Евгений Синтезов – Лох не мамонт (страница 41)
— Вы же не можете смотреть на звёзды!
— Он может и получает от этого удовольствие. Очень редкая патология, наверное, именно поэтому стал пиратом.
Я обернулся к Ирпе. — Приведи его в нормальное состояние.
— Кажется, ты всё для себя выяснил, милый? — вкрадчиво пропела девушка.
Я пожал плечами, что тут ещё думать? Эта мразь у нас в руках, осталось только подумать, как извлечь пользу.
— Можно ещё пару вопросов? — она обернулась к харуку. — Кто убил хуманов в отеле после предыдущего раунда покерного турнира?
— Я, — ответил Грас.
— За что? — уточнила Ирпа.
— За то, что хуманы, вас всех надо уничтожать. А те двое явно жульничали за столом, никто никогда не поверит, что хуманы могут так хорошо играть.
— У меня всё.
Я задумчиво кивнул, Ирпа приказала искину подать болевой импульс, похлопала ладошами по зелёной морде. Тот приоткрыл мутные буркала, простонал. — Убедились, что нас бесполезно пытать?
— Да, ни к чему, — согласилась Ирпа. — Сэм, ты точно всё с ним решил?
Она серьёзно прищурилась мне в растерянное лицо. В голове бушевал вихрь эмоций, соображений. Что с ним решать? Да, ёлки-палки, что решать с нами? На что решаться, кем быть в этом сумасшедшем мире? Вроде бы, сейчас то самое состояние, когда решать ничего нельзя, нужно отложить проблему, но тут требовалось быстрое решение, да и проблема со временем будет только усложняться.
— Позволь мне принять общее решение, — как выстрел прогремели слова Ирпы, робота с искусственным интеллектом, вернувшим личность. Самого близкого мне человека.
Я почувствовал облегчение. — Будь по-твоему.
Глава 8
Ух, как у нас всё вовремя и с толком! Пятьдесят часов только прошло, как притащили к Буханке новую силовую установку. Ну, неновую, конечно, не в супермаркете, — пролетал поблизости убитый крейсерок. Что тут понадобилось когда-то дальнему рейдеру Хагманиша, уже неважно, главное, что у вояк не предусмотрен аварийный отстрел двигателей.
Действительно, что это будет за военный корабль, который вместо славной гибели норовит спасти экипаж? У них по военному предназначению всё прикрывается бронёй — вот все вместе под ней и дохнут. Умница Фара задала поиск обломков по нужным параметрам, Док, то есть дух Поги сразу нашёл, что нам могло подойти.
Демонтаж военных кораблей это, доложу я вам, то ещё приключение. Они ведь корпорациями специально придумываются неразборными, чтоб никому не захотелось их модернизировать, новенькие бы покупали. Благо, что создатели станции придерживались иных взглядов, в ангарах нашлись тысячи ремонтных дроидов.
Нам в тот раз столько не требовалось, да и не в количестве дело — рядом с даже давно потушенными гипердвигателями крайне не рекомендуется что-нибудь взрывать, пришлось действовать очень аккуратно. Заодно разобрались с грехом пополам, что там да как, не доводилось нам ещё толком полазить по военным судам.
Возможности для ремонта в походных условиях фирмы-производители всё-таки предусмотрели, а у нас задача была тот же ремонт, только наоборот. Чуть ли не вручную курочили военное оборудование военной прочности с военным же запасом надёжности.
Оно того стоило, обалдеть просто — при тех же почти размерах, что были у Буханки, военные «яйца» оказались круче на два порядка — просто работали на веспе четвёртого уровня! Даже у самого малого рейдера масса покоя больше Буханкиной раз этак в пять, при этом он шустрее, минимум, втрое, вот и прикинем.
То есть сначала нужно было прикинуть и только потом ныть: «Ну, давайте уже покатаемся»! Что тут скажешь — тренированные все, спасибо Вою, потому и не покалечились — перегрузочные кресла не справляются, надо что-то думать.
Благо, прибарахлились, вот и штурмовики с истребителями у нас нынче легко переносят тридцатикратную перегрузку на старте с катапульты. В смысле пилоты и операторы, машины-то вообще хрен знает, что выдерживают.
С такими возможностями просто кататься глупо, отрабатывали перехват случайных кораблей — мало ли, вдруг кто-нибудь прилетит. Вот притащили двигатели, смонтировали, покатались немного, через пятьдесят часов Поги радостно заявила — гости у нас!
Станция легко обнаружила финиш гиперперехода и повела «лишний обломок». Вы будете смеяться, судя по мерам маскировки — галистолианский малый крейсер, дальний рейдер класса «Одинокий волк». Повезло, в общем.
Серьёзно повезло, нападать на коллег пока незачем — вот что с ними делать? Пока Сэм не вернулся, даже вымогать что-то не получится, мы ж все не граждане, счета гильдии не в кассу — с ней шутки плохи. А вояки другое дело, их в плен брать не обязательно.
