Евгений Щепетнов – Звёздный Волк (страница 51)

Керкары с удивлением и восторгом смотрели, как их враги уничтожают друг друга, и Учитель неожиданно подумал, что, скорее всего, это заслуга его брата по Рою Славы. Кто ещё мог так стравить этих существ, что они набросились друг на друга, как дикие звери?!

Два величественных сооружения, похожие на огромные зубила, вдруг проявились в воздухе – видимо, прекратили действовать защитные поля, скрывающие их из глаз. Некоторое время эти корабли пытались удержаться на лету, но все остальные бросились на них и засыпали тучами ракет, взрывающихся с ослепительным блеском и бьющими по слуху взрывами, похожими на удары грома.

Все корабли свились в плотный клубок, из которого время от времени выпадали мелкие флайеры, дымя и разваливаясь в воздухе. Некоторые из них приземлились почти целыми, и двуногие выбирались, осматривая друг друга и радуясь, что вышли живыми из этой бойни. Но радость была преждевременной – на них тут же налетела волна керкаров, и потекла кровь.

Многоножки мгновенно расправлялись с уцелевшими пилотами, разрывая и разрубая их на части. Скорость этих существ была такова, что зелёные почти не успевали сделать ни одного выстрела из своих лучемётов. Они были всё ещё ошеломлены битвой и падением, чтобы оказать серьёзное сопротивление. Керкарам досталось много оружия и подбитых флайеров, которые тут же пытались оттащить в сторону, спрятать, а если не удавалось – многие из них весили десятки тонн – то из них выдиралось всё ценное: электроника, средства связи, демонтировались бластеры.

Самую большую ценность представляли, конечно, два крейсера, горами возвышающиеся на поверхности планеты.

Свалившиеся с большой высоты гиганты наполовину ушли в почву, они горели, а внутри что-то взрывалось и чадило. Но Учитель знал, что, после того как они догорят, керкарам останется много, очень много ценных вещей – и всё это на территории, контролируемой его Роем! Он уже в который раз поздравил себя, что у них появилась такая дальновидная Мать, по указанию которой они некогда спасли двух двуногих рабов…

Битва в воздухе дошла до своего апогея. Платформа-поместье неожиданно вступила в борьбу. То ли кто-то специально выстрелил в её сторону, то ли в неё попала случайная очередь плазмоидов, но только бластеры поместья выбросили три белые реки пламени, и из пустоты вывалились флайер и крейсер, поменьше упавших раньше, отличаясь от них сильно заострённым носовым обтекателем.

После этого огонь нападавших перенёсся на поместье, и оно озарилось пламенем, растекающимся по защитному полю. Из пустоты ударили лучи, сравнимые по толщине с пушками поместья, и туча ракет ударила туда, где эти лучи пробили бреши в мощной защите сооружения. Над платформой поднялись небольшие грибовидные облачка, а сама она вздрогнула и, набирая скорость, двинулась к планете, скользя, как лавина по склону заснеженной горы.

Учитель отчаянно скомандовал:

– Все в тоннель! Быстро!

Керкары полетели по наклонному тоннелю, будто стая белых стрел. И вовремя, так как край гигантского сооружения сотряс почву и как невероятный бульдозер, вспарывая покровы планеты, засыпал тоннель тонами вздыбленных рыхлых глыб.

Керкары бежали под градом сыплющихся с потолка камней и песка и остановились только на глубине полукилометра, куда не доносилось практически ни одного звука. Однако вся масса горных пород над головой передавала ужас происходящих наверху катаклизмов – почва дрожала, тряслась и колыхалась.

Учитель хмыкнул, представив, сколько потребуется труда, чтобы снова выкопать вентиляционный тоннель, но душа его пела! Такого смертоубийства среди зелёных он не видел ни разу. Керкары только на поверхности планеты прикончили не менее пятисот особей, а сколько их погибло при разрушении кораблей и поместья?

Председатель включил коммуникатор и увидел, как на виртуальном экране, повисшем перед ним, появилось лицо ближайшего помощника, направленного им на захват поместья Агарлока. Он был хмур, а лицо перепачкано кровью.

– Захватить поместье не удалось. Там собрались все, кто хоть как-то мечтал захватить наследие Агарлока. В битве участвовало не менее сотни кораблей. Мы потеряли крейсер и пять флайеров. Поместье сбито и скорее всего все штаммы. Учёные, занимавшиеся операциями, погибли. Когда наши конкуренты увидели, что захватить поместье им не дадут, открыли по нему огонь. Мы чудом ушли. Извините, господин председатель, всё что могли, мы сделали.

Председатель отключил коммуникатор и задумался, глубоко вздохнув. Ну что же, более чем за трехсотлетнюю жизнь он уже убедился, и не раз, что не всё то, что так хорошо спланируешь, удаётся, увы. Впрочем, в гибели штаммов и всей лаборатории были свои хорошие стороны. Теперь никто не будет иметь преимущества. Если уж нельзя захватить – пусть не достанется никому.

