Евгений Щепетнов – Звёздный Волк (страница 54)

Они поднялись по лестнице, покрытой ковровой дорожкой, на четвёртый этаж. Слава усмехнулся. Время не властно над такими учреждениями – здесь витал неуловимый дух совка. Даже окна на лестничных площадках, через которые нельзя было выглянуть на улицу, были цветными витражами, с изображением щита и меча. Не хватало только красных знамён, но их с успехом заменил российский триколор.

Подойдя к неприметной комнате, Коля постучал в дверь, потом открыл её и вошёл. Славу это немного позабавило. Зачем стучать, если всё равно тут же следом заходишь? Впрочем, после короткого размышления понял. Вероятно, чтобы хозяин кабинета накрыл то, что видеть вошедшему не надо. Всё-таки организация серьёзная, у них свои порядки.

Всё это промелькнуло у него в голове за секунду, пока Коля распахивал дверь и пропускал их вовнутрь. Слава вошёл следом за Лерой и увидел за столом плотного человека лет за сорок, с лицом рязанского фермера. Он встал из-за стола, подошёл к ним и, протянув руку, с усмешкой сказал:

– Вот они какие, современные гладиаторы! Проходите, садитесь! По русскому обычаю чаю с мороза! Дело святое! Сейчас скажу, чтобы бутербродов с сырокопчёной принесли к чаю, как в советские времена!

Он нажал кнопочку на переговорном устройстве:

– Нина, принесите нам бутербродов и чая… С лимоном, да? Ага, с лимоном. Да чашки побольше, а то вечно нальёте в какие-то китайские чашечки, за один глоток выпиваешь!

Секретарь пискнула в ответ, а полковник удовлетворённо положил руки на стол и сказал:

– Хорошо быть начальником, в самом деле! Вот Коля дорастёт, тоже будет начальником! Если скоро не уволят, как и меня. Если честно, ребята, мы в полном дерьме. История с похищением ваших родителей наделала столько шума, что дошло до Первого. Уже пара генералов готовятся выносить свои вещи из кабинетов. Нас не сняли – дальше фронта не пошлют. Тем более что мы слишком ценные кадры – контактёры. Но и наши головы скоро полетят. Вам-то что, вы инопланетяне. Но давайте контактировать скорее, пока нас всех не поувольняли. Я доступно излагаю?

– Доступно, – выпалила Лера, – вот только нам на… В общем, нам всё равно, уволят вас или не уволят! Вы только и думаете, похоже, об этом, а не о том, что наши родители где-то в плену, то ли живы, то ли нет! И вы палец о палец не ударили, чтобы их выручить!

– Лер, тише, – вяло попытался остановить сестру Коля. – Делается всё что можно. Прослушка эфира, сотовой связи, город наводнён оперативниками – и ноль. Ноль! Надеюсь, ты не сомневаешься, что я лично сделал всё что можно? И никаких результатов. Допрошены все жители этого района, каждый, кто хоть теоретически мог проходить мимо. Скорее всего, их сразу вывезли из города, и очень далеко. Куда – никто не знает. Давайте вместе думать, что делать. Я не хочу вас подставлять под удар. Сейчас Степан Григорьевич даст вам весь расклад. Он уже начал, но, видимо, немного неточно.

– Спасибо, что поправил, – с ехидным смешком поблагодарил полковник, дожидаясь, пока его подчинённый выскажется. – Расклад, опять же, такой: летят вырванные с мясом погоны, все желают видеть вас. Но я вас пока держу в секрете, не хочу подпускать к нашим. Почему? Есть у меня нехорошая мысль: утечка произошла из нашего управления, а значит, тут сидит крот, поставляющий информацию заинтересованным людям. А раз может дать информацию – могут и вас убрать. Коля же сказал, что всё это похищение затеяно с целью выйти на вас? Вы начнёте искать родителей и волей-неволей появитесь в поле зрения врага. Тут вам и конец. Пуля из винтореза в башку – и нет инопланетянина. Неприятно, да? Согласен, ничего хорошего. Вот такой расклад… Есть вопросы?

– Есть. Какого чёрта вы нас тогда вытащили? – Слава нахмурился и внимательно рассматривал глаза полковника.

– Я вас вытащил для того, чтобы укрыть. Чтобы вы сами не бросились очертя голову в расследование и не сгинули напрасно. На вас возлагается слишком много надежд, чтобы так просто взять и всё прогадить.

– Кем возлагается? – усмехнулся Слава и чуть было не добавил: президентом, вице-премьером, генералом Артюхиным? Но промолчал. Полковник же уклончиво сказал, не ведая, что его мысли уже прочитаны:

– На высшем уровне о вас беспокоятся. Предлагаю вам не лезть куда не следует и скрыться до поры до времени. Вас примет Первый, он хочет с вами побеседовать. У него вы останетесь до тех пор, пока всё не закончится и пока мы не найдём ваших родителей.

