Евгений Щепетнов – Возрождение (страница 61)

Хагра не спала; как только они появились в рубке, набросилась с расспросами и успокоилась лишь тогда, когда они подробно рассказали ей о происшедшем.

Кое-что и Лера услышала впервые, например, о том, как Мудрые раздавили киборгов, а еще о том, как Слава уничтожил этих самых Мудрых. Девушки громко ахали, расспрашивали в мельчайших подробностях, а потом заявили, что по такому случаю надо закатить пир. Ну как же, он избежал такой страшной опасности, да еще избавил от нее весь мир. А если он избавится от этого дурацкого застиранного плаща, они будут совершенно счастливы. И кстати, душ ему тоже не помешает.

Слава ретировался, по дороге в душ стаскивая плащ – тот и правда был в каких-то непонятных разводах на заднице, после чего спаситель мира сразу проникся к нему отвращением, как и всякий нормальный мужик на его месте.

Слава бросил тряпку на пол, благополучно сожравший это подозрительное произведение здешних портных, и через пять минут наслаждался струями горячей, даже очень горячей воды, сдирающей с кожи весь негатив, накопленный за день. Вот, он недавно убил пять женщин… ну, да, они сами хотели его убить, но все-таки… Кто-то там в древние века после убийства совершал целые колдовские ритуалы, считая себя нечистым, а Слава ограничился струями текучей воды, смывающей все плохое. «С меня вода – с меня худоба», – так говорили его предки, знающие толк в ворожбе.

Пока Слава все это обдумывал, как всегда, в неподходящий момент к нему пришла мысль попробовать кое-что из своих способностей. Но он не решился. И лишь… из душа он вылетел. Нет, не маша огромными белыми или угольно-черными крыльями, как положено ангелу или демону… О нет! Он всего лишь изменил вектор напряженности гравитационного поля и его амплитуду. И тело стало легким, как воздушный шар. Манипулируя направлением вектора, он полетел, свободно, как… Шаргион! Так летает Шаргион! Он же псионик, и у него есть способности летать с помощью гравитационных полей! Сродни его способностям! И теперь они практически братья, а, Шарги?

– А мы и так братья, – усмехнулся Шаргион. – Я всегда с тобой. И даже если бы ты не умел летать – а я на что? Нет, брат, ты – брат! Поздравляю тебя! Ты теперь настоящий корабль! А если тебе вставить бластер…

– Нет уж! – содрогнулся Слава, представив, куда ему можно вставить бластер. – Бластеры мы оставим тебе! Как у тебя дела с Лабораторией? Или ты ею еще не занимался?

– Она почти готова. Монтируются последние боксы, подключаются к питанию, скоро заработает как надо.

– Опа! Ты же хотел ее в последнюю очередь?

– Да я решил… ты так много о ней думал, так беспокоился о Лаборатории, я и подумал, что надо сделать ее пораньше. Мне хотелось тебя порадовать.

– Ты и порадовал! Спасибо, братишка! Как приятно, что у меня есть такой умный и славный брат. Всю жизнь мечтал о таком брате.

– Спасибо! – Шаргион был явно доволен, и Слава чувствовал исходящую от него волну добра, приязни и радости. Слава тоже был доволен: все шло так, как нужно, и даже лучше того. Чего там эти мелкие неурядицы, типа обезумевших ведьм, управляющих гравитацией? Ерунда!

– Э-э-э-э… ой! Как? А? Я тоже хочу!

Внизу стояла Лера и глядела на мужа, висящего под потолком. Он совсем забыл, где находится. Слава усмехнулся, опустился на пол перед женой, подхватил ее обеими руками и, подняв вместе с ней, закружился в медленном танце. В голове звучал «Вальс Цветов», и он вслух напевал:

– Ля-ля-ля-ля ля-ля-а-а-а! Ля-ля ля-ля ля-ля-а-а-а!

Они кружились под прекрасную музыку Чайковского, а Лера, вначале хихикающая, как сумасшедшая, вдруг посерьезнела, обхватила мужа двумя руками и приникла губами к его губам. Такого страстного поцелуя в их жизни еще не было. Слава даже потерял контроль над гравитацией, и они со всего размаху грохнулись на пол, что, впрочем, не помешало им и на полу не размыкать объятия.

Очнулись от насмешливого голоса Хагры:

– Ничего себе! До кровати не дошли, что ли? Прямо на полу? Завидую тебе, Лерчик… вот это мужик! И в кровати, и по дороге к кровати, и везде! Дайте-ка я в душ пройду… Может, и вы со мной? С вас пот льется… и еще кое-что. Пошли, пошли, хоть спинку мне потрете. В постели надо кувыркаться… А вообще-то не слушайте меня – зависть во мне говорит. Слав, ты обещал сделать мне ребенка, прежде чем улетишь. Хоть память о вас останется… А может, останетесь здесь, на нашей планете? Зачем вам скитаться по мрачному небу? Ну что вы там не видали? Тут будете жить лучше всех, а народятся детки – представляете, как здорово будет?

– Представляю, – усмехнулся Слава. – У меня к тебе будет одно предложение. Очень важное. Мойся и пошли в каюту.

– Ребенка будешь делать? – оживилась Хагра.