Успокоив себя этой мыслью, он резко поднялся и пошёл в свою лабораторию, чтобы сообщить модификаторам печальное известие: штаммов не будет. То, что он планировал долгие годы, не получилось. Агарлок погиб и унёс в огненную могилу всё то, что принесло ему огромное богатство. Председатель ничуть о нём не жалел. Впрочем, он давно ни о ком и ни о чём не жалел. Всё, что его занимало, – это лишь власть, от которой он получал удовольствие. Деньги были всего лишь инструментом для её достижения. Ну что же, не вышло с штаммами вирусов Агарлока, будет что-то ещё. Но пост председателя он удержит за собой во что бы то ни стало. Даже если придётся устранить тех, кто может помешать ему в этом. Например, Хармана. Этот наглец в последние годы стал уж очень самостоятельным, не признающим авторитетов, непредсказуемым и опасным. Жаль, что председатель не знал, кто перешёл дорогу этому выскочке. Видят Небеса, он бы поддержал этого человека всеми своими ресурсами!

– Я бы их убил своими руками! – Старик с ужасом глядел на подростков, сгрудившихся в трюме крейсера.

Слава посмотрел на трясущихся от страха обнажённых подростков, поддерживающих друг друга, на их покалеченных товарищей по несчастью, беспомощно лежавших на полу, и недоумённо перевёл взгляд на ветерана:

– Кого убил бы?

– Тех, кто с ними сотворил такое! – глаза старика были полны слёз. – Как представлю, если бы с моими творили такое… Как только Бог допускает это?

– А как он допускал Освенцим и Треблинку, Бабий Яр и Заксенхаузен? Спроси что-нибудь полегче, – устало ответил Слава. – И вообще, хватит словоблудия. У нас на руках пятьдесят шесть полусумасшедших подростков, из которых пятнадцать серьёзно искалечены. И нам нужно решить, что делать дальше.

– На Землю надо, что же ещё? – вмешался Пётр, ранее инвалид афганской войны, а ныне мозг, управляющий звездолётом «Урал». – Сдать их власти, и пусть разбираются, что с ними делать. Большинство из них физически здоровы, так что время залечит.

– В рабском загоне провели обследование по моему указанию. Выяснилось, что половина девочек беременны, – угрюмо бросил Слава. – И что теперь вот с ЭТИМ делать?

– Неужто зелёные могут скрещиваться с землянами? – поразился старик. – Нам только этого не хватало…

– Как оказалось, да. У них полтора-два месяца беременности. Так что я не знаю, что делать. Не могу взять на себя ответственность ещё и за плоды. Представьте теперь: мы привозим их на Землю, с животами, с искалеченной психикой… Дальше что?

– А что дальше? – Виртуальное изображение Петра задумчиво скривило губы. – А ничего! Ты что, будешь вечной матерью Терезой? Ты их спас, они здоровы, пусть теперь власти Земли о них заботятся! Твоя задача другая. Ты боец, солдат, тебе надо защитить Землю от нашествия рабовладельцев, так какого чёрта ты раздумываешь? Летим к базе, там их перегружаем на «Соргам» – и к Земле! Или можем сразу к Земле: выгружаем где-нибудь в тёплом месте, чтобы не простыли, и полетели к базе.

– А что с калеками делать? По домам инвалида рассовывать, что ли? Вот этих, с ампутированными конечностями? Этих, с вырезанными глазами? Их куда?

– Решай ты. Я не могу ничего тебе сказать. Не знаю, что с ними делать. – Виртуальный Пётр создал виртуальное кресло и уселся на него, скрестив ноги. – Вставлять их в корабли? Ты столько кораблей не наберёшь, да и толку с них… Они же сейчас полубезумны. Всё, что у них осталось, – это животные реакции. Смотреть на них не могу…

– Олег, разведи их по каютам. Семён, помоги ему. Кстати, сам как себя чувствуешь?

– Отлично чувствую! Примерно как в шестьдесят лет! Подлечили меня хорошо, спасибо. Дотяну до своего корабля. – Старик удовлетворённо кивнул головой и пошёл к стоящим, как стадо овец, рабам.

У них не было в голове контроллера, хотя бы это радовало Славу. Оно и понятно. Зачем рабам подобного типа контроллер? Это одноразовые существа – попользовались их телом, а потом отдали садистам для уничтожения. Зачем вставлять контроллер, когда они продержатся максимум полгода, а то и того меньше? Судя по беременностям у девочек, эта группа была в плену не более трёх месяцев. Если бы Слава их не освободил, они бы закончили свою жизнь уже несколько дней назад. В страшных мучениях.

Слава посмотрел вслед бывшим рабам, уносящим своих покалеченных товарищей, и задумался: что же, и правда, делать? И вспомнилось изречение одного из исторических деятелей, точно не помнил кого: «Если не знаешь, что делать, – делай шаг вперёд!» И он сделал.