Евгений Соколов – Андреевское братство. Зигзаги судьбы (страница 11)

Я даже вспомнил точную дату и время, а также обстоятельства, при которых прочитал заметку на тему «Лучшие коньяки СССР». Но рассуждать об этом времени не было, поскольку наставник пригласил нас к столу.

– Ну что, дорогие друзья, у нас есть хороший повод для того, чтобы опустошить эту бутылку. Да-да, не удивляйтесь, уважаемые курсанты, обычно на нашем полигоне соблюдается сухой закон, но сегодня особый случай. Так что каждый из вас может выпить то, что пожелает. Тем более, что после ужина я дам вам поносить гомеостатический браслет, а он, как вы знаете, легко удалит из организма весь алкоголь. Итак, друзья, каждому из вас присвоено звание подполковник, и вот ваши новые погоны.

С этими словами Александр Иванович достал из лежащей перед ним на столе кожаной папки две пары погон с двумя большими золотыми звёздочками и вручил их Ивану и мне, крепко пожав каждому из нас руку.

– Служим России! – громко и чётко ответили подполковники Тарханов и Столяренко.

– Но и это не всё! – продолжил наш наставник. – Родина отметила ваш ратный труд высокими наградами. За смелые и решительные действия, совершенные при исполнении воинского долга в условиях, сопряженных с риском для жизни подполковник Столяренко Иван Васильевич награждается Орденом Мужества.

Шульгин достал из своей папки красивую коробочку, передал её Ивану и снова пожал ему руку.

– Служу России! – отчеканил орденоносец Иван Столяренко.

– Теперь твоя очередь, курсант. – обратился Александр Иванович ко мне. – За мужество и героизм, проявленные при задержании большой банды террористов, подполковнику Тарханову Сергею Васильевичу присваивается звание Героя Российской Федерации с вручением медали Золотая Звезда.

Шульгин передал мне коробочку с высокой наградой, крепко пожал руку, и я снова громко ответил:

– Служу России!

– А теперь, друзья, прошу к столу, – с улыбкой произнёс Александр Иванович, – отметим ваши новые звания и высокие государственные награды.

Оказалось, что Шульгин может прекрасно выполнять роль тамады. Он много, шутил, произносил замечательные тосты, рассказывал пикантные анекдоты, объяснял достоинства того или иного напитка и блюда. А спустя примерно час после начала нашего застолья, когда мы насытились всевозможными яствами, наш наставник отдал команду андроидам, чтобы те убрали стол и подали десерт. Вот тут Александр Иванович и поведал нам с Иваном довольно интересную информацию.

Оказывается, подполковник Столяренко с недавних пор состоит на учёте в одном из секретных ведомств, курирующих разведчиков-нелегалов в различных странах нашей планеты.

– Ты, Ваня, теперь числишься настоящим Штирлицем в одной из стран Латинской Америки, – поведал Шульгин, – и пока будешь вместе с Сергеем помогать Петру Алексеевичу в управлении государством российским, в нашей реальности станешь получать солидное ежемесячное денежное довольствие. При желании можешь оставить доверенность своим родителям, вот тогда они точно ни в чём себе не будут отказывать. Впрочем, друзья, с недавних пор ни вы, ни ваши родные не испытывают недостатка в деньгах. Кстати, Ваня, вчера я навещал твоих родителей и передал им небольшой пакет с деньгами, а также новую парадную форму подполковника Столяренко, так что во время очередного двухнедельного отпуска сможешь навестить их, примерить форму и пощеголять в ней перед ними. А этот отпуск состоится совсем скоро, сразу после того, как вы закончите курс молодого бойца.

Глава 5

Иван искренне поблагодарил Александра Ивановича, тот лишь улыбнулся и кивнул в ответ, а затем с серьёзным выражением лица посмотрел на меня и тихо произнёс:

– А вот с тобой, Сергей, всё получилось несколько сложнее. В приказе о присвоении воинского звания, а также в наградном листе имеется одно довольно неприятное слово. Да, там говорится о том, что и воинское звание, и высокая награда присвоены офицеру Тарханову за проявленное мужество и героизм, но… посмертно. Более того, в городе, где дислоцируется твоё родное военное училище, то есть в столице нашей Родины, на Аллее Героев одного из городских кладбищ похоронена та самая твоя копия, которую ты уже видел. Да, пришлось немножко поработать с некоторыми людьми, работающими в военкомате, в городской администрации, на местном кладбище, и даже в министерстве обороны. В результате предпринятых мер в названных выше документах о награждении и о присвоении воинского звания было почему-то пропущено слово «посмертно».

