Евгений Щепетнов – Звёздный Волк (страница 47)
Слава рыбкой нырнул через трупы прямо в комнату и успел увидеть спины трёх убегавших врагов. Двух он срезал длинной очередью, третий успел уйти. Подбитые ещё корчились на полу, когда Слава подошёл к ним и разрядил в их головы остатки заряда лучемёта. Больше такой ошибки, как с Агарлоком, он не допустит. Проверив, что в номере больше никого нет, он приказал:
– Закрыть все двери, никого не впускать!
Опустились металлические пластины, и номер оказался полностью блокирован. Слава покачал головой. Когда он уходил, двери были блокированы. Значит, выходили наружу! Сто раз ведь говорил: не выходить! И всё-таки вышли! Это чуть не стоило им жизни. Впрочем, почему чуть? Надо посмотреть, вдруг нападавшие успели их прикончить?
Подошёл к лежащим в оцепенении людям, проверил пульс. Нет, всё в порядке. Рана у старика выглядела очень плохо. В разрезе виднелась белая кость и обильно текла кровь – рядом с телом натекла уже целая лужа. Сердце Семёна билось неровно и как-то рывками. Слава нахмурился и приказал:
– Лечение!
Из пола тут же вылезли пучки тяжей и принялись вползать в лежащего ветерана. Возле него в воздухе появился виртуальный экран, на котором сразу выскочили колонки цифр, мелькавших, как счётчик спидометра. Это система обеспечения отсчитывала стоимость лечения. Каждая молекула лекарства, каждое движение лечебных тяжей – всё было посчитано. В том числе и выведение из комы, сделанной станнером.
– Ещё лечение!
Новый пучок тяжей выскочил из пола и устремился к Олегу. Это лечение прошло быстро – уже через минуту Олег вздохнул и открыл глаза. Всего тысяча кредитов – и пациент на ногах. Столько стоило выведение из комы.
Со стариком, видимо, было сложнее – ну оно и понятно: зашить рану на скуле, поправить сломанную челюстную кость. Кроме того, система, похоже, восприняла его старость как болезнь и усиленно лечила сердце, лёгкие, желудок. Всё это отмечалось на экране, и цифры уже зашкаливали за пятьдесят тысяч кредитов. Слава мысленно махнул рукой, пусть лечит! Давно надо было заняться этим на «Соргаме». Сам старик вроде не жаловался, а у них спросить как-то руки не доходили… Вот так и получилось, что теперь лечить надо втридорога.
– Прости, Слав… это я виноват! Ты запретил выходить, а мне так хотелось посмотреть на мир вживую, вот я и потащился! Дед не видел. Они сразу за дверью стояли… Ворвались. Ждали тебя. Увидели, что ты идёшь, по визору. Встретили. Прикрылись нами. Прости, а?
– Прости не прости, а старика чуть не угробил, – нахмурился Слава. – Бог простит! Очухался, что ли?
– Очухался! – Олег осторожно встал, с испугом глядя на опутавшие старика пучки тяжей. – Он жить-то будет?
– Будет. Но чуть не помер. Прежде чем что-то делаешь, включай башку, ладно? Особенно когда тебя предупредили!
Олег чуть не плакал, и сердце Славы смягчилось. Ну чего он ждёт от восторженного парнишки восемнадцати лет? Конечно, ему хотелось всё посмотреть…
Слава создал себе обед, запил его поллитрой пива и почувствовал себя вполне удовлетворительно. Теперь можно было и ждать.
Старик оклемался через час. Он спокойно спал и даже выглядел гораздо здоровее, чем был. Трупы нападавших убрала система обеспечения, тоже выставив счёт, и неслабый. Впрочем, убрать кусочки мозгов, костей и лужи крови из номера было не так-то просто.
Системе пришлось стирать со стен и убирать трупы в течение получаса. Олег смотрел на всё это с отвращением, а когда пол начал всасывать кусочки мозга, его вырвало. Пол тут же и это всё засосал, отчего парню стало ещё хуже. Он сбежал в другую комнату, где снова стал выражать своё отвращение рычанием и бульканьем.
Слава улёгся на диван в гостиной и замер, обдумывая будущие ходы. Немного полежав, он прошёл в комнату, где ранее взял лучемёт, и из груды набросанных под кроватью орудий убийства выбрал максимально мощный игловик, две ослепляющие гранаты, запасные батареи к лазеру и вибромеч. Затем встал под шкаф для напыления одежды, смыл прежнюю краску – что-то вроде земной водолазки и джинсов (он был одет в шорты, как обычно) – и после раскрасил тело в тот естественный цвет, который носят все зёленые, этакий зеленовато-серый. Прикрепил на себя снаряжение, покосился на лежащий за кроватью бронекостюм и отказался от мысли его взять – это вызвало бы подозрения.
Нужный ему звонок прозвучал через три часа после того, как он вошёл в номер. Неизвестный голос сказал:
– Салон «Херк», номер коммуникатора…. Заказ сделан на сегодняшнюю ночь, через пять часов. Затем говорящий отключился, а Слава ещё раз прослушал запись голоса и запомнил номер. Затем ввёл его в коммуникатор, предварительно введя функцию анонимности звонка, и после ответа сказал:
– Меня зовут Вольф. Мне бы хотелось получить трёх девочек и двух мальчиков… эээ… для спецудовольствия. По максимуму. У вас есть в настоящее время в наличии?
