Евгений Шельмин – Рейс в 1985 (страница 7)

Зайдя в крытые павильоны, бывший милиционер необычайно быстросориентировался, кого-то высмотрел и подошел к торговцу мясом, что-то шепнулпосле чего тот удалился и спустя несколько минут подошел парень с которым они направилисьв противоположную сторону. Иван Степанович кивнул чтобы я шел за ним.

«Почему он выбрал именно его и подошел к нему?», - подумал яи на всякий случай оглянулся. Ситуация напомнила мне комичный сюжет«Бриллиантовой руки» в формате размышлений Юрия Никулина в машине такси.

Мы зашли в дверь, которая казалась дверью в какую-томаленькую подсобку в которой хранятся в лучшем случае швабры и тряпки. Дверьбыла явно сильно узкая и к тому же, ее высота на позволяла пройти в полный рост– почему за такой маленькой дверью оказалось сразу несколько больших просторныхи светлых помещений осталось загадкой.

Вспоминая Филиппа Киркорова у меня невольно возник его же вопрос:а в ту ли дверь я вошел?

Иван Степанович начал разговор прямо и по существу:

- Слушай, - обратился он к тому сидел ближе всех, -у меняесть цветные японские видеокамеры. Снимаешь и тут же можешь посмотреть. - Идостал смартфон. - Смотри как работает. Он навел камеру устройства на стену, насобеседника, затем на стол, снова на собеседника. Остановил запись и включилвоспроизведение со словами – Смотри, как тебе, а?

Собеседника Ивана Степановича охватило подлинное потрясение,граничащее с шоком. Этот выходец из Азербайджана, прирожденный коммерсант,никогда ранее не сталкивался ни с чем подобным. Казалось, словно я сталзрителем захватывающего театрального представления, однако актером в немвыступал сам торговец, проживавший каждое мгновение своего искреннегоизумления, наполнявшего каждую клеточку его существа от макушки до кончиковпальцев.

-Тут есть диктофон. Поговори и он запишет твой голос.

Трюк удался. Второй шок.

-Если у тебя такое устройство и твоего друга – можно черезблютус передать фото и видео, ну то есть если два таких устройства. Кстати,смотри какой тут фотоаппарат. Иван Степанович сделал фото собеседника, тут жеоткрыл его и пальцами увеличил, а потом уменьшил изображение, покрутил, открылдругую фотографию, сделал еще одну, добавил смешной эффект.

-Это не все. Пользоваться научу вообще обалдеешь. Смотри,-сказал Иван Степанович, у меня есть возможность таких пару десятков привезти,возят ребята. К тебе же ходят всякие там первые или какие там лица у кого естьденьги. Я продаю тебе, ты перепродаешь. Идет? Цена?

-Подождите пару минут.

Собеседник убежал и вернулся так быстро, что, казалось, непрошло и минуты. С ним пришло еще 4 человека каждый из которых такжепротискивался через ту самую узкую неудобную дверь. Последним заходил мясник, плохозапоминаю лица, но этого я видел за прилавком совсем недавно. Его выделял нестолько строгий вид и накаченные от топора руки, сколько грязный замусоленныймногочисленными стирками и свежей кровью фартук. Из-за своего роста и массы емубыло очень неудобно пролазить в дверной проем, он делал это неуклюже и долго,наверное именно поэтому он заходил последним чтобы никто не ждал своей очередипопасть в помещение.

-Пять тысяч устроит? - И тут же протянул пачку денег. Похоже, эта сумма у него была заготовленазаранее и ждала любое интересное предложение. Сегодня и сейчас с такиминтересным предложением пришли мы, но мне показалось, что на нашем месте могбыть то угодно.

-Устроит, - сказал Иван Степанович, взял деньги и передалпачку мне, отдав смартфон с зарядкой собеседнику.

Я вспомнил о том, что возле самолета мы говорили о семитысячах, а тут всего пять. Много это или мало на тот момент было не ясно, но невозникнет ли спора и конфликта из-за этого? Позже мы начнем разбираться в нынешнихтеперь уже современных ценах.

-Я могу прийти завтра принести еще. Но не за такие же деньги– это будет дороже. Семь. А ты пока ищи покупателей. Думаю, перепродашь икс два.

Сказав это, он впервые за все время которое мы знакомы улыбнулсяи ушел.

-Когда мы уже были в дверях азербайджанец произнес короткое:Жду. Это для себя

-В это же время, - не поворачиваясь сказал Иван Степанович

Я ушел вслед за Иваном Степановичем. Забавно, но какпокупатель будет пользоваться им если мы не разъяснили даже элементарногофункционала? Или это специально чтобы мы завтра рассказали? Чтобы он уже никудане соскочил?

Было целых 5000 рублей которые мы не проверили и непересчитали, позже Иван Степанович, поняв мое переживание по этому поводу, притом, что я не произнес ни слова, сказал: у них как в аптеке, все четко.

На 5000 рублей можно было купить все! Наверное, можно былоскупить весь рынок и тот самый магазин до которого мы еще не то что не дошли,но и не знали где он находится.

