Евгений Синтезов – Лох с планеты Земля (страница 10)
Буханку унесло назад. Вообще-то, как её унесло, мы увидеть не могли, просто нижняя полусфера вдруг наполнилась звёздами. Киберсистема транслирует круговое изображение.
Неуютненько в прозрачной капсуле тоже прозрачному сидеть на виртуальной табуретке с воображаемым игровым джойстиком в руках, но так гораздо полезней для выживания.
Это же всего лишь визуализация управления, на самом деле у машин окон и дырок нет, если не считать дюзы и орудийные стволы. Ну и канал связи, конечно.
Переключаю Кэпа только на себя, чтоб не вздумал лезть к пилотам с советами, теперь он может говорить лишь со мной. Но он молчит, а я бы сейчас поговорил с кем-нибудь.
На Буханке хоть с искином бывает интересно поболтать, а здесь и сейчас хитрая начинка наших полётных скафандров, кибермозги, заняты конкретными задачами.
Четвёрка на старте разлетелась крестиком, закрутилась, словно кончики гигантского пропеллера. «Винт» в этот раз стартовое построение, далее машины по нечёткой своей логике и сами сказать не возьмутся, какую закрутят фигу.
Любым двум бортам нельзя ни на миллисекунду оказываться в одном луче, дистанции до цели не должны совпадать долее сотой секунды, разница в расстояниях большую часть пути не может быть менее десяти километров, и ни в коем случае нельзя очутиться с кем-нибудь в одной сфере радиусом в пять.
Это принятые у вояк градации нацеливания систем заградительного огня и эффективности орудий. С прочими напастями, типа самонаводящихся или управляемых ракет, справятся постановщики помех — тоже забота боевых киберсистем.
От искинов они отличаются лишь узкой специализацией и отсутствием непонятного мне самосознания. То есть практически не способны принимать решения, просто ничего не знают об этом. А мне бы поговорить сейчас!
Наверное, нужно вызвать Кэш, сказать, что раньше не мог, не смел… Она молчит, может, не нужно ничего говорить…
Время принимать решение, смотрю на убегающую змейку сообщений:
«До цели 1000, на вызовы не отвечает, курс прежний… до цели 700… не отвечает… прежний, дистанция пуска торпед, вероятность перехвата 98 %… 500… вероятность перехвата 76 %… 300 вероятность…»
— Вой, очнись же!
Я осознал, что последнюю секунду любовался сообщениями под брань Кэш. — А?
Она возбужденно заговорила. — Машины не чувствуют чужого взгляда!
— Что? — не могу сразу её понять.
— Системы не фиксируют сканирования — в нас не целятся! Наверное, вовсе не видят! Они не ударят, мы можем поворачивать, пока Буханка не удрала без нас!
Вызываю Кэпа. — Старик, попридержи лошадок. Опять с нашей героической гибелью какая-то ерунда.
— Вечно у тебя всё не как у людей! — послышался голос Чифа.
— Погодим поворачивать, надо же посмотреть, — извиняюсь перед Кэш и делаю общий вызов. — Дак, торпеды отставить, переходим на облёт, держим их на прицеле.
— Ок, — ковбой в деле не многословен.
— Близнецы, подберитесь к нему поближе, хорошенько рассмотрите. Только постарайтесь, чтоб это не приняли за атаку.
— Мы очень постараемся! — ответил Дирк.
— Вой! Олег! — Кэп, посовещавшись с Чифом, что-то решил. — Они отозвались?
— А должны были? — я искренне удивлён.
— Макс хочет что-то тебе сказать, послушай, пожалуйста.
Не успел я сказать «пожалуйста», как зазвучал азартный голос нашего хакера. — Вой, только не ругайся, мы немного доработали вашего постановщика помех. Теперь он перехватывает и декодирует любые сигналы. Ну, почти любые.
— И что дальше? — прерываю вступление.
— Он довольно-таки прожорлив, забирает на себя почти все ресурсы…
— Дальше что?! — меня покидают остатки терпения.
— Ну, он включается при непосредственной угрозе, а сейчас спит. Ты его разбуди. Моргни на иконку «полная защита».
— Ну, моргнул, только нафига? — он меня уже начал бесить — нашёл время для игрушек!
— Теперь включи вывод результатов по готовности в строку, — поспешно проговорил Макс.
— Ну, включил…, — я осёкся, вглядевшись в появившиеся символы. — Твою ж французскую мать, чудо ты наше арабское!
Я оторопело посмотрел вслед убегающему Вою.
— «Никуда не уходи»! — крикнул он тем радостным тоном, которым в раннедетсадовских мультиках чокнутые профессора кричат «Эврика!»
Забавно, зачем это подорвался? За журналом или книжкой, где очень понятно написано о гиперпереходах? Или, может быть, за модерновой, сюрреалистической движущейся скульптурой «В кротовых норах автогеном по спиралям».
Угу, сделал собственными руками в редких перерывах между космическими боями за размышлениями о природе материи, энергии, времени и их взаимосвязях. Из пластилина, гы! От Воя точно можно ожидать чего угодно, хотя откуда в космосе пластилин? Меня сильно толкнули в спину, едва устоял на ногах. Поворачиваться, чтобы узнать, что это было, не пришлось, меня обогнала Фара, бросив на бегу. — Бегом за мной! Ноги выполнили команду сами, предав телу нужное ускорение, голове оставалось лишь недоумевать. — Но Вой сказал подождать! — А мы быстро, — она резко затормозила у дверей с затейливой, светящейся фиолетовым руной или каким-то таким знаком наподобие.
