Евгений Шишкин – Николай Булганин. Рядом со Сталиным и Хрущевым (страница 9)
Говорят, к Вам поехали Раскольников и Данишевский из Казани».
Написано 9 августа 1918 года. Впервые напечатано в 1938 году в журнале «Красный Архив», № 4–5.
(
9 августа 1918 года Ленин беседует с председателем ВЧК Я.X. Петерсом о положении в Нижнем Новгороде в связи со сведениями о контрреволюционном заговоре. После этого он говорит с уполномоченным Наркомпрода А.Н. Бобровым, направленным в Нижний Новгород. Пользуясь тем, что тот может передать в Нижний указания, Ленин пишет «В Нижегородский Совдеп», обращаясь к присланному недавно туда на помощь Г.Ф. Фёдорову.
В Нижегородской губернии повсеместно начались аресты. Под «горячую» руку чекистов попадались просто «подозрительные» и даже неимущие люди. Большевики не считались со своими ошибками, подолгу не разбирались, не церемонились – им любой ценой нужно было удержаться у власти.
Растяпинскую ЧК возглавил, как уже отмечалось, «чужак» Василий Мовчан, из бывших рабочих взрывзавода. Люди местные, знавшие друг друга годами, действия растяпинской ЧК не одобряли – мягко сказано.
МОВЧАН Василий Максимович (1891–1938 гг.). Место рождения: Латвия, г. Люцин. Место проживания: г. Горький. Профессия – научный работник отдела истории партии обкома ВКП(б). Дата ареста: 4 ноября 1936 года. Обвинение: 58, п. 1, 17–58, п. 8, 58, п. 11 г. Дата расстрела: 1 февраля 1938 года. Осудивший орган: Комиссия НКВД СССР и Прокуратура СССР.
«…Хотя никаких заговоров здесь (
…Растяпинской ЧК были арестованы ведущие специалисты, руководители взрывзавода: председатель Временной хозяйственно-строительной комиссии генерал-инженер М.М. Чернов, его помощник по постройке завода инженер-полковник М.И. Мордвинов, начальник снаряжательной мастерской инженер-полковник Г.П. Мездриков и помощник начальника заводской милиции Т.С. Городецкий. Их захватили как царских офицеров. И неважно, что, кроме милиционера, они были не строевыми офицерами, а инженерами с офицерскими званиями. В качестве заложников без суда и следствия их вывезли на Мочальный остров (место у слияния Оки с Волгой, напротив Чкаловской лестницы) и 1 сентября в числе 41 человека расстреляли и, как говорили, сбросили в Волгу.
А 3 сентября того же 1918 года растяпинские чекисты, также без суда, расстреляли ещё четырёх местных жителей, о чём и доложили срочно губернской ЧК. В «Рабоче-крестьянском Нижегородском листке» за 4 сентября 1918 года названы имена этих несчастных: павловский пристав И.А. Добротворский, бывший жандарм С.Г. Романычев, «буржуи» К.И. Козлов и М.В. Земсков.
…В газете сообщалось о расстреле четырёх человек, но, по рассказам местных жителей, жертв было больше: тогда хватали всех мужчин подряд, кто оказался на улице».
Всё это происходило на глазах Николая Булганина. Но при его ли участии? Предполагаю, что в какие-то моменты растяпинских репрессий он был тоже включён, возможно, в качестве охраны. Почему возникают такие предположения? Потому что следующей ступенью на его лестнице к вершине власти будет именно служба во Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем. Она была создана 7 (20) декабря 1917 года.
Впереди Николая Булганина ждала не охранная стезя рядового бойца. На железной дороге создаётся транспортная ЧК, куда и уходит Булганин в качестве заместителя на участок дороги, очень многолюдный, живой – «Москва – Нижний Новгород».
Теперь ему уже обратной дороги нет. Вера в партию обязана быть неколебимой.
Глава IV
С наганом на боку: ловля мешочников
Осенью 1918 года Николая Булганина ждут новые должности и события в жизни, в революционной жизни. Прежде чем обратиться к новой ступени и работе Николая Булганина в ЧК, сделаю небольшой информационный портрет нижегородского ЧК и некоторых личностей, которые были из начальствующего состава НижгубЧК. По сути, это первые значительные руководители Николая Булганина на его пути к вершинам власти. Одни из них сходились с ним на короткий срок, с другими судьба сводила немало раз. Кто-то стал ему соратником по карьере и даже по судьбе до самого конца жизни. А знакомство это началось, фигурально выражаясь, под крышей Нижегородской Чрезвычайной Комиссии.