– Там видно будет, – туманно пообещал Слава. – Лер, давай тоже по-быстренькому сполоснемся и займемся делом. Пока запал не кончился.

– Хм… ты насчет чего? – бормотала Лера, идя за мужем в душ. – Запал, по-моему, у тебя никогда не кончится… – В душе она внимательно посмотрела Славе на низ живота и притянула к себе. – Давай, я тебя хорошенько сполосну! Давай, давай, База, чуть горячее! Так, так… хорошо.

– Так что ты хотел сделать? – Хагра нетерпеливо подпрыгивала на кровати, и на нее было очень приятно смотреть: ведь уродится же такое чудо, такая красота! Ну в каких, каких божественных лабораториях решается, кто будет красивым, а кто нет, от кого глаз не отвести, а кто всю жизнь будет мучим своим уродством. Редкая, совершенная красота бывает у одного человека на несколько тысяч, а может, и на десятки тысяч? Есть люди симпатичные, есть хорошо сложенные, есть красивые, но совершенных – единицы. И вот такой была та, чье тело досталось Хагре.

Да, та девочка давно погибла, оставшись в пыли у злосчастной лестницы, ведущей в дом матери, но ее тело развилось в несравненную красавицу. Впрочем, если дать Хагре способности метаморфа, она сможет сделать себе любое тело. Или оставить свое идеальное тело на сотни, а может быть, тысячи лет таким же прекрасным.

А вообще, где граница жизни метаморфа? Ведь если он может постоянно обновлять свое тело, возвращая ему красоту и молодость, он получит тогда способность жить вечно! Интересно, а как они размножаются? Если так, как люди, с такой скоростью, то ведь в конце концов они заполонят всю Вселенную? А что потом?

Слава улыбнулся своим мыслям и, подмигнув Хагре, заявил:

– Сейчас Мудрую из тебя делать будем. Нет-нет – это не то, что ты подумала! Да ляг ты, что ли! – Он звонко хлопнул Хагру по голому заду – та уже успела встать на четвереньки, всем видом изображая готовность. – К этому мы позже вернемся. А пока ложись, закрой глаза и ни о чем не думай. Лер, следи, чтобы эта курица ничего лишнего не сотворила.

Лера с готовностью кивнула головой и застыла, сидя на краю кровати. Хагра вытянулась возле, Слава перелез через нее и лег рядом, походя отбив попытку девицы уцепить его за сокровенное. Он хлопнул ее по ляжке, оставив красное пятно, и, не обращая внимания на ее визги и жалобы, сурово заявил:

– Если ты, бестолковщина, сейчас не полежишь спокойно, то вполне можешь остаться полной дурой, а может, и помрешь, если я что-то случайно порву или не так соединю, когда буду тебя переделывать! Ты поняла, дуреха?

– Поняла! – обиженно шмыгнула носом Хагра и замерла, закрыв глаза.

Слава облегченно вздохнул и занялся своей уже знакомой работой.

Ему понадобилось полтора часа, чтобы сделать все, что он задумал.

…Хагра открыла глаза, и со стоном взялась за лоб:

– Чего так больно-то? Ой! Голова трещит!

– Хагра, ну-ка, продолжи: «У Лукоморья дуб зеленый…»

– «Златая цепь на дубе том…» Ой! Это чего? Это я на каком языке говорю?

– На моем родном, – улыбнулся Слава и взглянул на недоумевающую жену. – Все получилось!

– Ты что, закачал ей знания? – удивленно подняв брови, спросила та. – Как сумел?

– Закачал ей все книги, что я прочитал за свою жизнь. Может, это даст ей ума, как-то остепенит ее… а еще – поможет ей выжить в этом мире. Она должна построить государство, и ей нужно будет очень много знать. Теперь она знает столько же, сколько и я. В сотни, в тысячи раз больше, чем простая воительница или даже Глава. Понимаешь, какая штука… как бы тебе объяснить… Я сдублировал все файлы, что хотел передать, и вот эти дубли ей и закачал.

– А что с псионическими способностями? Они-то заработали?

– А сейчас проверим. Хагра, ну-ка, подними меня, – сказал Слава и тут же оказался висящим в воздухе. – Вот так, Лера! Все-таки твой муж не последняя спица в колесе колдовства. Не правда ли, моя дорогая?

– Правда, мой дорогой муж! – ответила она в тон и засмеялась. – Пусть теперь проверит, как может преобразовываться.

– Хагра, стой! Не надо. Уверен, что можешь, но существует опасность, что ты не вернешь себе прежнее тело, потому что еще плохо его знаешь, не разглядела как следует. Жалко было бы потерять такую красоту. Вот когда привыкнешь… Да, кстати, детородные способности у тебя в норме, я проверил. Так что… позже, позже! Ну чего вы пристали? А-а, черт… ну, ладно, давай, давай… м-да-а… Хороша, чертовка…

Ночь была бурной, Слава выполнил свое обещание Хагре, и не один раз. Впрочем, Лера тоже не осталась обиженной. Пришлось, правда, сходить помыться: все-таки кровь, даже если она принадлежала девственнице, не располагает к душевному комфорту. По крайней мере так считал Слава.