Мы встретили нашу парочку, показали всем своим видом что унас все получилось и пошли в сторону выхода.

В гастрономе и втором продуктовом магазине продуктов почтине было – было все, но ничего не было. Максимум можно было потратить от силы восемьдесятрублей или пятьдесят после чего магазин можно было закрывать. Не было десятивидов сосисок, сотен видов колбас и сыров, не было полок с разными видами напитков и сладостей. Рис – один,гречка – одна, соки в трехлитровых банках были в большом ассортименте – ихбыло, наверное, пять или даже больше. Молоко, разлитое в разную тару, тоже былоодно – ты просто выбираешь как и в чем удобнее будет нести.

Заходить в магазин решили по одному. Один купил-вышел-ушелмедленно в нашу сторону. Заходит второй идет к другой кассе. Так и сделали.Покупали все что было – колбаса, хлеб, разные консервы, молочка. Первый сюрпризу первого из нас не заставил себя ждать: с покупками проблем не было, всепрошло отлично, но нести то в чем? Советскиелюди приходили со своими сумками, привычных нам сейчас пакетов у касс не было. Пришлосьотправляться в хозяйственный за авоськами и сумками так как в продуктовоммагазине их не оказалось, благо что отдел с разными товарами для дома был здесьже на втором этаже универсама. Дополнительно там же купили 4 открывалки дляконсервов и 3 ножа.

Саша, пройдя мимо аппарата с газировкой, вернулась.Постояла. Нашла 2 копейки только что полученные в качестве сдачи, тщательнопромыла стакан и выпила газировку с сиропом. Бывший милиционер выпил квас за 3копейки. Огляделся – ему хотелось холодного пива, о чем он сказал вслух, но егоне было, что с определенной досадой и звучало в его словах: Сейчас сходим,вернусь в магазин еще раз.

Каждый из нашей великолепной четверки нес по 2 сумки еды иделали мы это на определенном удалении друг от друга. Это вызывало не столько удивлениенекоторых прохожих, сколько у нас самих. Это привлекало внимание, что мне,например, не нравилось и, наверное, по Вадиму Зеланду из «ТрансерфингаРеальности» именно это и притягивало взгляды и внимание. Хорошо что это длилосьно не долго, мы разделились и пошли по разным сторонам улицы. Уже скоро мыскрылись из вида людей и вдали виднелся наш самолет.

Прекрасный теплый солнечный день, который уже был в самомразгаре, дождался возвращения Саши и Коли, Ивана Степановича и меня. Дождалисьнас и остальные пассажиры и сразу было непонятно что именно преобладает: онибыли так голодны или им было просто интересно как все прошло.

Уже оказавшись возле самолета мы сначала невольно зачем-топереглянулись и только после этого начали рассказывать историю своегопутешествия по Москве прошлого. Интересно, как мы смотрелись со стороны согромными нагруженными сумками дойдя до ожидающих и замерших попутчиков?

Когда возле самолета обсуждался вопрос продажи смартфонамногие, как это обычно бывает, не верили в затею с продажей гаджета под видомвидеокамеры, но есть хотелось и разум отходил на второй план, да и сама по себемысль была, как лично мне казалось, совершенно рабочей. Вероятно это исработало. Видимо, как раз так и рождаются идеи, приходят умные мысли,появляются гениальные стартапы на миллионы долларов. Так вот почему говорят отом, что художник должен быть голодным – только так появляются решения.

Мы действительно продали смартфон и в моих руках была пачкаденег, которые несмотря на огромные забитые сумки, которые мы еле дотащили, мыне то что не смогли потратить, мы не смогли потратить и их малую часть – посравнительным меркам мы не потратили вообще ничего.

Время было примерно 12 часов. Все хотели есть. Их уже неинтересовала стоимость продажи гаджета и вопрос о том, а можно ли было продатьего дороже, им нужно было узнать, что же за еду мы купили. А набор получился,скажу я вам, просто зачетный – загляденье и объеденье!

Завтрак…да, этих продуктов хватило только на завтрак и,возможно, чуть-чуть на обед. Что делать? Идти снова в этот магазин? Это не вызоветвопросы? А впереди помимо обеда был иужин.

-Из вырученных от продажи пяти тысяч рублей оставалосьпримерно…примерно все и оставалось потому что потратили мы самую малость, -обратился я к командиру нашего лайнера.

Деньги сначала так и оставались у меня потому что предстоялиновые покупки продуктов, но понимая какая сумма нам нужна, я оставил лишь часть,а остальные отдал пилоту. Тот составил список и раздал деньги всем поровну –решили, что владельцу проданного смартфона выдадим столько же сколько иостальным по двум причинам. Во-первых, не стоило делать разделений, всепонимали, что, скорее всего, продавать будем и гаджеты остальных. Во-вторых, акак оценить смартфон? В сто рублей? В сто пятьдесят? Лучше всем поровну, а тамразберемся. Так мы все в один миг получили сумму равную месячной зарплатекакого-то хорошего чиновника.