– У нас любой ассортимент, но следует предупредить: основной контингент – рабы с Саруга. Других нет. Возраст любой, какой захотите.
У Славы перехватило горло, и он закашлялся. Откашлявшись в сторону, продолжил:
– Какова оплата?
– Необученные рабы – за трёх девочек и двух мальчиков, по полной программе, с расчленением нашими инструментами, на нашей территории… сейчас, сейчас… Сто тридцать тысяч. Вам удобно сделать перевод сейчас и передать нам ваше изображение для получения пропуска на территорию салона?
– Да, конечно, бросайте счёт!
Через пять минут деньги были на месте, изображение лица Славы перекинуто в систему охраны салона, и скоро он уже перепрыгивал через ленты тротуаров, двигаясь по направлению к элитному борделю для извращенцев.
Это был один из тех салонов, в которых клиенты за хорошую оплату зверски умерщвляли рабов различными способами по их выбору. Фактически это было что-то вроде бойни. Таких салонов было десятки, и туда постоянно тёк ручеёк украденных рабов с Земли.
Салон был ограждён стальными дверями, системой охраны и несколькими охранниками внутри. Ему показали изображения нескольких рабов, он не глядя выбрал из них трёх девочек и двух мальчиков. Ему пришлось выбрать как можно больше при заказе, чтобы не было подозрения. Это были подростки лет четырнадцати-пятнадцати, видимо уже прошедшие через «обкатку» в борделе. Они всё понимали, но были под воздействием то ли какого-то сильного наркотика, подавляющего волю, то ли ментального воздействия. Всё, что они могли, это испуганно глядеть на своего будущего палача и вздрагивать, когда он к ним прикасался.
Их вместе со Славой провели в большую комнату, выложенную ковром системы обеспечения, и оставили наедине, пожелав ему приятного отдыха. После чего Слава с трудом сдержался, чтобы не оторвать голову миленькой служительнице, раскрашенной в яркие привлекательные тона. Похоже, она тоже была землянкой, судя по внешности. А может, и нет…
На специальном столе были разложены инструменты для пыток, из стены торчали кольца, к которым должны были быть привязаны руки рабов. Всё было стерильно чисто, и лишь в одном месте, на обратной стороне блестящего кольца, Слава увидел мазок крови, будто кто-то прикоснулся окровавленным пальцем. У него захолодело в сердце, и, посмотрев на голых детей, с ужасом смотревших на него, он сказал:
– Сядьте вон туда, на кушетку. Скоро всё кончится, не бойтесь. Они послушно сели на кушетку в ряд, коснувшись плечами друг друга, как автоматы, а когда Слава подошёл к ним, легли на спину, подняв и раздвинув ноги, видимо, их так научили.
Слава вздрогнул и приказал:
– Сядьте!
Подростки опять, как автоматы, послушно уселись и стали бессмысленно смотреть сквозь него.
«Вот ещё не было печали! – подумал Слава. – Что с ними потом-то делать? Похоже, что психика у них искорёжена намертво! С собой забрать? Ох ты, чёрт, вот уж напасть! Таскать их за собой! Вот это я не предусмотрел!»
Он сел на кушетку рядом с детьми, потом опустился на спину, чтобы не упасть, и выпустил душу в свободный полёт.
Обезвреживание систем безопасности заняло около получаса. Пришлось методично облетая все бластеры, все коммуникаторы, все лучевики и лучемёты, всю технику, которая была задействована в борделе, ломать её, уничтожать, сжигать. В конце концов целым остался только позитронный мозг, ведающий дверями и системой охраны. Подчинить его было делом пяти минут, это был слабенький мозг, не представляющий из себя ничего особенного. Вернувшись к себе, он набрал номер агента:
– Жду бойцов по адресу… Пусть захватят для меня броню средней защиты и армейский лучемёт с запасными батареями. Сколько за них должен? Оплачиваю! Жду.
Через двадцать минут перед стальной дверью борделя появились десять фигур, закованных в чёрное и увешанных оружием с ног до головы. Слава скомандовал мозгу открыть двери и прошёл на ресепшен, где двое охранников безуспешно пытались выстрелить в вошедших без разрешения людей в бронекостюмах.
Слава махнул рукой:
– Уничтожить!
Несколько очередей – и дымящиеся трупы охранников свалились на пол.
– Этих не трогать пока, – указал он на трясущихся служащих борделя. – Кто принёс мне броню?
Вперёд вышла одна из фигур и протянула ему свёрнутый в рулон костюм. Слава тут же вытряхнул его из чехла, нажал пластину в подмышке. Костюм стал жёстким и раскрылся, как раковина. Слава снял с себя игловик, пояс, встал в бронекостюм, тот защёлкал, закрываясь, и фыркнул, закупоривая все щели. Тот же человек подал ему лучемёт и батареи – короткая проверка состояния оружия – лучемёт за спиной.