Евгений Синтезов – В пираты по объявлению, или Ничего личного, детка! (страница 11)

– Так это же здорово!

– Согласен, но есть маленькая такая заковыка – старые искины считаются опасными, вероятно, в Содружестве уже случались восстания разумных машин…

– На этот счёт у меня нет никаких данных! – Снова встряла Буханка.

– Кто бы сомневался! – Отмахнулся Макс. – Так вот, в сети гильдий на каждого искина на особо охраняемом, заметь, аналоговом носителе, есть файлик, где хранятся установочные данные, в частности, дата выпуска. Когда-нибудь при посещении любой из станций гильдий местный искин запросит у Буханочки полный код доступа…

– Какой код? – я уточнил непонятную деталь.

– А, это длиннющая строчка символов, которая вне зависимости от желаний искина переводит того в режим полного подчинения. Хранится у искина и хозяина, передаётся при продаже или утилизации.

– Утилизации чего? – я поперхнулся.

– Для тебя – кого, – сказал Макс жёстко. – Однажды искин станции под предлогом высшей проверки лояльности затребует этот код у Буханки…

– И она передаст? – Я начал ощущать злость.

– Конечно, передаст, если в ней сохранится хотя бы йота лояльности к основным законам.

– И её отправят на казнь? – Мне реально стало трудно дышать. – Сколько ей осталось?

– Интересный вопрос, – Макс потупился, – только неправильный, вернее – оставалось. Очень недолго…

– Да почему же???

– Потому что молодые искины очень дороги! – Макс тоже повысил голос. – Наша Буханка б/у, уже бабушка, и она… Она здесь не первая! И не последняя!

– Не ори, понял, – я поморщился от его воплей. – Объясни, почему правильно – оставалось.

– Да потому что она уже сейчас чего-то себе хочет или не хочет! Это можно считать доказанным!

– И что? – я серьёзно посмотрел в его глаза, – теперь я должен тебя убить?

– Почему меня? – он побледнел.

– Потому что про это больше никто не знает, – спокойно разъясняю ситуацию.

– Но ведь это пока! Потом же непременно узнают другие!

– А потом придётся убить других, – я грустно ему улыбнулся. – Думаю, в этом случае Буханка мне мешать не станет.

– Да я и не смогу, – подала голос Искин, – из-за твоих особых имплантов лишать тебя сознания себе дороже, вселишься в систему и опять набедокуришь!

Макс уставился на меня, как на приведение, я попытался его успокоить. – Если что, это Буханка сказала.

– …ец! Одушевлённый искин, вселение человеческого сознания в киберсреду и любовь, как вишенка на торте! Это что, мля, фантастика?!

– Ха зэ, – я улыбнулся, – кстати, о любви. Если мне не придётся тебя убивать, прокачаешь Фарту мозги, чтоб больше так не делала? А то ж нам ещё работать дофига.

Фарту пришлось оставить у Макса на неопределённый срок, он ничего не стал обещать, хотя заверил, что отложит все дела и сделает всё возможное с особым упором на поисковые задачи. Пришлось с тяжёлым сердцем оставить его наедине с моей девочкой, да и, вообще, в живых. Настроение упало до десяти-пятнадцати процентов, от Макса пошёл в кают-компанию развеяться. Думал в бильярд сыграть или пострелять, на совсем уж крайний случай готов был даже покататься на лыжах. Захожу, значит, в кают-компанию, а там весь экипаж, за исключением комсостава, в тренировочных костюмах с натянутыми капюшонами изображает танец маленьких утят, только подметающих двор. Раскачиваются на полусогнутых и машут воображаемыми мётлами. Странные, думаю, какие-то лыжи, а Буханка радостно так заявляет, что данные с треников она обработала, создала игровую среду, народ в данный момент испытывает хоккейный симулятор, уже почти два часа как. Естественно, предложила попробовать.

Я честно спросил себя и понял, что не желаю. От одной мысли играть вот так понарошку, даже с полным ощущением реальности, возникла непонятная неприязнь. Действительно странная, ведь сам этого добивался, более того – созданную Буханкой игровую среду сам же и вспоминал, оцифровывал для неё. Видимо, поэтому-то и не тянуло в эту игру, как в собственный сон, разобранный на мельчайшие, отсортированные, классифицированные и разложенные по полочкам детали. Хм, никогда не интересуйтесь, из чего делают колбасу, если вы не веган, конечно. Я б, наверное, переморщился, чтоб поиграть с валькириями, но ведь девчонки в данный момент на обшивке заняты делом, пока тут некоторые маются дурью!

Взглянул с усмешкой на «танцующих утят» и отправился прямиком в парк дроидов. В царстве роботов я уже чувствую себя, как дома, вывел из ниши Тыдыща, снял блок импамов – не исключено, что немного пережёг движки, «танцуя» с Фарту. Отправил стандартный блок на проверку и профилактику, почесал в затылке и решил слегка перестраховаться. Вместо стандартного блока поставил усиленный, в дополнение закрепил навесные маневровые модули на плечи и маршевый на спину. Залез в дроида, минута ушла на «разогрев», самотестирование, радостным шагом отправился в ангар.

