Евгений Шалашов – Воспитанник орков. Книга первая (страница 9)

– Точно, – взгрустнул тот, что со шрамом. Выпив, сплюнул на пол. – А все норги проклятые.

– А кто они такие? – осторожно поинтересовался Данут. – Почему о них никто ничего не знает?

– Кто норга хоть раз видел – морских крабов кормит, – засмеялся рыжий. – Живут они где-то посреди моря, никто не знает.

– Почему с ними никто справиться не может? Тангейн – город огромный. Кораблей столько, что не счесть! Собраться, найти эти клятые острова, да и разделать всех норгов под гребенку, – предложил парень.

Моряки как-то странно переглянулись, дружно допили и, не заказав новой выпивки, вышли.

Вечером в доме дяди парня ждал крупный разговор наедине.

– Как ты можешь вести такие разговоры! – бушевал дядя. – И, ладно бы, ты их вел в городе. Но в порту, где столько глаз и ушей!

– А что здесь такого? – не понял Данут. – Норги – это пираты, которых все ненавидят. Их надо уничтожить.

– Я прекрасно понимаю, что ты хочешь отомстить за смерть своего отца и моего брата, – слегка успокоился дядя. – Но в любом порту у норгов есть свои глаза и уши. Если я через час узнал, что мой племянник ведет разговоры с матросами об уничтожении норгов, то, как ты думаешь, узнают ли об этом сами пираты?

– Пусть узнают, – усмехнулся Данут. – Они и так знают, что их ненавидят. И что теперь – они нас будут убивать, грабить, а мы помалкивать?

– Да какой ты болван! – заорал дядя так, что на шум прибежала тетушка, попыталась выяснить, в чем тут дело, а дядя, впервые на памяти племянника, прикрикнул на жену: – Закрой дверь, дура!

Тетушка выскочила, как ошпаренная, а дядя, видимо выдохнувшись, закашлялся, а потом нервно произнес:

– Торговый дом «Силуд Таггерт и сыновья» – один из самых богатых в городе. Если я захочу – могу нанять дюжину кораблей, набрать наемников. А если мой племянник – уточняю, для дураков, – снова повысил дядюшка голос, – племянник хозяина торгового дома, говорит, что норгов нужно уничтожить, то не проще ли уничтожить торговый дом? Сжечь мои склады, лавки и дома несложно, зарезать меня, мою семью – тоже. А если нас прирежут, кровь будет на твоих руках.

– Не на руках норгов, а на моих? – угрюмо переспросил Данут.

– На твоих, – уверенно подтвердил дядя. – Мы ничего не сможем сделать против норгов. Ты уже потерял отца. Хочешь, чтобы убили всех нас? Ты этого хочешь?

– Не хочу.

– Ну, а раз не хочешь, то я тебе запрещаю вести разговоры о норгах. И уж тем более о том, что их надо уничтожать.

Как всегда, на работу уходили с рассветом. Тетушка предпочитала в это время понежиться в кровати, а хмурые, не до конца проснувшиеся мужчины, завтракали. Одна лишь кухарка – пожилая и добродушная Трени была бодра и свежа. Неожиданно, застучал дверной молоток.

– Кого там Ящер несет? – буркнул дядя.

Из-за больного желудка Силуд ел лишь молочное, вареное и пареное. Вот и сейчас, он давился овсяной кашей, сваренной на молоке, с завистью наблюдая, как Данут наворачивает яичницу с салом, а пасынок неспешно поглощает бутерброд с ветчиной, запивая его слабым настоем трав (крепкий Казистер не употреблял, опасаясь испортить цвет лица).

– Трени, – приказал хозяин служанке. – Посмотри, кого там несет. Скажи, чтобы по всем вопросам ехали на склад. Я сейчас буду. Еще не хватало, чтобы я начал обсуждать деловые вопросы дома, – горделиво добавил дядюшка.

Данут, покончивший с яичницей, уже пил собственный травяной настой – крепкий и сладкий, как ему и положено, сделал вид, что поверил. Дядюшка, если потребует дело, будет разговаривать о нем не то, что в собственном доме, а в собственной спальне, даже если рядом будет лежать супруга.

– Ну, кто там? – нетерпеливо спросил дядя, с отвращением отхлебывая кипяченое молоко.

– Там этот, как его… мэтр какой-то, гном, – путано пыталась изложить кухарка.

– Гном? – насторожился дядя. Гномы – главные потребители петрола, существа аккуратные и педантичные. Если они являются не на склад, а прямо домой, значит, они чем-то недовольны!

– Это Данутовский гном, – сообщила Трени. – С которым он великана убивал.

Мэтр Байн Периверт, профессор кафедры Прикладной магии и заведующий лабораторией оружия, скромно стоял у входа. Гворн был не в расшитом золотом камзоле, приличествующем его положению, а в сером дорожном плаще. Кажется, в том самом, в котором был в походе.

– Здравствуйте, профессор, – поздоровался Данут. – Что-то случилось?

– Увы, мой юный друг, ничего не случилось, и я уже не профессор. Просто, пришел попрощаться с вами. Возвращаюсь в Скаллен.

– В Скаллен? – протянул Данут, а потом спохватился: – А почему не профессор?

