Евгений Шварц – Предчувствие счастья (страница 134)
— Слышите, что говорит ребенок? Он не может быть не на своем месте!
— Он не служащий!
— Он умный, он знает таблицу умножения!
— Король голый!
— На животе бородавка, а налоги берет!
— Живот арбузом, а говорит — повинуйся!
— Прыщик! Вон прыщик у него!
— А туда же, стерилизует!
Король. Молчать! Я нарочно. Да. Я все нарочно. Я повелеваю: отныне все должны венчаться голыми. Вот!
Свист.
Дураки паршивые!
Свист. Король мчится во дворец. Первый министр, а за ним все придворные мчатся следом. На возвышении король-отец и принцесса.
Король-отец. Бежим! Смотри, какие глаза у этих людей за загородкой! Они видели короля голым. Они и меня раздевают глазами! Они сейчас бросятся на меня!
Генрих и Христиан (прыгают на возвышение, кричат). У-у-у!
Король-отец. Ах, началось! (Подобрав мантию, бежит по дороге направо.)
Принцесса. Генрих!
Генрих. Генриетта!
Христиан (толпе). Дорогие мои! Вы пришли на праздник, а жених сбежал. Но праздник все-таки состоялся! Разве не праздник? Молодая девушка встретила наконец своего милого Генриха! Хотели отдать ее за старика, но сила любви разбила все препятствия. Мы приветствуем ваш справедливый гнев против этих мрачных стен. Приветствуйте и вы нас, приветствуйте любовь, дружбу, смех, радость!
Принцесса
Толпа
Пляшут.
Генрих
Все
Занавес
1934 год
Клад. Пьеса в 3-х действиях
Действующие лица
Грозный Иван Иванович — сторож в заповеднике.
Суворов — студент-геолог.
Мурзиков, Орлов, Птаха — школьники, юные разведчики народного хозяйства.
Дорошенко — председательница колхоза.
Али-бек богатырь — пастух.
Действие первое
Пропасть. На одной стороне пропасти — густые кусты. На другой — деревья. Среди деревьев идет Иван Иванович Грозный.
Грозный (останавливается. Разглядывает деревья у края пропасти). Ну, здравствуй. Ну, что... Стоишь? Это вижу. Ветками шелестишь? Это слышу. Две недели у тебя не был — какие мне можешь новости рассказать?.. Так... Новости есть, но все известные. Понятно... чесался об тебя медведь. Который? А, вижу... И когти он тут почистил. Это Вислоух... Это я знал, что он будет в наших местах не нынче-завтра. Дальше?.. Ничего не скажешь, что дальше-то? Ничего... Ну, тогда посидим, покурим. (Садится, заглядывает в пропасть.) Здорово, Старое Русло, здравствуй. Давно я на дне не бывал, полгода. Новости у тебя какие? Неизвестно, не видать дна. Ручей шумит — это я слышу, туман ползет — это я вижу, а кто там ходил, кто бегал — не узнать. Глубоко. Вот... Пятьдесят лет я в лесу. Все мне понятно. Куда птица летит, куда зверь бежит, куда змея ползет. А разговора птичьего, звериного не понимаю. Это обидно, пятьдесят лет в лесу, однако не понимаю. Вон — кричит птица на той стороне, а что она кричит?.. Хочет она спросить меня? Или рассказать что хочет? Ничего не понятно. Ишь ты, старается. Может, молодая какая, летает худо, от своих отбилась. Может, глядит на меня, тоскует, кричит по-своему: дед, где дорога?
Голос. Дед, где дорога?
Грозный. Это еще чего? Кто спрашивает?
Голос. Это я, Птаха.
Грозный (откашливается). Гм... Кха... Спокойно, Иван Иванович. Чего не бывает, того не бывает, а что бывает, то и есть. Что за птаха?.. Отвечай спокойно.
Голос. Я от своих отбилась, не знаю, как дорогу найти.
Грозный. Гм... Видите как... Спокойно, Иван Иванович Грозный... Чего не бывает, того...
Голос. Как мне к тебе пройти?
Грозный. Зачем?
Голос. Как это зачем? Я же тебе говорю — от своих отбилась. Третий день ничего не ем, кроме ягод.
Грозный. Ягод?
Голос. Ну да. Есть хочется. Во сне даже сегодня два раза видела, что молоко с хлебом ем. Очень есть хочется, молока.
Грозный. Молока?
Голос. Ну да.
Грозный. Птичьего?