Евгений Щепетнов – Возрождение (страница 26)

Слава усмехнулся такой демонстрации силы, но отметил для себя, что Тирас и правда имеет авторитет – больше к ним никто не лез, никаких инцидентов не было.

– Хорошо, вопросы так вопросы, – сказала Лера, улыбнувшись и покосившись на Славу, поглощавшего очередную порцию вкусного рагу с овощами. – Что ты хочешь от нас и что мы за это получим. Конкретно, без соплей и хитромудрости.

– Конкретно, значит, конкретно, – улыбнулась женщина, задумчиво скатывая кусочек лепешки в тугой шарик. – Мне нужен твой мужчина. Не насовсем, да – на столько, сколько вы будете жить в этом городе. Мы не будем допускать к нему тех, кто нам не нравится, и тех, кто ему неприятен. Или тебе. Но остальные смогут исполнить свою мечту – заиметь ребенка. Лера, мне уже двадцать семь лет. Я с пятнадцати лет на войне, и у меня нет ни одной дочери, не говоря уж о сыне. Я погибну в очередной из стычек – что после меня останется? Дом? Вот этот меч? – Она постучала по ножнам левой ладонью и тяжело вздохнула: – Ни-че-го не останется. Мне некому оставить мое имущество и память обо мне. И таких у нас много. Что-то случилось, и мы не знаем что, но мы вымираем. Итак, я приглашаю вас жить у меня в доме. И я воспользуюсь услугами Славы, чтобы сделать себе ребенка. А еще воспользуются те, кто достоин, – это определю я и вы. Остальные пусть плачут, неудачницы. Вы оба будете жить вместе, спать вместе, никто не оспаривает твое права спать с ним столько, сколько душе угодно. Просто позволь иногда и другим женщинам прикоснуться к такому счастью… Что вы получите? Защиту. Никто никогда вас не тронет! Если только осмелится задеть – умрет. Вы будете жить на моем обеспечении: все, что захотите, – одежда, еда, все, что вам угодно.

– А Глава? Глава как на это отреагирует? – поинтересовалась Лера. – А если она пожелает, чтобы было по-другому? Ты же сотница, не Глава.

– Глава – моя мать, – усмехнулась Тирас. – Уж она-то точно хочет внуков. Она тоже живет с мужчиной, как и ты. Это мой отец. Ну не от отца же мне зачать, в конце концов? Да и старый он уже… и об этом думалось, на худой конец. И тут – вы. Вот и пришла мне в голову мысль… ну, так как, что вы думаете по этому поводу? Слава? Лера?

– Неожиданное предложение, – усмехнулся Слава. – Я так-то не против… Как ты, Лер, к этому относишься?

– Конечно, ничего хорошего! – скривилась девушка. – Само собой, не хочется делить ни с кем своего мужчину! Если бы я сейчас начала радостно вопить: да-да, пусть он перетрахает весь город! – вероятно, ты бы сочла меня за идиотку. Но из всех зол приходится выбирать меньшее или из плохого и очень плохого – плохое. Я согласна.

– Ну и славно! – радостно улыбнулась Тирас. – Когда скажете собрать ваши вещи и переселиться ко мне? Хоть сейчас!

– Погоди, Тирас, – остановил ее Слава. – Мне кое-что нужно будет у тебя узнать. Я хочу, чтобы ты рассказала мне то, о чем я спрошу, и не задавала мне никаких лишних вопросов. Это возможно?

– А что тебя интересует? – слегка потухла воительница. – Я не так много и знаю, только о городе, окрестностях, и все.

– Меня интересует тема грессов, например. Где они обитают, как живут, кто у них главный, как можно было бы с ними связаться, как проникнуть на их территорию и остаться в живых – вот эти вопросы.

– Ни хрена себе вопросы! А тебя не интересует, где находится их главное капище и как туда пробраться? – ошеломленно спросила Тирас, похлопав глазами.

– Интересует, – невозмутимо ответил Слава. – И где такое? Как туда проехать или пройти? Как оно выглядит? Что там делают грессы? Все, что связано с этим капищем.

– М-да… ты странный мужчина, – усмехнулась сотница. – Впрочем, я это заметила с самого начала. Если ты не хочешь жить, придется интенсивно использовать тебя в отпущенные телу короткие дни жизни. Ну что, вы готовы пойти в мой дом? Что касается твоих вопросов – я расскажу тебе все, что ты хочешь знать, с условием, что ты сделаешь мне ребенка, и еще двадцати женщинам из тех, кого я приведу. Согласен?

– Согласен. Нам самим идти с вещами? Или ты пришлешь кого-нибудь?

– Я сейчас прикажу, и все отнесут, а мы пойдем налегке. Я что, не сотница, что ли? Слава богам, есть куча бездельниц, которых можно заставить выполнить то, что тебе не хочется. Иначе зачем становиться начальницей?

Глава 6

– Сколько сегодня?

– Трое.

– Не надоело?

– Честно? Надоело. Пора, наверное.

– Ты их «ремонтировал»?

– Само собой. Две были бесплодны. Вообще бесплодны. Теперь все в норме. Там еще была куча болячек каких-то… тоже вылечил.

– Тирас, похоже, целый бизнес на тебе организовала, тебе это как?

– Плевать. Она нам должна теперь. Пусть выполняет.

– Я сегодня посмотрела – кто-то в наших переметных сумах шарился. Видимо, проверяли, что везем. Похоже, что видели и лучеметы, и игловики.

