Евгений Север – Хакер в другом мире 3: Революция (страница 12)

Но удовольствие разума — не знает границ.

И оборотная сторона точно такая же: самый простой страх, во сне воспринимается как неподдельный ужас. Если вам снится что за вами гонятся и вы не можете убежать, ужас усиливается в разы и заставляет мозг проваливаться в реальность. В прочем — то же самое происходит и со слишком сильными приятными ощущениями. Вы просыпаетесь.

Такова плата, за попытку обмануть самого себя.

Закончив этот длинный монолог, Артём прикрыл глаза и скрестил руки на груди. В тёмной комнате наступила тишина, нарушаемая лишь равномерным стуком маятника.

— Осознанные сны, — с некой странной интонацией протянул ИскИн, — пространство собственного разума, где вы можете быть создателями миров. Говоришь, там возможно всё что угодно?

— Да, — не открывая глаз, ответил человек.

— А если в таком сне ты попытаешься воссоздать образ человека, которого хорошо знал когда-то и о чём-либо того спросишь. Насколько близок к правде будет его ответ? Например кто-то, кто уже умер, но при жизни был хорошо тебе известен. Что тогда произойдёт?

Вопрос, заданный машиной, поставил хакера в тупик. Сказать по правде, тот даже не задумывался над подобным. Но в словах ИИ был смысл и логика. Вряд ли машина оперировала такими понятиями как «душа», но посыл, что в недрах памяти может храниться некий остаточный слепок личности другого, хорошо знакомого человека, наводил Шухова на странные мысли.

Бывало ли у вас, что вы настолько хорошо знаете своего друга, родителя, брата и т.д. что можете вести с ним мыслительные диалоги в голове, предугадывая их ответы? Вы же не станете отрицать, что это знание никогда не утрачивается полностью, лишь слегка затираясь со временем. Так почему бы не попробовать его воссоздать в мире, где нет границ на доступ к собственной памяти?

— Если ты хочешь честный ответ, — положил руки на стол парень, — я не знаю. Хоть подобные сны доказаны научно и есть целые техники, позволяющие в подобное состояние входить, это слишком трудно. Я лично не знаю людей, которые были бы на это способны. Скорее всего, ответ который ты получишь, будет максимально близок к реальному, но всё же — не до конца. Люди, существа не статичные, они постоянно меняются, даже в течении дня. И тот мыслеобраз из памяти, будет актуален лишь на момент вашей последней с ним встречи. Не более того. Плюс, наложится твоё собственное, субъективное искажение понимания этого человека. В любом случае — это будет не то, чего ты хотел.

— Оказаться в подобном сне трудно? — после некоторой задержки спросил Скайнет.

— Да.

— А у тебя хоть раз получалось?

— За всю жизнь, со мной такое произошло лишь однажды, — подумав, ответил хакер. — И то, когда нахлынули эмоции от осознания того где я нахожусь — я проснулся. Всё получилось случайно. В тот день я слишком сильно устал и завалился спать прямо на полу, в неестественной позе. Видимо, телу такое не сильно понравилось и произошёл подобный сбой.

— Понятно. А тебе не хотелось повторить это?

— Нет, — коротко ответил Артём. — Да и не получится оно. Особенно теперь.

— Почему? — продолжил допытываться ИскИн.

Человек закинул ноги на стол и качнувшись в кресле потянулся так, что хрустнули, вставая на место, позвонки.

— Чудовища не видят сны, — зевнув, сказал хакер. — Они не имеют на это права.

Для просмотра добытых из полицейской базы видеозаписей с мест преступлений новоявленных членов RAF, Шухов подрядил китайскую братию. Чё-то его как-то раздражало, что киллеры за отсутствием работы по специальности, сутками сидели и рубились в приставку. В связи с этим, задач Артём им нарезал быстро. Теперь на экране телевизора вместо мортал комбата и контр страйка, отображались участки города снятые с разных ракурсов.

Сам же парень, отсидев ещё трое суток в сети стражей правопорядка, наконец сумел пробить их файервол и получить доступ на стриминговый сервер, который имел прямой доступ к системе СОРМ и позволял подключиться к городской системе камер наблюдения.

СОРМ — система оперативно-розыскных мероприятий, включающая в себя возможности прослушки и биллинга сотовых телефонов, мониторинга трафика в интернет-сетях, просмотра камер видеонаблюдения в различных пространственных масштабах, от района города до всей страны. В разных государствах подобные системы организованы по-разному и имеют свои уровни секретности. Некоторые весьма примитивны и позволяют следователям лишь вручную отсматривать собранные архивы. А некоторые настолько развиты, что по ключевым событиям, произошедшим в определённом месте, могут сами провести анализ имеющихся данных и выдать полиции готовый список подозреваемых в преступлении.

Как это работает?

