Евгений Старухин – Лесовик 1-9 (страница 258)

— Я так понимаю, тебе тут какое-то приключеньице предстоит, а мы тебя так и не натренировали ничему как следует. Жонглировать ты уже научился, это, конечно, хорошо. Стоять и ходить тоже вроде можешь. Тут, правда, больше сказалось не наше обучение, а то, что ты и до этого умел нормально передвигаться, иначе бы мы в неделю не уложились, пришлось бы месяц провозиться, а то и два.

— Два — это в лучшем случае, — поддержал его Николай. — Вспомни, сколько обычно по времени уходит на тренировку новобранцев. Они же даже не духи безмозглые, а просто слоны какие-то. По лесу прут, словно стадо, их в зелёнке за километр услышать можно.

— Ой, да ладно, можно подумать, сам таким не был!

Я же, слушая их вялый спор, с удовольствием доедал ужин.

— Был, конечно, но это ж как давно было. А нынешних перцев возьми: двигаться не умеют, стрелять не умеют, драться не умеют, готовить и то не умеют, а в охрану прутся. Возьмите, говорят, нас в телохранители, мы этого очень хотим, они большую деньгу получают.

— Ну а чего бы они ещё в телохранители просились, если бы зарплаты были маленькие? Эх, Жека, не успели мы тебя эквилибристике научить, а без неё уклонение учить совершенно бесполезно. Надо будет тебе как-то форсировать свои занятия.

— Когда форсировать-то? Поход в хранилище завтра.

— М-да, печально… Что ж ты не сказал-то? Заранее бы попытались ускориться.

— Да как ты тут ускоришься, когда он в виртуале днюет и ночует?

— Твоя правда, Коля, твоя правда. Всё равно толку не было бы. Тогда давай дальше тренировать эквилибристику, деваться-то всё равно некуда. И ускоряться всё равно надо.

— Да как ты ускоришься-то? Разве что вторую скалку ему подсунешь?

— А что? Это неплохая мысль.

В результате мне принесли вторую скалку и доску положили на две, но забрали стул. Я вначале посчитал, что так даже проще. Проще-то, может, и проще, но скалки просто так под доской лежать не желали и всё время норовили меня скинуть. Прежде чем я научился стоять на этой подвижной платформе, упал раз двадцать-тридцать. Зато стоять научился довольно уверенно. И после этого тут же «лишнюю» скалку забрали, спасибо, хоть стул вернули. А получаться стало гораздо лучше. За спинку поначалу я хватался довольно часто, но уже через полтора часа мне удавалось простоять около пяти минут, не дотрагиваясь до стула. После этого меня отпустили в игру. Сказали, чтобы перед сном я вышел из игры, и мне ещё что-то покажут.

Видимо, окрылённый успехами в реале, я почувствовал душевный подъём и, размышляя об этой доске и скалке, сам не заметил, как проскочил лабиринт. Решение — как вылезти на стену — пришло моментально и, по-моему, без участия мозга. Руки сами выхватил кирку из инвентаря, в прыжке всадил её в стену с намерением в провороте подняться наверх, но не судьба. Во-первых, меня догнал камень, а во-вторых, кирка в породе держаться не стала, выковыряв мне на голову солидный кусок камня. Получив дебаф «Оглушение», я сидел на полу и пытался собрать мысли в кучу и понять, откуда здесь валяются золотые монеты, да ещё такие странные.

— Ты гляди-ка! — ухмыльнулся подошедший Лицо. — Вот ты золотой мальчик… Куда ни плюнешь, там какая-нибудь сволочь клад припрятала. Ха, а монетки-то какие странные… Таких я, почитай, и не видал… Ничего на них не выбито, просто кусок металла, зато посредине зачем-то квадратная дырка… Кто делал такие монеты? Зачем в них дырка? Почему квадратная? Странные монетки, очень странные… Немного их, всего-то штук пятьдесят… Стоп, а это что?

Лицо вертел в руках такую же монету, как и предыдущие, только вот была она не из золота, а из мифрила.