– Может ли человек, погубивший учеников, быть профессором? Профессор – это прежде всего наставник, а уж потом ученый, – грустно отозвался старый гном. – Я подал в отставку сразу по возвращению из экспедиции, а вчера получил сообщение, что Колледж мою отставку принял. Спасибо коллегам, что позволили мне уйти, сохранив лицо.

Данут лишь вздохнул. Что тут сказать, если гном прав. Неважно, что вины в гибели студентов у старого профессора нет. И маршрут «полевой практики» был утвержден, и никто не мог знать, что на их пути окажется йотун. Это как кормчий, вернувшийся в порт с половиной команды. И, неважно, что его вины в гибели нет, что он умудрился спасти вторую половину. На нем, как на кормчем, можно ставить крест, потому что во второй раз его уже не выберут.

– И куда вы теперь?

– Вначале в Скаллен. Ну, а потом, куда-нибудь на восток. Как я буду смотреть в глаза тем, чьи дети погибли? Когда-то я был неплохим рудокопом. Силы уже не те, но что-нибудь да смогу делать.

Тоже верно. Хоть гномы, хоть люди, но все будут смотреть на выжившего с немым укором. Мол, почему ты жив, если мой сын погиб? Дануту и самому до сих пор кажется, что окружающие смотрят на него именно так.

– Да, можешь передать своему дядюшке, что скоро ему дадут очень крупный заказ. Половина нашей колонии возвращается в Скаллен. Так что, для транспорта потребуется много горючего. Еще. Может быть, тебе понадобится какая-то помощь. Имей в виду, что все мои сородичи не откажут.

Гном на прощание попытался обнять юношу, но дотянулся лишь до живота. Пришлось Дануту наклоняться и самому обнимать старого гнома.

Когда старик ушел, Данут загрустил. Кажется, он только что потерял единственного друга.

Пока Данут смотрел вслед мэтру Байну, из дома вышел дядюшка и братец.

– Что ему от тебя нужно? – поинтересовался дядя, не одобрявший дружбы племянника с гномами.

– Ничего, – отозвался Данут. – Просто, мэтр пришел попрощаться. Да, он еще просил сообщить, что будет большой заказ на петрол.

– Вот как? – заинтересовался дядюшка. – А насколько большой?

– Точно не знаю, – пожал плечами Данут. – Но мэтр сказал, что половина гномов возвращается в Скаллен.

Вместо того, чтобы обрадоваться, дядюшка расстроился.

– Это что же получается, гномы уедут, а кто у меня петрол покупать станет? Так мне и разориться недолго.

Глава шестая

Подсчеты и расчеты

Дануту было скучно. Плохо, когда работы много, но еще хуже, когда нечего делать. Два полубочонка петрола, выданные приказчику судостроителей, не в счет. В конторе – небольшой комнатушке с узкими застекленными оконцами, куда юноше разрешалось входить по причине его статуса, заседали дядя и братец. Судя по всему, родичи пытались подсчитать, сколько понадобится петрола, чтобы выполнить будущий заказ гномов. В его же разумении, смысла в этом не было – сколько петрола спросят, столько и продать. Но у дядюшки были свои соображения. Он уже успел нанять грузчиков в помощь племяннику, отправить людей на дальние склады. Упускать выгодный заказ было никак нельзя.

– Значит, так – записывай, – глубокомысленно изрекал дядя, – на один «тепловик» мы продаем сорок бочек в год. Так? Но это здесь, в Тангейне. Сколько тепловиков у гномов?

Казистер обратился к своим тетрадям, принявшись неспешно листать. Даже потряс ими, будто надеясь, что цифры спрятались где-то между страниц. Не найдя ничего, только пожал плечами.

– Где записи? – вытаращился дядя на пасынка. – Тебе еще в прошлом году было сказано – узнать обо всех водных и сухопутных тепловиках, все записать. Ну, что ты там возишься, давай, – требовательно протянул дядюшка руку.

– Не успел, – равнодушно пожал плечами Казистер. – У меня и так дел очень много. Вон сколько, – кивнул парень на окошечко, из которого были видны бесконечные стеллажи. – Каждый день учет надобно вести.

– Тебе что, сложно было? И всего-то сосчитать – сколько тепловиков, – начал перечислять глава Торгового дома, загибая пальцы. – Какие тепловики, сколько петрола уходит на сто стадий! Вот! – потряс он кулаком.

– Я… – начал спорить пасынок.

– Ты болван, каких свет не видывал, – презрительно усмехнулся глава Торгового дома. – Зачем я тебе в младшие приказчики взял? Чтобы ты точки ставил? Настоящий приказчик должен смекалку проявлять. А тебе, придурку, даже смекалки не надо – исполняй, что хозяин скажет, вот и все. Что, трудно было сходить к недомеркам, да посмотреть? Ну, в порт еще, народ расспросить? Знаешь, сколько на это место толковых парней просилось? – Повернувшись к племяннику, Милуд с горечью произнес: – Дражайшая супруга не хотела, чтобы ее первенец в подмастерьях ходил. Видите ли – несолидно. Мол, что люди скажут, если ее сыночек будет горшки ворочать? Дескать – Силуд собственного пасынка в грузчики отрядил, злодей этакий! А он, Ящер его возьми, только на собственную морду любуется. Ах ты, тварь ленивая…