да, тяжело это.

– Ну да, а я о чём тебе толкую.

– А не могли бы вы меня научить каллиграфии?

– Да ты никак головой ударился, мальчик? Я для кого сейчас распиналась? Или ты думаешь, что я за бесплатно, вот просто из доброты своей душевной, буду тебя чему-то учить? В честь какой такой радости?

– Ну, я же всё-таки герой вашей деревни…

– Ага, герой – голова с дырой! – не сильно вежливо ответила мне Захария, а гном нагло заржал. – Ты мне лучше скажи, с чего ты решил, что я владею этим навыком?

– Но вы же всё-таки…

– Стоп! – травница резко оборвала меня на полуслове. – То, что я один раз с тобой пооткровенничала, ещё не означает, что нужно выбалтывать всю эту информацию при общих знакомых, да и вообще, кому-то рассказывать детали чужой жизни – полное свинство. Значит, так. Обучать тебя я не собираюсь, это очень много времени займёт, да и возиться с тобой нет ни малейшего желания. Но! – Она подняла кверху указательный палец. – Могу продать книгу «Азы каллиграфии». Стоит она всего две тысячи золотых монет, и учти, скидок на неё не будет.

– Всего? – я даже задохнулся от озвученной стоимости. Пока я глотал ртом воздух, гном шепнул мне на ухо:

– Бери, дурень! Такую вещь упускать нельзя.

Шёпот гнома был ненамного тише обычной речи, так что Захария тоже всё прекрасно слышала, что тут же и подтвердила:

– Ну что, дурень, – улыбнулась травница, – последуешь совету старшего товарища?

– А у меня есть выбор? Только вот… у меня небольшие проблемы с финансами. Нет у меня нужной суммы.

– Странно, а мне казалось, что ты недавно эльфов знатно обчистил… Неужели уже всё спустил?

– Да, блин! Откуда вы-то знаете?

– Птички в клювике порой такие интересные новости приносят, не поверишь! Ну, так что? Покупаешь книгу?

– Мастер Гронхельм, не одолжите мне небольшую сумму в тысячу пятьсот семьдесят три золотых монеты?

– Конечно, компаньон, о чём речь, всего-то за пару процентов от выручки в мою пользу.

М-да, я чуть дар речи не потерял от такой наглости и обратился снова к Захарии:

– Бартером возьмёте?

– Чем?

– Кольцами из чёрной меди.

– Да на кой ляд они мне сдались? Я что, торгаш или кузнец? Что я с ними делать буду?

– Я возьму! – тут же выпалил гном. – Показывай кольца.

Я достал все двадцать пять оставшихся у меня колец.

– Семь золотых.

– Сколько? Ведь кусок руды стоит пять монет.

– А что ты хотел? Я из куска руды выплавлю примерно девяносто процентов металла. Ну а здесь тогда получается металла даже меньше, чем на полтора куска руды.

– Ну да, а вы мне посчитали, как один с четвертью. Если ваш расплав даёт девяностопроцентный выход, то мы получаем действительно около семи золотых монет. М-да… Печально совсем…

– Ну вот видишь, сам прекрасно всё посчитал… Ну что, есть ещё что предложить, или на этой сумме и остановимся?

Его расчёты оказались точны, и больше выторговать вряд ли удастся. Пришлось доставать и браслеты, гном тут же оценил:

– Ещё шесть с половиной.

По моим подсчётам выходило столько же. Гном был честен, это радовало. Итого тринадцать с половиной монет. И где мне взять оставшуюся сумму? Стоп! У меня же есть ещё аметисты удачи, а ведь они идут по пятьсот золотых за штуку у неписей! Гораздо выгоднее продать их на аукционе, но в деревушке его просто нет. Так что будем думать о том, что можно выручить реально. Но вначале надо попробовать продать обычные аметисты. Посмотрел на травницу:

– Многоуважаемая Захария, а вас драгоценности не интересуют?

– Какие?

– Аметисты, причём шестнадцать пригодны для создания камней душ. Ну и есть ещё два камня душ уже готовых.

– Выкладывай.

Травница поворошила горсть выложенных камешков. Брезгливо поморщилась при виде камней душ.

– За заготовки для камней душ дам триста двадцать монет. Остальное мне не нужно. Торговаться не буду, сам знаешь.