В Нижегородскую губернию предложение о создании Чрезвычайной Комиссии поступило 26 января 1918 года. Это была телеграмма Феликса Дзержинского, где говорилось следующее:
«Совдеп. Нижновг.
Обнаглевшая контрреволюция готовит заговор против Советской власти, готовит покушение на видных деятелей революции. Ей мобилизованы все контрреволюционные силы, ударники, юнкера, б. офицеры, калединцы и корниловцы, белая гвардия, голодные развращённые элементы подонков общества. Заговор организуется во всероссийском размере. Для беспощадной, самой решительной быстрой ликвидации контрреволюционного заговора Всероссийская Чрезвычайная комиссия по борьбе с контрреволюцией при Совете Народных Комиссаров предлагает всем Советам и Комитетам немедленно создать отделы борьбы с контрреволюцией и немедленно же прислать своих представителей за получением инструкций и секретных данных в отдел борьбы с контрреволюцией Всероссийской комиссии: Петроград, Гороховая, 2.
Председатель Ф. Дзержинский
Секретарь Полукаров».
Образованию губернской ЧК предшествовала деятельность Нижегородского военно-революционного комитета, совершившего 10 ноября 1917 года военный переворот в губернском городе. В декабре того же года создаётся Военно-революционный штаб (ВРШ). Он состоял из военного отдела, которому подчинялись Красная гвардия и части гарнизона, и отдела политического, ведавшего борьбой с контрреволюцией.
Главой военотдела был назначен посланник из Москвы Борис Израилевич Краевский.
10 августа на заседании в бывшем губернаторском доме, переименованном в «Дворец свободы», был образован чрезвычайный орган – военно-революционный комитет. В него вошли Г.Ф. Фёдоров, Л.М. Каганович, И.С. Шелехес (все были направлены в Нижний Новгород из центра), Я.З. Воробьёв, И.Л. Коган, С.А. Акимов.
На следующих заседаниях оглашались мнения Ленина и Свердлова о «мягкотелости» нижегородцев. ГубЧК было предписано «принять решительные меры». Наметили вызов отряда в 400 штыков из Иваново-Вознесенска, аресты офицеров. С 13 августа ввели запрет населению появляться на улицах после 22.00 часов. Самыми активными на заседаниях Военно-революционного комитета были И. Коган, Л. Каганович, Я. Воробьёв.
ГубЧК фактически получила мандат на аресты и самосуд. Начались облавы, обыски, аресты. Тюрьмы Нижнего Новгорода наполнились бывшими полицейскими, офицерами, чиновниками, деятелями торговли и промышленности. Из воспоминаний чекиста Степана Вашунина, стоявшего у истоков нижегородского ЧК: «Первоначально аппарат ГубЧК был невелик – 15–20 человек. Боевой отряд составлял около 40 бойцов. К половине 1918 года он разросся примерно до 100 человек. Кроме того, в составе ЧК имелось 7–8 комиссаров по арестам и обыскам, которым придавалось для проведения операций 2–3 человека из отряда, и в ночь, как правило, выполнялось 2–3 операции, то есть 2–3 обыска или ареста. Нагрузка была довольно солидной».
30 августа громкие резонансные покушения – убийство М.С. Урицкого и ранение В.И. Ленина (перед этим в июне 1918 года было убийство В. Володарского) – позволили большевикам взяться за дело основательно: пройти широким политическим репрессивным бреднем, выловить и уничтожить всю активную и пассивную оппозицию. Впрочем, это не всегда согласовывалось с мнением и чаяниями Советов рабочих и крестьянских депутатов. Против таких жестоких мер выступали люди лояльные и даже перешедшие на сторону новой власти.
«ВНИМАНИЮ НАШИХ ОППОНЕНТОВ
Наши оппоненты, в своей кампании против ЧК, между прочим, утверждали, что состав сотрудников ЧК – «случайный, не выясненного партийного характера».
Некоторые же из оппонентов под влиянием «полемической горячки» заявляли даже, что в Чрезвычайные Комиссии идут люди, «готовые заниматься бандитизмом».
Ниже мы приводим сводку анкетных данных о составе Чрезвычайных Комиссий. Из этих данных всем ясно, что Чрезвычайные Комиссии конструировались при активном и ближайшем участии коммунистической партии, которая и выделяла в эти учреждения своих лучших товарищей, относительно которых не могло быть никаких сомнений…