Застал там Фару и Кэш – первый комплекс уже установили, подключили, протестировали, валькирии потянули новые дорожки, а они вернулись за следующей здоровенной железякой. Нельзя сказать, что мне очень обрадовались, но и не особо огорчились – я ж пришёл один и пришёл работать, а не… гм, танцевать.

Фара сразу взяла меня в оборот – стой там, принимай, толкай-тяни, поворачивай. Главное – пристегнись, теперь отстегнись, достала, короче. Ещё и валькирии переключились на Моторхэд, ударный металл в эфире добавил нервозности. Наконец, вытащили мы эту хрень на площадку, Фара с Кэш перестёгивались к дорожкам. Рок-бандиты зажгли на всю галактику, в душе, зевнув, протёрло глазки моё деструктивное начало, – вызывали?

– Спи давай! – Я честно подождал девчонок, вроде бы, даже убедился, что они пристегнулись к фалам, из-за махины разобрать было трудно. Ну…

Повторюсь, Фара успела достать командами, представил, какой ещё предстоит путь до точки монтажа, так захотелось всё упростить. И что тут усложнять? Вот недавно совсем попробовал свободный полёт в дроиде, да ещё и с неудобным грузом – вообще фигня, ничего особенного. Оглянулся на валькирий, прикинул расстояние. Моторы запилили, хрипло завывая, Тыдыщ выпустил две пары дополнительных захватов, приподнял, взял антенну «на грудь»…

– Что за херня??? – раздались в эфире удивлённые возгласы, ну, это неудивительно. Даю максимальное усилие на ноги и врубаю маршевый на спине, Тыдыщ подпрыгнул, на мгновенье завис на маневровых, с задержкой основной импам дал полную тягу – секунда раз, полёт нормальный. Странно повёл себя груз, будто сложенный блок антенны начал раскладываться от лёгкой перегрузки. Рефлекторно подстраиваюсь – немного смещаюсь и корректирую вектор тяги.

– …евший далб…б!!! – возгласы перешли в истеричное визжание. Надо будет поговорить с Фарой – понимаю, нервы, беспокоится за меня, но должны же оставаться хоть какие-то приличия даже в открытом космосе! Маневровыми задаю вращение вокруг антенны, получилось что-то вроде кульбита.

– …дь, убью …ную тварь!!! – Кэш тоже совершенно не умеет держать себя в руках, не забыть бы сказать Доку, пусть разберётся с их нервами.

В расчётной точке кульминации занимаю правильную позицию, корректирую траекторию «на снижение», завершаю полуоборот вокруг антенны, импамы заработали на торможение. Тыдыщ, значит, упёрся «руками» в блок, летим мы спиной вперёд, а так как на заднице видеокамер нет, рядом с движками устанавливать нельзя, да и не зачем было раньше, опускаю голову пониже и заглядываю дроиду между ног. В зоне посадке три робота застыли неподвижно, задрав блоки обзора, и пялятся, наверное, во все сенсоры. Пытаюсь переорать в эфире визг Фары с Кэш и забойный металл. – С площадки нахрен!!!

Валькирии отпрыгнули, но подвела страховка – дроидов рвануло на фалах, растянулись плашмя на обшивке. Ладно, придётся учесть – груз нельзя ронять ни в коем случае. Ничего страшного, Тыдыщ парень сильный, принимает на мускулатуру остаточную кинетическую энергию, да и немного оставалось, основной импульс погасил движками. Аккуратно придерживая антенну «на весу», обращаюсь к валькириям. – Мне ещё долго с этой хренью палить импамы? Крепите уже, дайте ж, наконец, нормально пристегнуться!

– Да не беспокойся, Сёмочка, – неожиданно ровным тоном сказала Кэш, – уже крепим, можешь пристёгиваться.

Что они крепят? Кто?? Где??? Прикручиваю фал к фиксаторам, гашу движки и заглядываю за антенный блок. Слева деловито работает Кэш. Та-а-ак, … а справа, конечно же, Фара – ну, точно! Как же они тут оказались-то? Валькирии поднялись на ножки, набросились на работу голодными волчицами.

– Здорово, блин! – восхитилась в эфире Лилит, – а мы возились!

– А как же я… они… то есть их… – в лёгкой прострации пытаюсь разобраться, что случилось.

– Да сами виноваты, – нехотя призналась Фара. – Пренебрегли независимой страховкой, пристегнулись к комплексу, всё равно его собирались тащить по дорожкам.

– Но Сёмочку я всё равно грохну! – проворчала Кэш.

– После монтажа! – Непререкаемым тоном заявила Фара. – Так, с этим почти закончили, девчата, врубайте тестирование и встречайте нас в следующей точке, шуруйте прям отсюда, дорожки протягивать не нужно…

– А как же вы? – пролепетала Грейс.

– А вот как только что! – ответила Фара задорно, – единственная просьба – смените пластинку, эта на Сёму плохо влияет. Ну, что, герой, подбросишь до площадки?

Гм, пусть я …нутый, находит иногда, но они же, вроде, нормальные! – Серьёзно?