Евгений Силаев – Назад в молодость (страница 15)

*************************************************************

Первым делом Света поинтересовалась, буду ли я пить чай. Получив мое согласие, она отправилась на кухню, а сама предложила пройти в зал.

Войдя в комнату, у меня появилось ощущение, что я здесь уже был. Старый (по моим временам, конечно) телевизор на подставке, классическая стенка, внутри которой располагались сервизы и прочие вещи, а также легендарные ковры на стенах. Конкретно в зале их было два: один возле дивана и второй на стене у двери, ведущей в комнату.

То, что позднее назовут «бабушкиным ремонтом», сейчас является чем-то нормальным. Даже модным в каком-то смысле.

Света появилась спустя пару минут. Она принесла две чашки чая, потом на столике появились конфеты и печенье.

Я заглянул в чашку. Там был обычный заварной чай. Густые черные чаинки на самом дне не оставляли в этом сомнений. Хотя напитка из пакетиков вроде как еще не придумали. Или не пустили в продажу.

В общем, не было их.

— Я с тебя просто в шоке, — сказала Света, расположившись рядом, — Уже второй раз за день вляпываешься.

— Ну что поделать? — задаю резонный вопрос, — Я за все хорошее, против всего плохого. А еще не люблю тех, кто лезет в чужие дела. Обычно такие персонажи строят из себя моралфагов, а сами те еще непорядочные, мягко говоря.

— А кто такие «моралфаги»? — Свету явно удивило это слово.

Вот это я хорош! Мало того, что генерирую неприятности, так еще и сыплю словами из будущего. Неологизмами, если говорить научно.

— Это моралисты. Те, кто постоянно взывают к морали. Как показывает практика, чаще всего они сами не идеальны. Как говорится: «целомудрие яростнее всех продвигают блудницы».

Подруга посмеялась. А я поймал себя на мысли, что улыбка и хорошее настроение ей идут.

Несколько минут мы пили чай молча. За это время я успел попасть в неловкую ситуацию: сделал большой глоток, подавился чаинками и закашлялся. Дышать мне они не мешали, а вот горечь сделала свое дело.

Рывком бегу в туалет и яростно выплевываю вязкую траву в унитаз. Затем мою рот под краном и, вытершись полотенцем, возвращаюсь в комнату. Беру конфету, разворачиваю фантик и кладу сладость в рот.

— Да уж, — говорю в надежде разрядить ситуацию.

— У тебя все хорошо? — поинтересовалась девушка.

— Да, более-менее. Просто забыл про чаинки, вот и… Сам виноват, короче.

А потом вспомнил о конфликте на физкультуре, пересказал ситуацию во всех деталях и задался вопросом, что мне делать.

— Сходи к нашему главному по идеологии и объясни ситуацию, — посоветовала Света, — Тут важно объяснить, что ты затеял драку не из-за хулиганских намерений, а в благих целях. Скорее всего, это поможет.

— А как же «честь комсомольца» и прочее? — уточнил я с нескрываемым ехидством.

— Ну так комсомолец должен помогать товарищам и защищать их. Никто не говорит, что только мирными путями.

Обожаю подобные лазейки!

— А до скольки он работает? — решаю уточнить.

— Кажется, до шести или семи вечера. Так что успеешь.

— Тогда я, пожалуй, пойду. Не буду тянуть кота за резину.

— Да, хорошо, — сказала Света с некоторой грустью в голосе, — А ты еще придешь ко мне в гости?

— Обязательно. Только пригласи. Без приглашения не прихожу, — сказал я и встал с дивана.

— Хорошо.

Сначала отнес кружку на кухню, поставил ее в раковину, после чего отправился в коридор. Быстро одевшись, выхожу. За мной закрылась дверь.

На лавочке возле подъезда пенсионерок уже не было. Интересно, они сами решили уйти или это моя заслуга?

****************************************************************

Найти нужного человека оказалось совсем не сложно. Он скрывался за дверью с такой знакомой надписью «Профком». Только сейчас, в отличие от моего времени, эта организация могла больше, чем проведение «Студвесны» и соревнований по поеданию сосисок в тесте.