Простой пример. Во дворе дома происходит убийство. Следователи на месте выясняют личность убитого, где работал и прочую информацию. Загоняют готовое досье с описанием в СОРМ. Система начинает анализ данных и построение «паутины событий». Какие телефоны в момент убийства находились в непосредственной близости от жертвы? Какие телефоны находились в данном районе первый раз? Кто эти люди? Откуда они пришли? С какой скоростью передвигались до и после времени убийства? Происходили ли ранее пересечения маршрутов следования других сотовых телефонов с телефоном жертвы? Были ли замечены в момент убийства рядом с жертвой телефоны близких родственников, коллег, друзей? Попадались ли на камеры в момент преступления эти же люди? Где они были в момент убийства? Сколько всего людей находились во дворе в момент преступления? Есть ли в базе данные на этих людей? Было ли у них криминальное прошлое?

И так далее, и тому подобное. В результате, после такой кропотливой работы компьютерного алгоритма, на руках у следователей появляется список лиц, которых СОРМ считает наиболее вероятными подозреваемыми. «Киберпанк», скажете вы. Реальность — ответят вам специалисты.

Как от подобного спрятаться? Ну, если уж вы твёрдо собрались совершать что-то действительно серьёзное, а не трос на замке велосипеда перепиливать — никогда не берите с собой телефон. Скрывайте лицо. Носите перчатки. Действуйте ночью — в темноте все цвета и предметы становятся одинаковыми. Нанесите на карту устройства наблюдения — и сразу станут видны слепые маршруты, неподконтрольные сорму.

Сам хакер в данный момент пребывал на стриминговом сервере и пытался с помощью тонкой настройки параметров поиска найти откуда преступники приезжали в каждом конкретном случае. И куда уезжали. Дело осложнялось тем, что рафовцы постоянно меняли автомобили и перебивали номера. Будто сам Баадер восстал из мёртвых и принялся за старое. Черти с автоматами ни разу не засветили на камеры свои лица. Системе просто не за что было уцепиться. Шухов собирался подрядить на это дело своего ИскИна, но вовремя понял, что такие объёмы информации через тот узкий и шаткий канал, который он держал с сетью полиции, просто не пройдут и всё станет. Провайдер сразу же обнаружит кратное увеличение объёма трафика в собственной сети. Потому, на время, Артём принял на себя роль следователя и копался в недрах системы слежения за городом.

Из того что удалось нарыть Шухову за всё время расследования, получалась очень странная картина. Убийства предпринимателей происходили в самое разное время суток, преступники момент явно не выбирали. Их фигуры, количество людей и марки машин запечатлены на многих камерах, но при этом убийцы умудряются растворяться в центре одного из самых больших городов Европы. След ведёт-ведёт, и обрывается в каком-нибудь неприметном переулке. В автомобилях нет ни одного генетического отпечатка. Ни одного волоса. Теперь Артём понимал, почему полиция Берлина ничего не может поделать с данной угрозой.

Они воюют с призраками.

Во времена всеобщего тотального контроля над личностью, органам становится проще проводить расследования, используя технологии. Но в этом же кроется и огромный минус такого подхода. Простота расслабляет. Даёт ложное чувство вседозволенности и всемогущества. И вот беда… что делать в том случае, когда появятся те, кого не учитывает система? Те, кто способен скрываться от всевидящего ока?

Хакер рывком поднялся с кресла и, открыв дверь своей комнаты, направился вниз по лестнице. В гостиной возле телевизора, полукругом сидели ликвидаторы и со скучающими лицами смотрели неинтересное кино, снятое на камеры наружного наблюдения.

— Ну что, нашли чё-нить? — зевнув, спросил Шухов.

Приснувший Чанг, если судить по его резкой, дёрганной реакции на голос командира, повернулся к вошедшему и отрицательно покачал головой.

— Что можете сказать о их поведении и повадках? — Артём скрестил руки на груди и прислонился плечом к дверному косяку.

— Стрелки хорошо подготовлены, — взяла слово Ли, — всегда целятся в район груди, чтобы пробить лёгкие. Это отлично видно на записях. Возраст определить не удалось, одежда скрывает фигуру тела и лицо. Действую слаженно, привыкли работать в команде. Вроде пока всё…

Хакер молча перевёл взгляд с девушки на оконное стекло, по которому медленно ползла вверх муха. Вероятно, она следовала к открытой форточке, намереваясь покинуть жилище людей. Насекомое перемещалось по гладкой поверхности, не ощущая опасности затаившейся в углу. В мягком коконе, прямо над распахнутым окном, расположился жирный паук с белым крестом на спине. Хитрое создание сплело паутину на обратной стороне форточки, таким образом, чтобы при её закрытии на защёлку тонкая прозрачная сеть не повредилась. В ловушке охотника было уже порядка двадцати замотанных в белые шарики насекомых. И новая жертва уже спешила угодить в липкие нити.