– Наплевать. Утром объявим Тирас, что уходим в горы. Я уже поискал в ее мозгах – в горах капище грессов. А если точнее – или база, или корабль, как я понял из туманных представлений сотницы. Завтра подготовимся, послезавтра утром двинемся. Тем более что погода установилась теплая, вроде как сезон дождей закончился. Самое то – ночевать в лесу. Под дождем это как-то проблематично.

– После того как дожди отступают, начинается сезон набегов. Тирас вчера сказала, забыл? С ходу нарвемся. Кстати, где там наши керкары? Не разбежались еще?

– Нет. Я их чувствую. У меня с ними связь – непрочная, но все-таки стабильная.

– Это хорошо… без них нам будет труднее. А что с Шаргионом?

– Мы каждый день общаемся. У него привычка вылезать на связь в самый что ни на есть неудобный момент. Последний раз это было тогда, когда я сидел на унитазе. Ему срочно потребовалось узнать, что такое любовь.

– Объяснил?

– Как мог.

– А мне не можешь объяснить?

– Чего?

– Что такое любовь. Вот за что я люблю тебя такого – жесткого, угловатого, мужлана эдакого! Иди ко мне, ну! Или растратил все на залетных баб?

– Ничего не растратил, еще и на вас с Хагрой хватит.

– При чем тут Хагра? Я твоя жена. Хагры тут нет и не было!

– Наглая врушка! Кому ты врешь? Мужу? Да я тебя как облупленную знаю! Что, думаешь, я не чувствую, когда ты Хагру выпускаешь? Вы ни черта не знаете, что ведете себя по-разному! Ты любишь одни позы, она другие, ты эдак постанываешь, когда кончаешь, а она вся дергается и завывает, будто у нее приступ эпилепсии… Впрочем, обе вы похожи в одном: пока я разок, вы по пять раз кончаете. Вот вы и нашли друг друга, распутницы! Помалкивала бы уж насчет мужланов и залетных баб!

– Хм… и давно ты знаешь?

– Давно. Не помню, когда узнал.

– И мне ничего не говорил? Изменял мне с Хагрой?! Ах ты…

– Тихо, тихо… ручки в стороны, вот так… какая у тебя нежная грудь… Воительнице не пристало такую иметь, да, Хагра?

– Не Хагра я!

– Да какая разница… получите, обе…

– Ох… да, да!

– Доброе утро. Как спалось? Слышала я вас, слышала! Я сегодня ходила к Мудрым – говорят: беременна. Спасибо! Сегодня еще две женщины должны прийти. Ты не против? Они придут на ужин, посмотришь, скажешь, будешь им помогать или нет. Вы не передумали насчет грессов? Может, все-таки забудете эту дурную идею? Чего вам там надо? Зачем?

– А мы тебе скажем. – В дверях показались три фигуры в капюшонах, надвинутых на голову. – Они хотят разрушить наш мир! Не больше, но и не меньше!

Одна из фигур вытянула руку и в спинке кресла, где сидел Слава, образовалась дымящаяся дыра, диаметром миллиметра два.

Вот только Славы там уже не было. Он столкнул со стула Леру, больно ударившуюся об угол шкафа и сам нырнул вбок, прикрывшись от следующего выстрела тяжелым столом. Вспышки, вспышки, вспышки – это вступили в действие остальные Мудрые. Слава метался между огней, мгновенно уворачиваясь от смертоносных лучей и продвигаясь к неподвижным фигурам у дверей комнаты. Тяжкий удар снес сразу двух Мудрых, третья пала от броска меча, который метнула Лера. Меч пробил грудь, и женщина захлебнулась в своей крови. Остальные вроде как были без сознания – впрочем, пощупав пульс, Слава, обнаружил, что из двух жива только одна. Второй он сломал шею.

Тирас сидела ошеломленная, белая как полотно. Она с ужасом взирала на Славу, ее губы прыгали, потом она с трудом проговорила:

– Что это было? Вы – кто?

– Хм… трудно тебе объяснить. В общем, если по вашим стандартам, я – Мудрый. И мне, похоже, пора быстро, очень быстро отсюда валить. И ей тоже.

– Чего они на вас напали? И что это такое? Я видела подобные штуки у вас в сумах… Простите, но я должна была выяснить, кто вы такие.

– И что, выяснила?

– Ничего не выяснила. Такие штуки иногда бывают у грессов, только разбитые. Но у Мудрых откуда?! Я теряюсь в догадках. Ребята, что происходит? Кто вы?

– Путешественники. А вот кто они – это вопрос. Мы сами теряемся в догадках. Есть один способ – спросить у оставшейся в живых.

– Каким образом? Они не отвечают простым людям. – Тирас пожала плечами. – И вообще, за убийство Мудрой – смерть!

– Даже если они сами напали? Мы что, должны были ждать, когда они нас убьют? Что нам надо было делать?

– Не знаю! – Сотница растерянно развела руками. – В законе не прописано такой ситуации, когда Мудрые нападают на обычных людей. Это просто невозможно – чтобы Мудрая и нападала!

– Вот что, давайте-ка посадим ее на стул и поспрошаем? Может, все-таки выжмем информацию? – предложила Лера и подмигнула Славе: – Давай, Слав, поспрошай ее как следует. Только сначала снимем с них эти штучки… – Она быстро отщелкнула игловики с предплечий Мудрых, а Слава усадил оставшуюся в живых на стул с высокой спинкой, стоявший в гостиной.