Просто, чтоб не упасть и не пробежать мимо, для усиления торможения слегка приобнял девушку, ситуация получилась двусмысленной.
— Руки убрал! — сказала Фара, будто прошипели, открываясь, двери электрички.
Памятуя начало недавнего инструктажа, я послушно разжал ладони на груди и очень плавно развёл руки в стороны. Сделал полшага назад, неохотно расставаясь с её волшебным запахом, поднял глаза посмотреть, куда мы бежали.
В помещении оказалась уйма народу, и все они в эту секунду ничего интереснее для разглядывания не нашли! Я смущённо улыбнулся шведкам, французу арабского происхождения, Кэпу и Чифу, хоть и не понял, кто из них кто, и незнакомому крепенькому мужичку с небритой физиономией явно отечественного происхождения.
Компания расположилась в удобных длинных креслах, лицом от меня направо. То есть сами лица как раз были повёрнуты анфас — они будто выполнили команду «равнение на новенького». Вернее, к нам повернулись лица двух ксенов, трёх девушек, Макса и небритого мужика, а из-за подлокотника ближайшего кресла показались пара острых ушек и два любопытных глаза с вертикальными зрачками.
Фара небрежно бросила через плечо. — Проходи, располагайся. Я подошёл к почти свободному креслу, сугубо лично улыбнулся бурому котёнку. Малыш вжался в уголок и оттуда демонстрировал зверскую решимость — выставил лапки с выпущенными коготками, ощерился, оскалился, зашипел. — Но Вой просил…, — снова начал я прерванный разговор. — Ему пока некогда, позже он тоже сюда подойдёт. Садись, кино посмотрим, — неестественно буднично произнесла Фара.
Какое в космосе кино?! Взрослые люли в кино сломя голову не бегают! В подтверждение моих сомнений Макс фыркнул, девушки нервно захихикали, а мужик сказал брюзгливо, — Вот блин! Меня б так девушки упрашивали! Садись, не ломайся. Я быстро подхватил котёнка, тот испуганно замер в ладони, но оказавшись у меня за пазухой, по непостижимой кошачьей логике, впился в кожу коготками, замурлыкал. Прижав его к себе, устраиваюсь в кресле. — С тобой всё в порядке? — Фара подошла сзади, — чего за пузо схватился? — Да колет что-то. Наверное, звёздочки в космической каше, — попытался отшутиться. — А где кино? Все задумчиво смотрели перед собой на совершенно однотонную светло-бежевую переборку. — Ага, звёздочки в каше — говорила ж не обжираться, — произнесла она с укоризной, — а кино смотри тут…, — и нахлобучила на глаза мягкий по ощущениям шлем. — Сейчас начнётся, всё покажут через импланты. Закрой глаза и расслабься. А! Точно! У меня же импланты! А у кота, скорей всего, нет, на кой они ему? Останется бедняжка без кино. Ну и ладно, потом ему всё расскажу, кстати, надо его как-то назвать. Хотя назвали уже, наверное, он уже чей-то. Был когда-то… как я…
— Закрой глаза и смотри кино! — Фара продублировала указание подзатыльником, шлем сполз на нос.
Ладно, посмотрим. В глазах мягко засветилось, пошли надписи. Титры, наверное, я со скукой вчитался:
«Внимание! Старт авиации! До передачи импульса 30 секунд… 10 секунд… передача, сохраняйте спокойствие…»
На меня будто с размаху села бегемотиха…у-у-у… с зеброй на ручках! Вдавило в только что казавшееся таким мягким кресло, пронзило, размазало болью! По животу потекло.
Вот же ж! Он там живой ещё? Из-под комбеза озадаченно мявкнуло. Да, старичок, сам тащусь! Попытался утешить его, прижать к себе, но не смог даже пошевелиться. От этакого начала фильма я немного обалдел, не заметил, как боль пропала, сменилась странной лёгкостью, слегка затошнило. Да что же это такое??? Титры сменились.
«Состояние невесомости. Вы обездвижены до отбоя боевой тревоги».
Какой такой тревоги? И это… кино мне отвечает что ли? А говорить может?
— По вашему запросу включаю звуковое сопровождение, — под шлемом промурлыкал очень приятный женский голос.
Ну, меня-то уже так не купишь! Спрашиваю строго эту виртуальность. — Ты кто?
— Я искин корабля Bux007893…
— Хорошо-хорошо, понял я! — я действительно начал понимать, что это не совсем кино. Вот и изображения нет! Интересно, почему?
— По вашему запросу включаю визуализацию с нулевой точки, — искин снова угадал моё пожелание.
Я словно открыл глаза, принялся оглядывать зал. Даже закрытые мои глаза стали удивительно зоркими — легко заглянул себе за затылок. Немного покрутившись на месте, попробовал взглянуть на себя сверху и получилось — увидел как меня замотало в мебель, блин. Впрочем, остальные оказались в таком же положении. Неподвижность и невесомость, как в космосе.