— Это кому ж в голову пришло из мифрила монеты клепать? Что ж за дурость-то? Эти монетки, похоже, к нам пришли ещё из эпохи бессонницы.

— Эпоха бессонницы? — переспросил я.

— Это эпоха, когда ещё не существовал орден Спящих. То есть она была очень давно, и монетки, судя по всему, тоже весьма давнишние. Можно было бы выторговать за них довольно неплохое денежное вознаграждение, если бы на монетках был хоть какой-нибудь узор. А так, к сожалению, они стоят не больше своего веса.

— Ну и ладно, пусть так. Мне лишние монетки не помешают.

— Дело хозяйское. Кстати, поинтересуйся у гнома по поводу этих монет, может, он что подскажет. Ладно, пошли на старт, тебя наказание заждалось.

Собрав все монеты, я поспешил за предводителем эльфов. Слепоту на меня не кинули, потому уклоняться было довольно просто. А задействовав боевой транс, и вовсе удалось не получить ни одного удара. Всё-таки сочетание боевого транса и предвидения даёт потрясающий эффект. Под самый конец я в очередной раз поймал камень и, не задумываясь, послал его обратно. К моему безмерному удивлению, камень попал. И как попал-то…

Лицо сплюнул на пол осколки зуба вместе с кровью. А у меня повысилось травмирование.

— Хвалю. Попал, а я что-то расслабился. Задумался о монетках. А не следовало. — Лицо опять сплюнул кровь на пол. — М-да, явно не следовало! В качестве поощрения при попадании в меня пойманным камнем наказание будет прекращаться. А теперь пошёл!

Упрашивать меня было не надо. Я пошёл. По пути подхватил с земли несколько камней. Внезапно впереди что-то звякнуло, один из камней тут же отправился туда. Бегом вперёд, уйти с траектории, уход, влево, влево, теперь немного вперёд и вправо. Вперёд. Вот и лабиринт. Побежали поверху. Балансировать на его стенках на большой скорости удавалось с трудом. От летевших со всех сторон камней уворачиваться приходилось буквально чудом. Прыжок на соседнюю стенку, опять прыжок дальше, а тут надо как-нибудь влево. Есть, ушёл от камня. Кто-то едва не схватил меня за ногу. Бросок вперёд, уклон вправо, пробежать по тонюсенькой стеночке. Шириной буквально в пару сантиметров. Спрыгнуть с неё вправо и тут же перекатиться влево, и, приподнявшись, опять отпрыгнуть влево. Дёрнуть головой вправо. На просвистевший мимо камень ответить своим. Бросок — и бежать вперёд. А вот и моя дырка, зацепиться за неё киркой и, пробежав по стене вверх, использовать эту же дырку уже как точку для прыжка, а киркой зацепиться за поверхность выше стены. И тут же перекатиться дальше, а кирку отправить в полёт по пути вероятного следования и пару оставшихся камней туда же, а самому следом. Прыжок! Есть, коснулся стены. Прилетевший спустя мгновение в спину камень радости мне не прибавил. Но второй раз уже есть.

Я сидел и отпыхивался, заодно запуская самолечение. Подошёл эльф, видимо, тот, что запустил в меня камень, и ткнул пальцем в точку старта. Да уж, вряд ли мне ещё что-то вручат за второе прохождение дистанции, хотя я был бы не против.

На старте меня поджидал Лицо.

— Ну и что ты на меня смотришь? Справился — молодец! Бери камушки и беги. Наказания не будет. Вперёд!

Далеко убежать не удалось. Камень, прилетевший мне в левую лопатку, сбил меня с ног и наградил дополнительной травмой, ограничивающей мою подвижность.

Привстав, я посмотрел на камень. Это оказался здоровенный булыжник, размером почти с мой кулак.

— Травму на подвижность получил? — поинтересовался садюга-учитель.

— Да! Какого лешего?

— А ты как хотел-то? Дальнейшее обучение ловкости почти всегда проходит под травмами. Или зачем, ты думаешь, нас твой тролль так нещадно лупцевал? Просто так, для удовольствия?

— Я думал, это специальная система обучения троллей.