Да и само появление здесь коллег не назовёшь хорошей приметой — значит, что наше секретное убежище известно всему Фронтиру. Только неизвестно, что оно наше, на нём не написано, вот и визит этого крейсерка — ничего личного, им, наверно, просто положено ошиваться в таких местах.
Что они тут выискивали, догадаться нетрудно, скорей всего, рутинный визит, контрольный, проведать хотели сиску — не ожила часом? А тут мы такие катаемся, не повезло им — спалили нас и сразу полезли убивать.
Это предположение, конечно, чего они резко к нам ускорились, да Макс разговоры счёл лишними — боевая тревога и в маневр. Пришлось разогнаться, как нам по своей природе не полагалось, после этого вояки от нас всяко бы уже не отстали.
Понять их можно — гражданская лохань с такой установкой явное нарушение законов Содружества, да и что мы, вроде бы, могли им сделать? У них гравитационные орудия, до хрена ракет, броня, впрочем, последними двумя пунктами они пренебрегли — дуром пёрли на дистанцию поражения орудий.
А мы ведь какой-никакой носитель, одиночному крейсеру не светит. Вот против старых наших машин и без нас, абордажной команды, у крейсера абсолютное преимущество, а так теоретически им светил однозначный трындец.
В этом словце «теоретически» вся заковыка и заключалась, и будь с нами Сэм, он ни за что бы не позволил Фаре так рисковать. Первая девушка-пилот штурмовика в системе… на нашей памяти! Что в неё вселилось?
Пусть давно было ясно, что она умеет пилотировать всё, что можно себе представить, успела официально сдать Даку полётный минимум, вот в этот конкретный раз, что её заставило лезть в кабину? Ещё и ненаглядную Кэш с собой потащила, она теперь у Фары оператор.
Жёсткая нитка губ, колючий угрюмый взгляд, злая усмешка и небрежный ответ на незаданный вопрос. — Должен же кто-то подбросить до цели Бурзика.
Мы же в боевых дроидах снаружи цепляемся: я к Дирку с Хелен, Лилит к Гансу с Мартой, Мари к Даку с Ланой, а Фара с Кэш котика нашего катают. Стартовали с катапульты, пилоты не сдержали стонов в перегрузочных креслах, мы в боевых дроидах такое выдерживаем только потому, что валькирии, а Бурзик зверюга живучий.
Неприятель не сразу среагировал на изменение обстановки, замешкался со сменой курса, авиация без помех вышла на дистанцию уверенного поражения торпед. Это такие ракеты, их обычно запускают в облаке обычных ракет, они отличаются только усиленной ядерной начинкой.
Обычно подвешивается по две такие штучки на борт, но в этот раз по одной запустили экспериментальных. Довольно дорогая затея — закапсулированный особым образом бак с веспом пятнадцатого уровня, невообразимое море энергии. Достаточно прорваться одной через огонь ближних систем защиты, чтобы системы эти сдуло излучением, или приплавило к корпусу.
Так и получилось. Машины легко обошли огневые заслоны грави-орудий, элегантно заведя в объёмы поражений самонаводящиеся ракеты противника. Полыхнули ядерные цветы трёх обычных торпед, и следом рванул гостинец.
Пилоты заложили крутые параболы, в точках экстремума десантируемся на обшивку. Лететь через пустоту сто пятьдесят метров.
Дирк не сдержался в эфире. — Дежавю, блин! Как тот калека прям!
С чем он сравнил терпилу, не знаю, но если похожи на этого, тоже не позавидуешь — корпус оплавлен, башни сорваны, ни одной антенны, да что там — ни одной прикольной финтифлюшки, которые так любят вояки. Как старая дырявая калоша, ай да мы!
— Ба! Да они пытаются заговаривать зубы! — Развеселился Дак. — Отползают на курс разгона для гиперперехода, а сами именем Содружества требуют представиться!
— Скажи им здрассте! — Процедила Фара.
— Да поставьте же Рамштайн когда-нибудь! — Взмолился Дирк, и я просто не смогла ему отказать — в эфире понеслось: «Их бин…»
Первым, конечно, прилетел Бурзик, на подлёте расстреляв остаточные угрозы — ещё огрызались пара плазмопушек. Скрылся в пробоине, оттуда полыхнуло. Я уже испугалась за него, на общей волне под забойный проигрыш раздалось разъярённое кошачье шипение — коту-рай нашёл врагов.
Поспешили за ним просто из любопытства, геройски погибнуть у него шансов не было, так уж оснастили. Заходим и чуть не падаем со смеху — броне-кот играет с охранной системой, в него стреляют, а ему не больно, так он лапой, лапой!
Оставили его забавляться, а сами приступили к ремонту наоборот, не зря разбирались с аналогичным устройством, прям как чувствовали. Помещать нам никто не мог — экипаж был надёжно заперт в бронекапсуле, откуда настойчиво требовал представиться под добротный рок-н-ролл.