Шульгин посмотрел на наши с Иваном обалдевшие физиономии, усмехнулся и продолжил:

– Кроме того на могильной плите теперь можно прочитать вместо фамилии «Тарханов» несколько иную фамилию, да и отчество, а также даты рождения и смерти отличаются от того, что было в первоначальном варианте. А с учётом того, что родных и близких у тебя нет, то и желающих прийти на ту могилку тоже как-то не наблюдается. В общем, Сергей, теперь ты, как и твой боевой товарищ Иван, будешь бойцом невидимого фронта в той же Латинской Америке, со всеми вытекающими отсюда последствиями и причитающимися бонусами, такими, как довольно приличная зарплата, надбавка за выслугу лет, и, конечно же, почёт и уважение. Ну, и через энное количество лет тебя ждёт выход на заслуженный отдых, переезд на ПМЖ в тихий и уютный городок, вроде Горячего Ключа, где ты при желании сможешь написать мемуары о жизни разведчика-нелегала в какой-нибудь Бразилии или в Мексике. Кстати, Иван, всё, что касается выхода на пенсию, относится в полной мере и к тебе.

Александр Иванович говорил всё это серьёзным тоном, но глаза его искрились весельем, поэтому мы с Иваном даже не понимали, как относиться к этим словам. Впрочем, сам Шульгин внёс ясность, продолжив свой монолог:

– Вижу, что не всё вам понятно, и какие-то вопросы желательно разобрать более детально. Постараюсь объяснить. Вы уже прочитали записки Новикова и знаете историю Андреевского братства. С некоторых пор ваша память с помощью специальных тренировок и применения новейших методик стала значительно лучше, поэтому вы прекрасно помните все имена, описанные в записках Андрея, а также названия, даты, события и прочее, и прочее. Вы знаете и о том, что сейчас мы активно работаем над тем, чтобы сделать регулярными встречи всех членов братства вне зависимости от того, насколько они заняты и в каких реальностях обитают. Дружба превыше всего! Так что несколько раз в году мы все будем собираться на пару недель в одном из обжитых нами ранее мест. Да, поначалу, как водится, уделим какое-то время обсуждению насущных проблем в тех или иных реальностях, зато потом будем купаться, загорать, проводить весёлые застолья, устраивать вечера танцев и, конечно же, общаться на темы, далёкие от повседневной работы. Надеюсь, друзья, что у вас нет принципиальных возражений по этому поводу?

Возражений у нас с Иваном не было, поэтому Шульгин продолжил свой монолог:

– А кроме того, товарищи офицеры, каждый из вас при желании сможет взять отпуск в любое время, а не так, как сказано в одном из стихотворений, как раз посвящённых этому немаловажному вопросу: «На дворе январь холодный, в отпуск едет Ванька-взводный. В сентябре, отъевши рыло, в отпуск едет зампотылу. После стрельб и кучи мата в отпуск выгнали комбата. Солнце светит и палит – в отпуск едет замполит. Весь в грязи, позднее всех – едет в отпуск зампотех. А начфин сидит хохочет, в отпуск едет, когда хочет». Вот и вы будете отправляться в отпуск, когда пожелаете, но хотелось бы, чтобы вы соблюдали какую-никакую очерёдность, дабы реальность Петра Алексеевича не оставалась без надлежащего контроля.

Мы с Иваном одобрительно кивнули, дескать, всё понятно, разберёмся как-нибудь с очерёдностью на отпуск, но Александр Иванович ещё раз заострил внимание на вопросе общего сбора членов братства:

– Однако, друзья, хочу ещё раз отметить, что несколько раз в году мы будем собираться все вместе, и вот на это время подконтрольная вам петровская реальность, а также другие миры, в которых обитают члены Андреевского братства, как-нибудь поживут без нашего присмотра. Надеюсь, что ничего экстраординарного с ними не произойдёт за полмесяца, в конце концов как-то они жили до этого без нас. Ну да, воевали с кем не поподя, прочие безобразия творили, иногда даже заводили свои цивилизации в тупик. Но теперь большую часть времени мы осуществляем контроль над ними, даём всяким там царям и президентам нужные советы и рекомендации, поэтому какие-то пару недель в квартал справятся и без нас. Так что и вы оба будете переправляться из своей подконтрольной реальности к месту общего сбора братства, а также подчинённые вам две девушки и один юноша – о них я вам уже говорил. Кстати, уже совсем скоро познакомитесь с ними.

И в этом месте мы с Иваном целиком и полностью согласились с нашим куратором, дескать, ничего страшного за этот небольшой промежуток времени не случится со всеми реальностями. Главное – это дружба! Ну, и конечно же, заслуженный отдых членов братства. А я уже представил себе, как три или четыре раза в году мы будем отправляться на пару недель в «одно из обжитых ранее мест» – так чуть ранее сказал Шульгин. А из его мыслей я знал, что отдыхать в любом из этих мест очень даже комфортно. Вот и будем там отрываться, как говорится, по полной программе всем нашим небольшим коллективом из двух человек и трёх аггрианцев, кстати, абсолютно не отличимых от обычных людей. Так ведь ещё останется возможность, опять же со слов нашего наставника, «при желании взять себе отпуск в любое время». Ну а что, погулять все любят! И мы с Иваном тоже не исключение.