Евгений Щепетнов – Звёздный посланник (страница 31)

Роботов насчитывалось несколько десятков — видимо, купец хотел закончить разгрузку как можно быстрее, потому не поскупился на траты в виде найма роботов-погрузчиков. Слава понаблюдал за происходящим минут десять и пошел в рубку.

Сильмара и девушки сидели в рубке, видимо, обсуждали то, что случилось. Когда Слава вошел, они затихли, и Лера, выжидательно посмотрев на мужа, спросила:

— Слав, совсем плохо? Что будем делать?

— Пока не знаю, — хмуро сказал он, опускаясь в кресло, — сейчас свяжусь с Эндраном. Тогда и станет ясно, как поступать. Скорее всего, без войны не обойдется. Мне Шаргион передает — вокруг него странная суета, как будто окружают цепью из Баз или кораблей — какие-то круглые штуки ставят в пространстве. И еще — он засек «Храсс» на границе планетарной системы. И тот явно движется к Алусии.

— Они обкладывают Шаргион, лишают возможности маневра, — озабоченно сказала Сильмара, — это мины с антиматерией. Могут подрываться по программе, могут быть взорваны на расстоянии. Они же не знают, что это все равно что раскладывать тарелки с угощением. Меня ситуация сильно напрягает. Вокруг Алусии давно не было войны. Если против нас объединятся все — весь Совет, вся Алусия, — наши планы пойдут прахом. Нам останется только бежать на край света. Впрочем, надо еще выяснить, откуда ветер дует. Если тут появился «Храсс», дело без Борана не обошлось. Нам так и так пришлось бы с ним столкнуться, только попозже.

— Тихо, все! — Слава поднял руку. — Коммуникатор! Эндран, только вспомнили черта, и он тут как тут… привет, Эндран! А я сам собирался с тобой связаться…

— Привет, Вольф… или как там тебя… — Хмурое лицо повисло посреди рубки. — Есть повод встретиться, и очень серьезный. Как я вижу, ты уже рассчитался с кредитом. Немудрено рассчитаться, когда торгуешь редкоземельными, да? Что-то ты зарвался, однако… в общем, жду тебя у себя дома. Когда появишься?

— А можно прилететь на крейсере? Ничего там ваши службы, не возмутятся?

— Он не встанет у меня на площадке. Впрочем, я встречу, заранее меня извести. Теперь тебе точно только на крейсере и передвигаться. — Он хохотнул и снова посерьезнел. — Срочно вылетай! Жду! — Эндран отключил коммуникатор, и в рубке повисла тишина.

— Семен, что там с разгрузкой?

— Заканчивают. Минут пять еще, и все.

— Хорошо.

Слава набрал номер коммуникатора:

— Зенгар! Разгрузка закончена.

— Я в курсе. Жди перечислений, придется продавать потихоньку, маленькими партиями. Так что все продастся нескоро. Решай быстрее дела. Удачи.

Слава положил коммуникатор рядом с собой и задумался — войны было не избежать, это ясно. Но только вот с кем? Во что это выльется? Если это решение Совета — тогда его планы летят к черту. Если замешано частное лицо… гадать бесполезно.

— Семен, летим на Алурин. Когда запросят к кому, скажешь, к Эндрану Вольф. Я с ним свяжусь чуть позже.

— Понял, командир! Полетели.

В этот раз его принял огромный космопорт Алурина, где даже «Соргам» смотрелся маленьким и хрупким, как игрушечный автомобильчик.

Слава осмотрелся вокруг — космопорт оказался полупустым, то ли тут не принято было принимать большие грузовые корабли, то ли его направили в порт, где кораблей поменьше. Когда «Соргам» опустился на площадку, к нему тут же подлетел прогулочный маленький флаер, и Семен сообщил:

— Они говорят, это для тебя. Эндран прислал флаер. Может, броню наденете?

— Сильмара, останься тут, — подумав, сказал Слава, — меня они вряд ли так легко возьмут, а вдвоем шансов погибнуть больше. Один схожу.

— Думаешь, до этого дело дойдет? — озабоченно спросила женщина. — Может, и правда, плюнуть на приличия и пойти в броне?

— Нехорошо. И охрана может не пропустить — это же все-таки боевое снаряжение. Да нет… тут они нас не тронут. Вполне могли и на подлете сбить — не забывай, у них тут мегабластеры стоят на платформе города. Против них и крейсер не удержится. Будь что будет. Если что — улетайте. Лера пусть попробует установить контакт с Шаргионом — она тоже псионик. Ну, это так, на всякий случай. Скорее всего, до такого дело не дойдет. Все, я пошел.

Слава вышел из открывшегося шлюза крейсера и уселся в небольшой ярко-красного цвета флаер, больше похожий на прогулочную яхту, чем на обычный корабль. Внутри все было отделано в будуарном стиле — большая кровать, покрытая чем-то вроде шелковых простыней, пол из ковра системы обеспечения, которая предлагала любые напитки и яства — стоило это, скорее всего, огромных денег, и флаер обошелся не дешевле звездного истребителя. Слава не особо обращал внимание на роскошь — ему было не до того. Он все время пытался найти выход из ситуации и продумывал — что же ему скажет Эндран. Вряд ли он услышит что-то хорошее…

Та же самая комната, тот же самый Эндран, только хмурый, сосредоточенный и невеселый. Банкир легким кивком головы отпустил свою секретаршу, завилявшую в дверях аккуратной попкой, на которой система обеспечения нарисовала что-то вроде узких шорт. Как и все женщины в поместье, она была полностью обнажена — по моде Алусии. Всю ее одежду составляла лишь краска.