Стучу в дверь. Из-за нее донеслось всего одно слово:

— Войдите.

Так и поступаю.

Первым делом меня встретил Владимир Ильич Ленин. Не лично, конечно. Напротив входа висел его огромный портрет. Классический такой, наа котором вождь Октябрьской революции смотрит куда-то вдаль и показывает рукой в ту же сторону. Видимо, светлое будущее именно там.

В кабинете было несколько больших столов. За одним из них, прямо под изображением Ленина сидел мужчина в костюме и больших очках (не знаю, как они правильно называются). Другие расположились вдоль стен, они были завалены бумагами. За одним из них сидела молодая девушка, исполнявшая что-то. Остальная мебель ждала своих хозяев.

— Здравствуйте. Я к вам по поводу сегодняшнего инцидента.

Мужчина смерил меня взглядом.

— Здравствуйте. Садитесь, излагайте, что у вас там случилось.

Ровно так я и сделал: сел и принялся рассказывать все от начала до конца. Повествование мое было полуправдой, ведь о том, что я оскорблял Архипова, говорить не стал. Зато остальные детали выложил как есть.

Главный идеолог слушал меня очень внимательно и, что удивительно, не перебивал. Когда я закончил, он выдохнул и сказал:

— Похвально, конечно, что Вы готовы вступиться за товарища. Но надо понимать, что решать вопросы нужно мирным путем, а не драками. А то, знаете ли, выставляете себя в не лучшем свете. Как говорится, благими намерениями вымощена дорога в Ад.

Вот это цитаты у стража социалистической идеологии, неожиданно. Переведя дух, он продолжил:

— В общем. На первый раз сделаем вид, что ничего не было. Но учтите, еще одно подобное происшествие, и мы поставим вопрос о Вашем исключении из Комсомола. Кстати, билет Ваш скоро придет. По этому поводу как раз звонили из ЛКСМ ЛССР. Об этом сообщим дополнительно.

— Хорошо, спасибо. До свидания.

— До свидания.

Я встал и вышел, обдумывая услышанное. Судя по прозвучавшему набору букв, «мой» билет хранился в литовском управлении (или отделении, как там это называлось) Комсомола. Интересное кино, я как-то об этом не подумал.

Надо будет проверить документы, полученные от Сереги перед путешествием. Был там билет или нет? Не помню. А вдруг у меня на руках окажется два документа, причем абсолютно оригинальных. Забавно.

Погрузившись в свои мысли, бреду по коридору на выход. Возле одного из кабинетов слышу странное копошение и невольно останавливаюсь.

На табличке было написано просто: «Кружок». Без всяких уточнений. Смотрю на соседние двери, вдруг там будет продолжение развития цепочки: «Квадратик», «Треугольничек» и так далее. Но нет.

— Давай, пихай, — донеслось из-за таинственной двери.

В принципе, дела могут и подождать. Движ за дверью явно интереснее.

— Туго идет… Надо больше смазки! — ответил другой голос.

Да это же Шурик и Электроник! И чем там занимаются мои соседи? Интересно же.

— ООООООО. Хорошо вошло. Ты ювелир!

Стоп! Это точно то, о чем я думаю? Надо бы проверить, вдруг мне понадобятся трусы из алюминия.

Забив на тактичность, толкаю дверь и вхожу. Внутри вижу вспотевших Шурика и Элетроника. Один расположился на четвереньках, а другой стоял с длинной металлической хреновиной в руках. А еще говорят, что в СССР не было фетишистов!

Впрочем, и тут их тоже не оказалось. Приглядевшись, замечаю какую-то конструкцию.

— Ага! — начал было я, но быстро умолк, громко сглотнул слюну и выпалил, — А что тут у вас происходит?

Соседи смотрели на меня испуганными взглядами и тяжело дышали. Явно не ожидали гостей.

— А мы тут…. — начал было Электроник.

— Все цивильно, — встрял Шурик, — Научный эксперимент.

— АААА. Понятно… А я уж думал.