Слава заметил, как полковник слегка запнулся, говоря о том, что они найдут родителей Леры, и, просканировав мозг Харламова, узнал: тот уже не надеялся на то, что их найдут. И даже считал, что те давно мертвы. Но игра шла действительно по-крупному, и в этом полковник его не обманывал. Две группировки в верхах: одна считала, что инопланетян нужно уничтожить, а вторая – что с ними надо контактировать. И те и другие рассчитывали на получение технологий, на доступ к сокровищам технической мысли, вот только подходы были разные. «Друзья», из которых был полковник, считали, что нужно подружиться, обаять. И тогда они сами всё дадут. «Враги» хотели захватить, выпытать секреты, подчинить, заставить работать. Цель-то была единой, вот подходы разные. И была ещё третья сила, о которой не знали ни первая, ни вторая группировки.

Слава ещё минут десять слушал увещевания и бодрые фразы полковника, потом усмехнулся и сказал спокойным, безразличным голосом:

– Дерьмо это всё. Всё то, что вы мне сейчас втираете. Воняет от ваших речей. Лер, они давно уже списали твоих родителей. Никто не верит, что они живы. Коля, и ты дерьмо. Ты тоже убеждён, что они погибли. И тоже сложил руки. Все вы дерьмо.

– Угу, а ты один весь в белом, правда, Слав? – слабо огрызнулся Коля. – Лер, мы сделали всё что могли! Они как сквозь землю провалились! Я хочу уберечь хотя бы вас!

– Чтобы использовать в ваших целях.

– Не в наших, а в государственных, – спокойно пожал плечами полковник. – Знаешь, Слава, у нас хватает дерьма в комитете. Да, и воруют, и крышуют – всё есть. Но и работают тоже. И работают очень хорошо, уверяю тебя. Вы многого не видите, да и не должны видеть. Но работа идёт. И мы думаем не только о звёздах, как ни странно, но и о государстве. Ты ведь тоже не ангел, однако вступился за Землю. А наша Земля тут. Вот в этой стране. Но защитить её чистыми руками иногда не очень получается. Ладно, это всё болтовня. Твоё предложение? Что ты хочешь?

– Хочу пройти по цепочке. Я узнаю, куда ушла информация, кто заказчик похищения.

– Мы не можем всем, через кого прошла информация, колоть пентотал, ты это понимаешь? И даже слушать телефоны не можем. Это совсем другой уровень, нам не позволят.

– Мне нужно просто посидеть перед этим человеком некоторое время, и всё. Поговорить с ним. И я узнаю, врёт он или нет.

– Я чего-то не знаю? – настороженно спросил полковник. – Что-то от меня скрыли? От своего любимого брата?

– Вам-то какое дело? – резко парировала Лера. – Скрыли, значит, надо было! И братец тоже скотина! Я тебе ещё верила… Тьфу!

– Ну почему тоже? Не обобщайте, не обобщайте, – радостно потёр руки Харламов. – Причин любить нас у вас нет, но если хотите эффективно позаботиться о Земле, волей-неволей придётся с нами сотрудничать! Посидите здесь, я переговорю с генералом. Думаю, встречи по инстанциям я вам устрою. Ждите тут!

Полковник вышел, и в комнате воцарилось молчание. Потом Лера резко развернулась к Коле и сказала:

– Колька, ну как ты мог смириться с их смертью?! Не предпринимать попыток их найти? Не узнаю тебя!

– А что я мог сделать? – унылым голосом сказал Коля и постучал пальцем по уху, потом сделал пальцами движение, как будто болтал языком: «Нас слушают!! Не болтай!»

Лера хотела сказать что-то ещё, но осеклась и замолчала. Снова воцарилась тишина. Минуты шли. Полковника всё не было. Слава подошёл к окну и посмотрел наружу. Мела метель, и тучи закрыли весь небосвод. Снег был сухим и лёгким. На крышах домов напротив Управления наросли целые пушистые белые козырьки. Внезапно Славе пришло в голову, что он прекрасная мишень, если кто-то усадил снайпера на крыше пятиэтажки напротив. Он сделал шаг назад и сам усмехнулся своим мыслям. Если бы кто-то попробовал в него выстрелить, Слава узнал бы это за несколько секунд или даже минут до выстрела – при желании. Ни он, ни Лера не рассказали о своих псионических способностях никому. Жизнь научила их не раскрывать своих способностей раньше времени, незачем врагу знать все их приёмы и уловки. А врагом в этой жизни мог стать каждый человек – на войне как на войне. Где гарантия, что те же зелёные не имели агентов среди землян?

Наконец дверь скрипнула, распахнулась, и в дверях показался полковник Харламов. Он молча прошёл за свой стол, сел, сложа руки на столешнице, и со вздохом сказал:

– Ну и каша заварилась! Все забегали: «Инопланетяне в голову влезают! Они могут украсть секретную информацию! Их нельзя допускать к государственным секретам! Где гарантия, что они не будут работать на врага?!» В общем, я взял всё под свою ответственность. Если вы облажаетесь, моя карьера закончена. А может, и жизнь. Кстати, ты, Коля, в той же упряжке. Тебе не простят связи с облажавшимися инопланетянами. Учти.

– Наплевать! – презрительно пожал плечами Коля. – В крайнем случае пойду пилотом, вот к ним. Буду летать в космосе и плевать на ваш пыльный кабинет.