Так же жестом Эндран предложил Славе сесть, потом положил руки на стол и с минуту молчал, глядя собеседнику в глаза. Слава тоже не особенно порывался начинать разговор — ты пригласил, ты и начинай. Он в общем-то был спокоен — и не из такого дерьма выбирался, придумает что-нибудь. Пока требовалось выловить всю возможную информацию.

— Ну что, Вольф, похоже, наше сотрудничество подошло к концу. Я не сотрудничаю с трупами.

— Хм… печально. Но я еще не труп, и сделать меня таковым очень трудно, заверяю тебя! — усмехнулся Слава. — Может, пояснишь, что случилось? Что ты там про редкоземельные говорил?

— Что говорил? Вообще-то нехорошо кидать своего партнера! — холодно заявил Эндран. — Почему ты не сказал мне, что занимаешься поставками редкоземельных? Ты понимаешь, что наркота это одно, а редкоземельные — совсем другой уровень? И плата другая, потому что задача сложнее! И вообще, редкоземельные такая тема, что ее простым смертным касаться не рекомендуется! Это — кормушка Совета, а точнее, ее Председателя!

— Что, это Боран перекрыл нам дыхалку? Я так и знал…

— Да что ты знал? — поднял брови Эндран. — Ни хрена ты не знал! Прежде чем заняться этим делом, надо было спросить у меня разрешения, наладить контакты, договориться об отчислениях! А теперь чего? А теперь ничего. Боран с разрешения Совета установил контакт с керкарами, — вернее, те сами как-то на него вышли, не знаю как. И теперь они будут заниматься добычей редкоземельных. А ты отваливаешь от этого дела. И я тоже. Если бы ты заранее сказал мне, что начинаешь добычу металлов, я бы заручился поддержкой некоторых членов Совета, и они бы заблокировали решения Совета о передаче прав на концессию. А теперь Боран будет часть денег перечислять на Совет, а большую часть забирать себе. Все подмазаны, всем выгодно. Кроме того, он взял исключительную лицензию на продажу редкоземельных. На всей Алусии. Это обошлось ему в десять миллиардов кредитов плюс еще пятьдесят в течение десяти лет. Но теперь ни один слиток редкоземельных не будет продан без его контроля. Ну да, остаются контрабандисты, как обычно, но на этот раз никто не будет смотреть сквозь пальцы на их шалости — советник по безопасности землю роет, и ни один контрабандист теперь не прошмыгнет! В общем, так: рынок редкоземельных полностью захвачен Бораном. Хочешь что-то сказать?

— Ладно, редкоземельные захвачены. Но почему нельзя торговать гершанкой? Почему это нельзя делать?

— Не пропускают никого. Ни с гершанкой, ни с какими-либо товарами. Говорят, что те керкары, которые сотрудничают с Бораном, поставили условие, что заблокированные керкары не получат никаких товаров. То есть в среде керкаров раскол, если не знал. И те, с кем ты сотрудничал, специально заперты под землей. Но, скорее всего, ты в курсе дел — чего я распинаюсь. Ты же знаешь, что там случилось?

— Знаю, — кивнул Слава, — и думаю, как устранить проблему. У тебя есть какие-то соображения по этому поводу?

— Эта проблема называется Боран. Но ты вряд ли до него доберешься. Он практически не покидает Алурина. Кроме того, убийство члена Совета вызовет расследование, и убийца будет найден на краю света. И наказан. Пусть даже остальные члены Совета и будут радоваться смерти коллеги. В любом случае они должны наказать убийцу. Поэтому если кто-то и убивает члена Совета, то только так, чтобы нельзя было заподозрить, что это убийство, а не несчастный случай. Пусть даже все и шито белыми нитками. В общем, скорее всего, мы потеряли бизнес. Ты потерял. И я с тобой.

— А если с ним поторговаться? Если ему предложить что-то, что для него ценно? — не глядя на собеседника, спросил Слава. — Если его шантажировать?

— И что же ты ему предложишь? И главное, за что предложишь? Мол, я имею некую информацию или вещь, если ты хочешь ее получить, сделай так-то и так-то? Да это смешно! Ему плевать на всех и на вся! Это же Боран! Он только больше озвереет, и все.

— Что, и на сына плевать? — поднял брови Слава.

— Ты его сына захватил?! Ну, ты даешь… — восхитился Эндран, — только и на него ему плевать. И вообще, ты хоть знаешь, кто его сын? У него нет сына! Это он сам — это его клон! Правда, об этом известно немногим. Теперь и тебе. Сомневаюсь, чтобы ради него он сделал что-то, что будет противоречить бизнесу. В мире все взаимосвязано, и деньги означают власть, а власть — деньги. Чем больше денег, тем больше власти, и Боран никогда от них не откажется. Пусть даже это будет стоить жизни его клону. Нет, это не выход. Ищи другой способ.