— Ага, ага… Избить до получения травм и заставить прыгать. У нас похожая система обучения. Очень похожая, только мы не прыгаем, а бегаем. Ну и травмы твои тролль мастерски вешал. Это ж надо так точно знать расположение всех узлов сухожилий, так тщательно по ним попадать, а сколько раз он делал двойные травмы, сталкивая сразу двоих? Он настоящий профессионал. Впрочем, мы тоже не пальцем деланные, так что тебе бежать пора, пока травма не прошла. И да, третьего прохождения ты должен добиться именно с травмой. Поднимайся.

Я, кряхтя, встал. Лопатку простреливала боль. Ну и как можно бежать в таком состоянии?

— А! Чуть не забыл. У одного из обстреливающих тебя будут не мелкие камушки, как ты уже привык, а вот такие боеприпасы, с которым ты только что познакомился. Удачи!

Каждый шаг отдавался болью, но я, стиснув зубы, поплёлся на точку старта. Думаешь, напугал меня этими камнями? Нет уж, я всё равно пробегу. Всё равно! Причём лучше это сделать сразу, а не позже, потому что при попадании ещё таких вот камушков я уже буду весь ходячей травмой. Потому до точки старта я намеренно еле ковылял. Идти было всего ничего, но я не торопился. Потихоньку боль становилась привычной и уже не дергающей, а ноющей. А такую терпеть проще, а следовательно, и бежать, и уклоняться тоже легче будет.

По команде «старт» я резво бросился вперёд и вправо, пропустив очередной здоровенный камень мимо себя. Опять вправо, а потом ровно вперёд. Бежать с травмой было тяжело, каждый шаг отдавался болью в лопатке, но я бежал. Забежав в лабиринт, стал двигаться, наоборот, медленно. Надо быть осторожнее и тише, тише и осторожнее. Ноги ставил так, как когда-то учил дед. Вначале носок и только потом пятка. Вес тела нога принимает медленно, словно ощупывая поверхность под собой, чтобы ничего не хрустнуло, не скрипнуло, не захрустело. Каждый шаг словно по минному полю. Вот один из преследователей показался впереди. Камень ему в грудь. Он осел на пол. А вот теперь пора бежать: не услышать падения камня на пол в пещере — надо быть совсем глухим. Стены лабиринта звук, конечно, искажают, но общее направление попытаться понять можно. С помощью уже привычной кирки зацепился за верх одной из стен и забрался на неё. Тут же пришлось падать обратно, потому что прямо в меня летел камень. Увернулся только чудом. А что, если сделать финт ушами? Выбежал из лабиринта обратно и, пробежав вдоль него, влетел в другой вход. Прямо по этому проходу пронёсся дальше. Уже перед самым выходом на противоположную сторону передо мной высунулся эльф. Киркой его! Сбил с ног — и из тоннеля, и сразу вправо, ещё правее, теперь вперёд! Затылком почувствовал приближающуюся опасность и кувыркнулся. Господи, как же больно! Травма — это вам не просто дебаф, это ещё и очень больно. Опять кувырок. Дальнейший путь был чисто на мате и на последних силах. Вытянуть себя руками за кирку даже можно и не думать, боль с ума сведёт. А какие ещё варианты? Да никаких! Прыжок! Киркой ударить в трещину и, сцепив зубы от боли, подтянуться. Мотнуться в сторону, уклоняясь от камня. Забраться по кирке и прыгнуть вправо, уходя от очередного снаряда, главное — зацепиться за верх и, использовав силу инерции от этого прыжка, залезть наверх. Перекат. Бросок камня вперёд. Надо же, попал! Поджидал меня тут зараза за выступом, да высунулся неудачно. А теперь бегом вперёд! Стоп! Левее! Ещё левее! Мимо пролетел громадный булыжник и ударился о стену. Не успел бы я добежать. Вперёд! Два шага. ДА! Да, я смог! Я сделал это. И боль, словно почувствовав мою слабость или сброс адреналина, накинулась на меня с новым эффектом. Система меня об этом поспешила уведомить в своеобразной форме: